безболезненно примет от тебя, не безгранично? — Удивил меня Пётр Николаевич.
— В первый раз слышу. — Заинтересовался я. — Каков предел и что происходит, если его переступить?
— Предел у всех разный. Зависит от магической силы лиц, дающих клятву. Чем маг сильнее, тем большее количество клятв он может принять. — Глава ГБ наблюдал за мной, отслеживая реакцию на свои слова. — Клятва, данная тебе, выглядит как клятва, данная архимагу. Но ты нейтрален к магии. Можешь объяснить несоответствие?
— Рад бы, но сам не понимаю в чём дело. Так каков предел? — Вернул я его к теме ограничения.
— У всех по-разному. Простой человек и до десяти не доберётся, а у архимага может за тысячу клятв перевалить. Поэтому не принято клясться по каждому случаю. Только в особо важных ситуациях.
— А что происходит, при превышении лимита?
— Ничего хорошего, Иван. — Ответил мне вошедший в номер Мэнни, а затем внимательно осмотрел потолок. — Вы бы перебрались в другое место. Татьяна Павловна хорошо конструкцию крыши порушила. Может и потолок на голову упасть.
— Авось не упадёт. — Усмехнулся я. — Держи текст клятвы. Надеюсь, он тебя устроит.
* * *
Моё княжество очерчивалось подножием горы Аю-Даг. Территория представляла собой кривоватый ромб и совпадала с владениями духа Иванова. Так что никого отселять не понадобится. Половина границ была сухопутной, а другая половина морской. Не слишком большая территория, но Монако ещё меньше по площади будет. И ничего. Неплохо живут.
Учитывая планируемую мной деятельность, я тоже бедствовать не собирался. При этом обойдусь без казино и отелей. Хотя строительством придётся заняться капитальным. Одним небольшим домиком теперь не отделаться.
— Надеюсь, охрану морских границ Россия возьмёт на себя? — Задал я вопрос Петру Николаевичу.
— И сухопутных тоже. Если ты не против.
— Не против. — Кивнул я соглашаясь. Выражение лица Таниного дяди я не видел, так как сосредоточился на документах, но судя по голосу, он был доволен моим ответом. — Первое время у меня не будет времени и возможности создать нормальную пограничную службу. Поэтому ваша помощь окажется весьма кстати. — Чтобы поумерить его радость, я добавил. — А потом отгорожусь стеной. Метров двадцать высоты достаточно будет? Как вы считаете?
— Зачем такая высокая? — Полюбопытствовал Пётр Николаевич. — Дорогое строительство получится.
— Безопасность в деньгах не оценивается. Она либо обеспечена, либо нет. — Резонно заметил я. — К тому же стена, в моём случае, самый дешёвый вариант. Это в России место позволяет оборудовать границы контрольно-следовой полосой и прочими фортификационными сооружениями, а у меня земли мало, следовательно, она дорогая. Очень.
— Хозяин — барин. — Хмыкнул Пётр Николаевич, по-моему, одобрительно. — Решил, что с имуществом делать будешь?
Я как раз просматривал последние страницы с его перечнем. Продавать имущество, ставшее моим, было жалко. К тому же не всё оно приносило прибыль, если верить кратким отчётам, прилагавшимся к каждому объекту недвижимости. В то же время налоги за землю и крепостных я был обязан платить.
— Как насчёт налоговых каникул? — Я посмотрел на Петра Николаевича.
— Это что за зверь?
— Это временное освобождение от всех налогов. Думаю, мне года хватит, чтобы привести дела на всех своих землях и предприятиях в порядок.
— То есть, продавать ты ничего не собираешься? Даже крепостных? Это ведь наиболее затратная статья расходов. На отсрочку по налогам император согласится. Но не по всем. Подушная подать останется в любом случае. Налоги — это основа стабильности любого государства!
— А зачем крепостных продавать? — На подмену понятий указывать ему не стал. Позже договорюсь с императором напрямую. — Из всего вот этого списка. — Я указал на бумаги. — Людей я считаю главным капиталом. Толку от предприятий и угодий, если на них работать некому?
— Пусть так. — Не стал со мной спорить Танин дядя. — Отдашь своё имущество в управление? Учти, придётся переоформлять полноценную куплю-продажу.
— За которую вы опять же сдерёте деньги?
— Не будь таким жадным. — Усмехнулся Пётр Николаевич. — Тебе, кроме всего прочего, хорошая сумма на счёт переведена.
— Что с таможенными пошлинами? — Не стал я отвечать на его упрёк. Жадный не жадный, а в хозяйстве любая копейка пригодится.
— Есть перечень товаров с указанием соответствующего налога. Я тебе потом пришлю. Ознакомишься.
— Прекрасно. — Я демонстративно потёр руки. — Я вам свой список тоже потом предоставлю. Пошлина — это тот же самый налог, а про них вы совсем недавно очень верно подметили. — Надеюсь, моя ухмылка была достаточно ехидной.
Видимо, припомнив наш недавний разговор, Пётр Николаевич быстро сдал назад.
— Я предлагаю такие мелочи обсудить позже, когда наступит полная ясность в вопросе с твоим княжеством.
— Так я и не спешу. Это вы торопитесь. Меня сейчас другая проблема волнует. — Я задумчиво посмотрел на собеседника. — Если отделяться прямо сейчас, у меня получится государство из четырёх человек. Крепостных по закону продать в другую страну никто права не имеет.
— Это так. Были ушлые дворяне. Торговали своими людьми как скотом. Но прежде всего, крепостные — это государевы люди. Продажа внутри страны никоим образом на этот статус не влияет, а продажа за границу, всё равно что сбыт краденого.
— Как по мне, что так за скот людей держите, что так. Разница не сильно большая. — Не согласился я с самой постановкой вопроса.
— По закону любой крепостной может выкупиться из крепости. И поверь, у многих для этого достаточно денег. Но люди сами этого не хотят.
Вообще-то, я был не удивлён такому заявлению. Знаю из нашей истории, что далеко не все крестьяне радовались свободе, «дарованной» Александром Вторым. От этого «дара» многие больше потеряли, чем получили.
— В чём причина такой лояльности к хозяевам? — Решил уточнить я.
— Самая, что не наесть меркантильная. Крепостные — не рабы. — Кто-то мне уже говорил подобную фразу. Припомнил я. — Хозяин может потребовать работать на него в поте лица, но при этом он должен обеспечивать своим крепостным соответствующие условия жития. Им должна выплачиваться минимальная оплата труда. Пусть она меньше, чем у вольных, но зато и затраты на жизнь у крепостных ниже. Хозяин, кроме оплаты должен обеспечить жильё, питание и одежду. Естественно, всё по минимуму. Но крепостной всегда сыт, одет и имеет свой угол. Ещё и лекарь
