периодически приходит и за здоровьем следит. И всё это за счёт хозяина.
— Если иметь крепостных невыгодно, почему помещики от них не избавятся? Я имел в виду: не отпустят на волю.
— А это уже невыгодно самому государству. Обеспечение социальных гарантий в таком случае ложится на плечи государства. А у нас бюджет нерезиновый. — Пётр Николаевич развёл руками. — Если хозяин сам даёт вольную крепостному, то сбор за оформление документов многократно выше становится.
— Хитро придумали. — Я решил вернуться к волнующему меня вопросу. — Предлагаю отделение княжества перенести на более поздний срок. В идеале, впритык к свадьбе. Так и у Архива не будет времени на ответную реакцию, и я смогу подобрать для себя людей, которые вместе с землёй перейдут в моё княжество.
— Иванов. Давай я тебя ещё раз спрошу: свадьба точно будет или ты ищешь причину не брать Татьяну в жены?
— Будет, конечно. За три месяца от Архива не избавиться, и другого выхода пока не видно. Что касается Татьяны, я не настолько глуп, чтобы заявлять своей будущей жене, будто женился на ней исключительно ради её блага. Такие слова рано или поздно приведут к осложнениям в отношениях. В худшем случае мы просто разойдёмся, но позже, когда проблемы с Архивом будут решены.
— Боюсь, развестись у вас не получится. Выхода всего два. Вдова или вдовец. Но вдовец долго не проживёт. Это я тебе обещаю.
— Пётр Николаевич, не надо мне угрожать. — Я посмотрел на него с улыбкой. — Достаточно мне выйти за эту дверь, и мы больше никогда с вами не увидимся. Не я к вам пришёл, а вы ко мне. И по поводу духа Иванова я не шутил. Надеюсь, это был последний раз, когда я услышал угрозу от вас, как от лица, наделённого властью. Если захотите просто мне морду набить, то ничего не имею против. — Я продолжал спокойно сидеть и улыбаться. — Попробовать вы можете.
— А давай попробуем. — Неожиданно согласился Пётр Николаевич и начал подниматься.
Вообще-то, он меня удивил своим согласием, но мериться с ним пиписьками, махая кулаками, никакого желания не было. К тому же Танин дядя весь светился от навешанных на него артефактов.
Я резко поднялся и сократил расстояние между нами, пройдя столик насквозь. Левую руку положил ему на плечо и нежно сжал, давая почувствовать силу рук. Указательный палец моей правой руки замер в нескольких миллиметрах от его глаза.
Для столь простого действия пришлось переводить руку в сумеречное состояние. Один из защитных артефактов принял моё движение за атаку и прикрыл голову Петра Николаевича защитным полем. Хорошо, что оно было локальным и не мешало мне крепко придерживать Таниного дядю за плечо.
— Эксперимент окончен, или продолжим? — Я равнодушно смотрел на ошарашенного противника. Демонстрация силы удалась, а унижать его я не планировал.
— Думаю, мы закончили. — Он быстро пришёл в себя. — Но как ты смог…
Я отпустил Петра Николаевича и, обогнув столик, сел на прежнее место.
— Не думал, что вы поведётесь на подростковый трюк. — Я состроил недовольное лицо. — Вам разве не докладывали, что я сделал с магом огня? Артефакты ему не помогли.
— У него и Дадиани артефакты были разряжены. — Припомнил глава ГБ доклад о том инциденте.
Я молчал. Не то что мне не хотелось отвечать, просто мысли в голове пронеслись и, как это часто бывает, свернули в другую сторону.
Сначала я подумал, как удачно напомнил власть предержащим о своих не совсем обычных способностях. Отчёты — это одно, а когда испытаешь вживую, да на собственной шкуре, ощущения совершенно другие.
Потом пришла мысль о «Книге Бездн» и Всемогущем Фыркле. У Романовых хранятся две книги из библиотеки этого мага. Надо узнать у Мэнни, вдруг такие есть в продаже на чёрном рынке.
Вот эта мысль про книги вильнула неожиданным образом, и я вспомнил, что не разобрался с рунными цепочками на обложке. Я про них просто забыл! А ведь там, среди прочих, была руна передачи!
— Иван, ты меня слушаешь? Или утёр нос старику и теперь внимание на него решил не обращать. — Прервал мои размышления Пётр Николаевич.
— Секунду. — Отмахнулся я.
Передача, не просто на неопределённое расстояние, а вообще в другой мир. И пусть она передаёт энергию, отобранную у мага, но информация тоже энергия! Лишь от качества канала связи зависит количество энергии, затраченной на передачу единицу информации.
Захотелось плюнуть на всё и бежать к себе домой за книгой.
— Пётр Николаевич. — Я шустро сложил листки в папку и завязал на ней тесёмки. — Вы долго здесь планируете оставаться?
— Иван, вообще-то, здесь командую я! — Разозлился он, видя, что я игнорирую его вопросы и вообще собрался уходить.
— Я же не мешаю. Командуйте. Мне нужно время, чтобы решить, как именно поступить с вашими подарками. До вечера постараюсь управиться.
— Я не планирую оставаться здесь до вечера. Моё время стоит дорого. — Поняв, что на окрик я не реагирую, ответил Пётр Николаевич.
— Хорошо. — Покладисто согласился я. — Пришлю к вам курьера со своими соображениями. У нас с вами времени много. Лишняя неделя погоды не сделает.
— Иванов! — Пётр Николаевич медленно выдохнул воздух. — Я пробуду здесь максимум четыре часа. Потом из Симферополя отправляется скорый поезд до Петербурга. Постарайся успеть.
* * *
— Катерина, — Обратился я к блондинке официальным тоном. — Всё, что ты сейчас узнаешь, подпадает под действие клятвы, которую ты мне дала ранее. Ты, Таня, клятву не давала, но сообщать кому-либо о произошедшем здесь не в твоих интересах. Даже дяде не обязательно знать, о чём у нас пойдёт разговор. Я бы сказал: категорически необязательно.
Будущая невеста кивнула и с интересом ждала продолжения. Майор с Мэнни переглянулись, но озвучивать свои мысли не спешили. Я выбрал для нашего разговора другой номер. Здесь раньше кто-то жил, но мне потребовалось помещение исключительно для работы. Время, валяния на кровати, кончилось.
В гостиной номера стоял большой стол, который быстро освободили от всего лишнего. Стульев хватило с запасом. Папку я положил перед собой, развязал её и начал доставать документы.
— Объясняю ситуацию. — Решил сразу всех ввести в курс дела. — Давным-давно был заключён договор между императором России и представителем Архива на оказание услуг связи и хранения информации… — Я кратко
