— Ей так удобно? — спросил он. — Нам, наверное, нужно положить ее на диван.
Мисс Пирсон засмеялась.
— Ей вполне удобно, мистер Феррингтон. Стоит ей только где-нибудь присесть, и она тут же засыпает. — Коснувшись его руки, она добавила: — То, с каким пониманием и терпением вы к нам относитесь, говорит больше, чем любой финансовый отчет.
— Что конкретно вы хотите обо мне узнать, мисс Пирсон?
— Я хочу удостовериться в том, что вы, мистер Феррингтон, порядочный человек.
— И каково же ваше мнение?
— Я думаю, что это так.
— Объясните же, зачем вам это нужно?
Она посмотрела на подруг, желая узнать их мнение. Баронесса выразила одобрение, слегка прищурив глаза. Миссис Миллз улыбнулась и кивнула. Похоже, они проверяли его, и он, по всей видимости, прошел эту проверку. Однако зачем им все это нужно, он понял только после того, как Минерва Пирсон, повернувшись к нему, сказала:
— Я думаю, что Кэролайн собирается сделать вам предложение.
Если бы сейчас над Джеймсом разверзлись небеса и он увидел бы карающую десницу Господа, это удивило бы его намного меньше, чем слова Минервы.
«Не может быть. Я, наверное, ее неправильно понял», — подумал Джеймс. Он ждал объяснений.
Мисс Пирсон, посмотрев ему прямо в глаза, сказала спокойным и уверенным голосом:
— Мистер Феррингтон, не забывайте, что Кэролайн — знатная дама. Она никогда не вступала с мужчинами в подобного рода отношения. Вы будете первым. Надеюсь, что она не пожалеет о своем решении.
Да, он не ослышался. Кэролайн Пирсон хочет стать его любовницей.
Баронесса слегка наклонилась к нему (так, словно хотела окончательно все разъяснить) и сказала:
— Мы также хотим, чтобы вы знали: у Кэролайн есть друзья, которые понимают, что у этой, если так можно выразиться, игры есть определенные правила. Вы должны относиться к ней с исключительной деликатностью. Если же вы…
— Если вы обидите ее… — перебила баронессу миссис Миллз.
— То мы отомстим за нее, — сказала баронесса. Ее французский акцент придавал этой угрозе зловещий смысл.
Мисс Пирсон встала, давая понять, что их визит окончен. Миссис Миллз и баронесса последовали ее примеру. Потрясенный Джеймс продолжал неподвижно сидеть в кресле.
Это просто невероятно! Ему угрожают женщины, которые годятся ему в бабушки. И чтобы спастись от их мести, он должен относиться к Кэролайн Пирсон с исключительным уважением и заботой.
Миссис Миллз слегка толкнула локтем леди Дорчестер. Та моментально проснулась и, посмотрев на подругу, спросила:
— Вы сказали ему?
— Да, — ответила та. — Мы также предупредили его о том, что если он вздумает обижать Кэролайн, то у него возникнут серьезные неприятности.
— Хорошо! — радостно воскликнула леди Дорчестер и, встав с кресла, пошла вместе с остальными к двери.
— Удачного вам дня, мистер Феррингтон. Приятно было познакомиться, — сказала Минерва Пирсон и, остановившись на пороге, добавила: — Я искренне надеюсь на то, что вы сможете поладить с Кэролайн.
Она вышла из комнаты, и ее подруги последовали за ней.
Некоторое время Джеймс стоял возле своего кресла, слушая, как эти дамы переговариваются между собой, спускаясь по лестнице в прихожую. Леди Дорчестер и миссис Миллз обсуждали их разговор, а баронесса восхищалась вазой из севрского фарфора, которая стояла на столике в прихожей.
Потом он услышал, как открылась и закрылась парадная дверь.
«Похоже, мир сошел с ума, и только я не знаю об этом», — подумал Джеймс.
Кто-то постучал в дверь кабинета. Подняв голову, Джеймс увидел Каллео. В руке он держал серебряный поднос.
Пока вы принимали посетителей, саиб, вам принесли письмо, — сказал он, протянув Джеймсу поднос. На нем лежал небольшой конверт. «Красивый почерк. Интересно, кому он принадлежит?» — подумал Джеймс, взяв в руки письмо.
Сломав печать, он прочитал следующее:
«Мистер Феррингтон,
Вчера мы с вами не успели закончить одно важное дело. Нам необходимо встретиться как можно скорее для того, чтобы разрешить это недоразумение.
Кэролайн Пирсон».
Да, ему приходилось получать от женщин и более романтичные любовные послания.
Однако Кэролайн Пирсон — женщина особенная. То, что она прислала ему это письмо, только подтверждает слова ее тетки. «Похоже, эти дамы приходили ко мне для того, чтобы, так сказать, прощупать почву и узнать, соглашусь ли я стать ее любовником», — размышлял Джеймс.
Кэролайн Пирсон, женщина, которая была для него эталоном английской красоты и женственности, является членом общества порочных женщин. Она хочет, чтобы он стал ее любовником. Что ж, если он поторопится, то сможет обсудить с Кэролайн условия этой «сделки» (она будет иметь все, что только пожелает), заняться с ней любовью и успеть на обед к Лэвенхему.
Забыв обо всем, Джеймс погрузился в сладкие мечты, и по его телу прокатилась жаркая волна желания… И все-таки легкая тень сомнения омрачала идиллию. «Все это слишком хорошо для того, чтобы быть правдой», — подумал он.
Однако Джеймс Феррингтон никогда бы не смог создать империю, которая простиралась на четыре континента, если бы не обладал одним ценным качеством. Он всегда и во всем дожидался благоприятного момента, и никогда его не упускал. «Я во что бы то ни стало должен добиться ее согласия и заключить эту «сделку»», — решил он.
— Каллео, — сказал он, приняв окончательное решение, — подскажи мне, где находится ближайшая цветочная лавка.
Глава 6
Когда Джаспер, постучав в дверь ее комнаты, пробормотал: «Приехал мистер Феррингтон, мадам», Кэролайн охватила настоящая паника. Да, она ждала его приезда, но, несмотря на это, его появление повергло ее в трепет.
Он уже здесь! В ответ на свое письмо она получила от него короткую записку, в которой он сообщал о том, что приедет ровно через час. Неужели уже прошел целый час? Нет, этого не может быть.
Джаспер снова постучал в ее дверь.
— Леди Пирсон? — позвал он.
— Джаспер, попроси его подождать в гостиной, — откашлявшись, сказала Кэролайн. Слава Богу, ее голос был ровным и спокойным, и она ничем не выдала смятения, в которое повергло ее появление Джеймса Феррингтона.
Она стояла возле зеркала, рассматривая свое отражение. Вот уже целых полчаса она вертела в руках ленты домашнего чепца, сделанного из черного кружева. «Я обязательно должна надеть этот чепец», — сказала себе Кэролайн. Этого требуют правила приличия. Все замужние женщины, достигшие «определенного возраста», носят чепцы.
