вот я эгоист.
Всасываю в рот шелковую губку.
— Не... не надо, — сбивчиво шепчет она, пытаясь отодвинуть мое лицо рукой.
Вот еще! Не надо ей!
Мне надо! Я хочу!
— Надо. Хочу, — с удивлением обнаруживаю вдруг, что мой голос звучит примерно также, как и ее — сбито, глухо, глупо.
Прижав ее ладошку к простыне своей рукой, чтобы не мешала, впиваюсь губами в мокренькие складочки. Нахожу языком чувствительную точку, от прикосновения к которой ее бедра вздрагивают. Нет, я не задумываюсь, что нужно делать. Оно само как-то получается, как будто бы кто-то подсказывает мне, что ей нужно, от чего она улетит.
Чувствую, как дрожат ее бедра, как она чуть приподнимается, отталкиваясь пятками от кровати. И сам взорваться готов, даже не входя в нее.
Несколько ударов языком по клитору и она взвивается вверх с громким протяжным стоном, слепо шаря руками по кровати. Вау!
И я хочу чувствовать, как это происходит! Ставлю ее ступни себе на плечи и вхожу внутрь. Получается очень глубоко. Она ахает, сжимая меня стеночками ритмично и так сильно, что приходится остановиться и отдышаться, чтобы не кончить так позорно быстро.
Несколько быстрых и сильных ударов внутрь. Потом медленно, тягучими толчками, борясь с подступающим оргазмом.
Но в какой-то момент тело берет свое, насильно отключая разум. И, забыв обо всем, я трахаю ее, как отбойный молоток, крепко удерживая за талию. Оргазм приходит так неожиданно и с такой силой взрывает мой мир, что темнеет в глазах.
Но за секунду до этого мгновения, я успеваю почувствовать, понять, что она, кажется, кончила снова.
Сгребаю ее в объятья, впечатывая в свой бок и незаметно для себя мгновенно вырубаюсь.
34 глава. Дурдом
Утро в Алинкиной квартире приносит одновременно разочарование и восторг. Да, это, вроде как, взаимоисключающие понятия, но... Каким-то чудным образом они дополняют друг друга.
Разочарование в том, что ещё в полусне, мучаясь от утреннего стояка, я пытался нащупать рядом с собой эту поистине неуловимую женщину! А её рядом не оказалось.
А я уже успел столько всего нафантазировать себе! Утренний секс — самый офигительный. Женщина расслабленная, сонная, мягкая. Она готова подчиняться любым твоим желаниям.
Но вот восторг скрашивал разочарование. И сильно скрашивал.
Правда, почему негромкие голоса, доносящиеся из кухни, вызывали у меня этот самый восторг, сказать было сложно.
— Мам, а он любит блинчики с вареньем или со сгущёнкой? — спрашивает Ася.
— Я думаю, если он узнает, что ты их приготовила сама, будет рад любым, — смеётся Алинка.
И я невольно растягиваю в улыбке губы, не открывая глаз.
— Мам, а давай разбудим? — нетерпеливая Ася.
— Не надо. Пусть поспит ещё, — заботливая Алинка.
— Ну можно хоть кота к нему запустить?
— Ася! Зачем? Стой!
Прыжок в район моих ступней. Скольжение. И огромные когти маленького на вид котёнка впиваются в мою кожу!
— Аааа! — поспешно проглатываю готовые сорваться с губ ругательства — вдруг Ася услышит. — Засранец мелкий!
Кот, шипя, убегает под кровать. Хотя я ведь ему ничего не сделал!
Резко сажусь, укутываясь в одеяло.
В дверной проем просовывается голова с косичками.
— А мама говорит, что ты спишь! — хитро улыбаясь. — А ты не спишь уже.
"Вот хитрюга!" — думаю я с восхищением.
— Ага. Сколько спать можно? У нас такие планы!
— Снова поедем в мамин магазин? — с любопытством спрашивает она, проходя в комнату и усаживаясь рядом, тем самым отрезая мне все возможности ретироваться в ванную, потому что белья на себе я не ощущаю.
— А мама собирается в магазин? — про себя я задаюсь вопросом — отдыхает ли она вообще когда-нибудь?
— Собирается. Ненадолго, — заглядывает к нам Алинка. — Там у меня Рита сегодня. Но товар привезут в обед. Принять нужно и помочь с ним разобраться.
Встречаемся с Алинкой взглядами. Она тут же отводит глаза, покрываясь красными пятнышками. Это так... мило? Прикольно? Даже не знаю, почему этот факт заставляет меня улыбаться. Ох, Алинка, мне так скоро понравится тебя смущать!
— Тогда предлагаю пока мама будет на работе сгонять к моему деду. Проведать его. А к вечеру отправиться в кафе — поесть там мороженого, а потом в кино. Как вам план, девочки?
Пока Ася кричит "ура!", радостно подпрыгивая на кровати, я глазами показываю Алинке на дверь. Мол, выведи ребенка, будь человеком. Не в одеяле же мне топать в ванную — в идеале хотя бы штаны отыскать.
Она с насмешкой поднимает бровь. Потом так же, как и я, глазами показывает на стул, стоящий у окна. На стуле аккуратно сложены все мои вещи. Ох, ну, слава Богу! А то я уж было испугался...
— Мам, ну, пожалуйста. Я хочу в кафе и в кино! — кричит ребенок.
Крепко держа одеяло, шагаю к стулу за штанами, кот из-под кровати набрасывается на мою голую ногу, вцепляясь в нее когтями и проезжаясь следом за мной, пока я по инерции делаю еще пару шагов.
— Ахаха, — смеется Ася.
— Мр-рррау-у-у-у! — орет дурным голосом кот.
— Ася! Немедленно в свою комнату! — кричит Алинка.
— Оо-о-о-о! — мычу от боли я.
Отцепляем кота вдвоем.
Чтобы хоть как-то скрасить мою боль, прижимаю Алинку к себе, забираясь под пижамную кофточку руками.
— М-м-м-м, у нас тут нет белья, — мурлычу, забыв обо всем на свете и придумывая, как бы так отвоевать ее минут на пятнадцать у дочки.
— Тимур! — возмущается она. — Даже не думай!
— Я клянусь, что буду трахать тебя, не думая, — шепчу ей на ушко, с радостью чувствуя, как она неожиданно расслабляется в моих руках.
Одеяло сползает на пол, едва успеваю подхватить — вдруг Ася заглянет, а я тут голый!
— Дурак, — смеется она, резко подхватываясь и, воспользовавшись моим замешательством, сбегает.
Откидываюсь на кровать, раскинув в стороны руки. Царапины на ноге неприятно пощипывают. И ехать куда-то не хочется совсем. Но на душе странно легко и спокойно, как будто я все делаю правильно...
Блин, тут, конечно, дурдом еще тот, но весело.
35 глава. Семейные радости
— А тебе нравится моя мама?
Вопрос очень к месту, тут не поспоришь.
Учитывая тот факт, что мы с Асей находимся сейчас вдвоём в самой высокой точке колеса обозрения. А я, оказывается, дико боюсь высоты, но, естественно, не могу облажаться перед ребёнком.
Алинка, хитрая, не поехала с нами, сказала, что будет сладкую вату держать. А снизу эта штуковина выглядела совсем безобидно.
Смотрю сверху-вниз на Алинку, которая прохаживается по парковой дорожке, уплетая вату и посматривая по сторонам. Красавица. Я почему раньше мне казалось,
