— Ну, возможно… меня учили действовать в подобной ситуации, однако подобного исхода, с бесконечным источником отравляющего газа, там не рассматривали…
Вот. Вот оно.
— Смотри, — я устал стоять и махать руками и просто уселся рядом с девушкой на траву, наблюдая за Тогой и Мидорией. — Тебя готовили к куче ситуаций, но этого оказалось недостаточно для Зоны, наши преподаватели ее разрешить не сумели, и поэтому ты решила подойти ко мне, который был к ней готов лучше всех. Так?
— Так, — ответила слегка замученная Яоурозу, сдув свою прядь с лица. В кои-то веки она встретила большего зануду, чем она сама. Хе.
— Но я не был готов к этой ситуации, Момо, — ответил я чистую правду, подумав о Киотаке, — Никто не был. И это нормально, потому что невозможно быть готовым ко всему. Твоя проблема не в том, что ты плохой боец или тупишь в экстремальных ситуациях. А в том, что ты излишне придерживаешься методичек, правил и авторитетов, которые скажут, как правильно. Я сам люблю правила и люблю делать все правильно. Но это никак не отменяет того, что это — всего лишь советы о том, как стоит делать. Любая схватка — это импровизация. А твоя причуда СОЗДАНА для импровизации. Ты каждый раз, против каждого противника, может использовать новый прием. Никто не будет знать, чего от тебя ожидать. Никто не будет готов к тебе. Твое развитие, вынудив тебя использовать одни и те же приемы, ограничили. Вот. Методички хорошо, но теперь ты уже plus ultra и все такое — а потому будь непредсказуемой, будь версатильной, используй воображение.
Моя собеседница помолчала…
Кивнула, такое ощущение, сама себе.
И выдала очередную цитату:
— Тот, кто правильно указывает на мои ошибки — мой учитель; тот, кто правильно отмечает мои верные поступки — мой друг; тот, кто мне льстит — мой враг, — она усмехнулась. — Что предлагаешь делать, «учитель»?
— Предлагаю экспериментировать, — отзеркалил я ее улыбку.
* * *
По итогу наших опытов, занявших не один день — многие параметры своей причуды Яоурозу, как хорошая девочка, знала и сама, однако многие другие раньше не находила нужным регистрировать вовсе — мы установили следующее.
Синтез существующего в реальности предмета с модификациями, например, с алмазным покрытием — да, возможно.
Кажется, я нашел своего поставщика основ для промаркированных со всех сторон бомбочек. Она для меня, наверное, идеальная поддержка. Впрочем, она для любого героя идеальная поддержка.
Синтез заостренных вещей, с режущей кромкой вплоть до молекулярной заточки и без какого-либо вреда для Момо (она сообщила, что вот это перламутровое сияние, возникающее во время создания предметов, защищает ее от каких-либо травм) — да, безусловно.
Синтез веществ в других агрегатных состояниях, в нарушение термодинамики, как газообразный литий, лед, раскаленный металл — нет.
Синтез радиоактивных материалов — нет. Совсем нет.
Синтез веществ, даже газообразных, если они в герметичной банке и соответствуют по своему агрегатному состоянию условиям среды вокруг — да.
Синтез медицинских препаратов и ядов прямо в банке, без попадания под эффект — да.
Тут я завис.
— Ты можешь создавать снотворное… обезболивающее… алкалоиды… опиоиды… антибиотики… горчичный газ… угарный газ… ртуть… слабительное…
— Нирен!
— … Окей, снотворное и слабительное выбросим, это для слабаков. Офигеть, ты можешь даже опасные вещества создавать просто в коробочке… вау.
— Мне не нравится твой взгляд…
Иллюстрации:
Момо:… отличить классический зеленый чай от молочного улуна просто: в аромате и вкусе зеленого чая чувствуются травянистые горьковатые нотки, свежесть зелени. Улуны более неоднозначны, недаром в Китае их считают самыми ароматными чаями. В них гораздо больше цветочных оттенков, сирени, общего ощущения «цветочности». Вкус улунов более сладкий, он лишен специфической терпкости зеленого чая. Привкус скорее напоминает зеленые фрукты и ягоды, иногда перемешиваясь с молочными нотами. А еще там угадывается необычное для чая противостояние зеленых помидоров и кочанов капусты…
Химико в шмотках из секонд-хэнда.
Мидорию не завез, простите.
Примечание автора:
Этой части главы не было бы, если бы в пивном опросе про то, чью причуду мне развивать, не выиграла бы Момо. В любом случае, в восемнадцатой главе еще очень много чего рассказывать.
Возможно, мне стоит изменить нумерацию глав, но я пока не придумал, как.
Глава 18
Часть VII
Последние пару дней меня преследовало ощущение чьего-то зловещего присутствия, которое стало нестерпимым утром понедельника — как раз тогда, когда мы с моими загруженными «учениками» зашли в класс. Вовремя зашли, хочу отметить.
Хотя лично Мидории еще было куда стремиться — он, как обычно, увлекся, из-за чего мылся впопыхах и местами напоминал мокрый уличный коврик.
Однако, стоило нам отворить дверь в классную комнату…
ТОП-ТОП-ТОП-ТОП!
— Уважаемый староста-сан! Уважаемый заместитель старосты-сан! Я потрясен вашим пренебрежением координацией совместной внеклассной деятельности всех учащихся этого класса и хочу вынести ноту протеста на обсуждение!
— А, так это был ты, Тенья… — а я-то все не мог сообразить, кого забыл.
Да… Тенья Иида возмущенно подбежал к нам. Именно так.
До этого я не знал, что возможно бежать возмущенно, но Иида умел передавать собственным бегом вообще весь спектр эмоций, который, судя по всему, испытывал.
Праведное негодование, учебное рвение, благородное исступление…
Ладно, его эмоциональный диапазон не мог похвастаться разнообразием.
— Вы проводите внеклассные занятия по подготовке к спортивному фестивалю! — воткнулся в воздух перед нами обличающий перст, который затем был разрублен решительным ударом ребром ладони. Иида любил жестикулировать. — Я узнал об этом еще в пятницу и наблюдал за вами весь час этим утром, но даже к концу занятия вы до сих пор не поставили нас, ваших товарищей, в известность! В это время наш элитарный коллектив обязан выступать идеальным примером сплоченности и не может рисковать потерей репутации, особенно в преддверии подобного крупного события государственного масштаба, на котором мы обязаны…
До меня наконец дошло.
— Ты четвертым на занятия хочешь, в смысле? Да без проблем, подходи…
Тенья, поправляющий очки, яростно ими сверкнул.
— Нет! Не только! Моя ответственность как учащегося этой элитной школы — участвовать! Помогать! Учить! Учиться! Соответствовать! Стремиться к уровню своих старших товарищей! Но, разумеется, мне предстоит еще многому научиться! И получить всю возможную помощь! И, более того, убедиться, что каждый из нуждающихся товарищей в той же полной мере реализует все возможности, которые предоставляет ему эта…
— Ох…
* * *
Ланч. Точнее, то, что у нас было вместо.
— Ладно, как работает твоя причуда?
*many minutes later*
— То есть… погоди. Если утрировать, то это не двигатели внутреннего сгорания, которые дают крутящий момент или вроде того, а скорее полноценные реактивные, создающие тебе силу тяги в буквальном смысле толкающую реактивную струю. Причуда реально на топливе работает, которое, видимо, создают железы у тебя в организме… ну или перерабатывают из одного-единственного вида цитрусовых, — потыкал я его локтем с ухмылкой, намекая на апельсиновый сок. Иида скукожился, — Тогда у меня вопрос. А зачем тебе бег вообще? Ты же можешь буквально на них летать, ну или прыгать в любую сторону. Ты ограничиваешь себя привязкой к перемещению в двухмерном пространстве, когда мог бы перемещаться в трехмерном, как я, Бакуго или вон как Мидория учится. Но ты почему-то только бегаешь…
