может ей помочь. Она вышла из машины, детектив последовал за ней. И тут Тесс устыдилась своих мыслей. Неужели так уж плохо, если кто-то хочет заботиться о тебе?
Она отмела непрошеный вопрос и позвонила в дверь. Спустя несколько секунд им открыла хозяйка дома, бледная, как привидение. Траурный наряд лишь оттенял эту бледность. Она молча пригласила их в дом.
— Примите наши глубочайшие соболезнования, миссис Кеннеди, — произнес Фраделла.
— Спасибо, — прошептала она.
Тесс прошла в гостиную, где на диване лежала с закрытыми глазами, мирно посапывая, Эстель. Голова ее покоилась на коленях молодой брюнетки, та нежно гладила осиротевшую девушку по волосам. Уиннет нахмурилась, видя, как инертна стала Эстель, как закрылась от проблем.
— Я разбужу ее, — спокойно сказала брюнетка, глядя на Тесс, а потом прошептала Эстель на ухо:
— Просыпайся, сладкая моя, копы пришли.
Она потрепала подругу за плечо и подождала несколько секунд. Потом повторила фразу и потрепала ее уже сильнее.
Эстель с заметным усилием подняла голову и открыла глаза, красные и заплаканные. Взгляд был несфокусированным, блуждающим и туманным.
— Как вас зовут? — спросила Тесс, разглядывая вторую девушку.
— Абби, — ответила та уверенным тоном. — Абби Стоун.
— Вы родственница Кеннеди или подруга Эстель?
Абби смущенно улыбнулась:
— Мы дружим с пеленок.
Эстель пересилила себя и села, откинувшись на подушку дивана. Полуприкрыв глаза, она держала Абби за руку.
Тесс опустилась перед ней на корточки:
— Мисс Кеннеди, спасибо, что согласились с нами поговорить.
Агент Уиннет искала во взгляде девушки хоть какой-то сигнал узнавания, хоть искорку внимания, но не находила ничего.
— Дайте ей стакан воды, — произнесла она, с трудом скрывая досаду.
Миссис Кеннеди принесла высокий стакан с водой, Эстель, схватив его дрожащими руками, сделала несколько судорожных глотков.
Тесс присмотрелась к ней и поняла: если девушка помнит хотя бы свое имя, то лишь чудом.
— Что вы ей дали? Что она приняла, а?! — специальный агент рявкнула на брюнетку так, будто та торговала колесами на углу.
Зрачки у Абби расширились от испуга, и она воздела руки в успокаивающем жесте:
— Ничего, клянусь! Их семейный врач прописал «Ксанакс», чтобы помочь ей справиться с депрессией. Это все.
— Я нашел, — раздался голос Фраделлы. Тесс обернулась и увидела, как тот пересчитывает таблетки в бутылочке.
— Выписана сегодня, двух не хватает, — заключил он.
Уиннет проглотила гневную тираду. Возмущаться вслух было по меньшей мере неуместно, да и не ей попрекать Эстель за пару пилюль после всего пережитого. Она вновь присела на корточки, пытаясь поймать взгляд девушки.
— Я очень сожалею о происшедшем, — мягко произнесла Тесс. — Я понимаю, что тебе хочется побыть одной, но я бы сосредоточилась на том, чтобы поймать негодяя, который сделал с тобой такое и довел до смерти твоего отца.
При упоминании отца в глазах Эстель промелькнула искра осознанности. Она скорее горевала над утратой, чем жалела себя, и это было уже неплохо.
— Постарайся вспомнить, кто бы мог преследовать тебя. Враги, фанаты, какие-нибудь фрики?..
Эстель наклонила голову.
— Нет, никого такого… — прошептала она.
— Ее бывший — настоящий душка, — подсказала Абби с нескрываемым сарказмом.
— В каком смысле? — Тесс перевела внимание на брюнетку, умеренно привлекательную и чрезмерно увешанную бижутерией. Множество браслетов и стеклянных бус позвякивали при каждом движении, пальцы рук и даже ног были унизаны кольцами.
— Он всегда с ней соревновался. Во всем. Превращал отношения в какие-то гребаные состязания, — Абби перешла почти на шепот. Обронив крепкое словцо, она покосилась на миссис Кеннеди.
— Его имя? — Фраделла подошел ближе к дивану. До этого он медленно расхаживал по комнате, рассматривая обстановку в деталях.
— Бен… Пагано, мне кажется, — ответила Абби. — Правильно, Эс?
— Угу, — ответила та, не поднимая головы. Густая копна волос, словно занавес, скрывала ее лицо. Потом она добавила: — Это не он.
— Ты помнишь, кто это был? — спросила Тесс.
— Нет… простите.
— Значит, мы не знаем, что это был не он, — ответила Тесс как можно мягче. — Что вы еще мне можете о нем рассказать? — повернулась она к Абби. Гораздо проще разговаривать с кем-то, кто не находится под воздействием седативов.
— Больно было наблюдать за их общением. Он всегда пытался оказаться в топе, а стать таким же успешным и знаменитым, как Эстель, сложно. Он не какая-то крутая личность, просто парень с соседней улицы, но он очень ревновал ее к успехам. Ко всему: к любому письму от фаната, к статье в газете, к каждому концерту.
— Как все закончилось?
— Эс оставила его и вернулась к родителям. Умница моя, — добавила она, сжав руку подруги.
— Когда это случилось?
— Несколько месяцев назад.
— Двадцатого января, — пробормотала Эстель. — День, когда мне назначили встречу в «Сони».
— Ах да! — воскликнула Абби. — Знаете, что натворил этот придурок? Он ей подсыпал снотворного, и она пропустила встречу! Когда она проснулась и поняла, что произошло, то ушла от него.
Подсыпал снотворного?! Вот отсюда поподробнее. Тесс взглянула на Фраделлу, тот уже писал что-то в телефоне.
Она снова повернулась к Эстель и дотронулась до ее руки, привлекая внимание. Та обратила на нее пустой взгляд.
— Мне надо еще раз расспросить тебя о той ночи. Чувствовала ли ты наутро слабость в теле, боль в мышцах, не осталось ли синяков и царапин?
Эстель покачала головой, потом закрыла глаза. Тесс достала визитную карточку и вложила ее в обмякшую ладонь:
— Если что-то вспомнишь, пожалуйста, позвони мне тут же.
— Нечего вспоминать, — прошептала девушка. — Я пыталась… Не думайте, что я не пыталась. Это все из-за меня, — она зашлась в рыданиях, и по щекам потекли две струйки. Абби обняла подругу.
— Ты ни в чем не виновата, — почти резко произнесла Тесс.
— С тобой все будет в порядке, ты увидишь. Поверь мне, — убаюкивающе промурлыкала Абби. — Уйдешь в инди-музыку и станешь суперзвездой. «Имэйджн Драгонс» играют инди, ты помнишь? А они в топе всех чартов.
Тесс насупилась, вспомнив награду,
