Герцог по отечески похлопал меня по сложенным на коленях ладоням.
— Ну, ну, девочка… Рассказывай…
Я нервно сглотнула. Ложь вроде бы выходила весьма правдоподобной, и я рискнула врать дальше, но так, чтобы при этом ничего не было понятно:
— Сначала все было хорошо… Маркиз… Он… Потом он стал чрезвычайно груб, порвал то красивое платье, что вы специально заказали к приему… Я испугалась… Стала просить… Но… Он начал… Я схватилась за кровать, а она…Ох! Я не могу… — решив подбавить правдоподобности, попыталась заплакать и даже выдавила пару слезинок, но на этом дело встало. Пришлось делать вид, что я пытаюсь сдерживаться. — Я перепугалась, отбежала к камину… Маркиз наступал… Он… Я так испугалась… — и неожиданно для самой себя (похоже бренди оказалось чрезвычайно крепким) я рухнула на колени у ног его светлости и, взмолившись, сжала его руки в своих. — Поверьте мне! Умоляю, поверьте! Я только защищалась! Мне было жутко страшно! — а потом подумала, что помирать, так пьяной и с музыкой, и стала врать уже напропалую: — Кларенс, он как зверь! Он страшный!…
Герцог с сомнением смотрел на меня.
— Сегодня, когда я побоялась спуститься в столовую и когда ваш камердинер сказал, что вы ждете меня у себя… Слуга маркиза явился ко мне и… Я честно сказала ему!… Поверьте, я сказала ему, что буду говорить с вами после завтрака!.. Сказала, что вы ждете меня!.. А мне не поверили… Мне сказали, чтобы я немедленно шла к маркизу или меня доставят силой… Но я знала, что вы ждете меня! И пошла к вам! И вы видите, что произошло! Вы сами были тому свидетелем!.. — и, спрятав лицо в ладонях старика, запричитала: — Я боюсь его! Я так боюсь…
Герцог сначала нерешительно, а потом все более уверенно принялся гладить меня по голове, словно маленькую девочку утешал. А я поплакала еще немного (вернее поизображала что плачу, потому что от бренди меня развозило все сильней), а потом, подняв на старика раскрасневшееся лицо, произнесла:
— Это все так ужасно…
— Я постараюсь переубедить Кларенса, — начал было тот, но я с испугом, прервала его.
— Нет! Нет! Прошу, ваша светлость! Смиренно прошу, только не это! Я боюсь его! Я опасаюсь ему перечить!… Не надо!
— Аннель, вы за мужем, — попытался втолковать мне герцог, — и это на всю жизнь. Так что чем раньше меж вами все наладится, тем…
— А может быть не сейчас?! Может быть потом, со временем, когда Кларенс успокоится, и перестанет воспринимать меня как врага, то передумает, и вернет обратно… — начала я юлить и изворачиваться, а то чего доброго такая забота вернет меня к тому, с чего начинали, то есть непосредственно в руки к супругу. — А пока, прошу не надо! Мне проще будет уехать в разрушенную усадьбу, и переждать его гнев, чем… Я не знаю, чем заслужила такую ненависть с его стороны! Я старалась… Я хотела всем сердцем стать настоящей маркизой, но… Ваша светлость, я поеду в Адольдаг, как велит мне мой супруг. Я не знаю, как буду там существовать, не знаю что буду делать, но исполню все, что от меня потребует Кларенс, и буду жить там, пока не вызову его милость к себе.
Черты лица герцога потихоньку разглаживались. Не знаю, купился ли он на мою топорную ложь, или продумывал что-то свое, но вдруг поняла, что он сейчас мне что-нибудь предложит.
— Если ты так настроена, дитя мое, — начал он. — Если не хочешь, чтобы я еще раз поговорил с племянником…
— Нет! Прошу! Не надо!
— Ну, хорошо, хорошо, — примирительно продолжил Коненталь, — я помогу тебе. Не знаю озаботился ли Кларенс о твоей жизни в усадьбе… Хотя что я говорю! Конечно же нет… Так вот, я скажу Бейкбору, чтобы он отобрал слуг, которые поехали бы с тобой.
— Спасибо, спасибо! — горячее зашептала я, прижавшись лбом к его ладоням. — Вы мой спаситель! Вы…
— И дам тебе сто марок золотом.
Я ахнула, вскинув на него потрясенный взгляд (хоть я и не знала точной стоимости денег, но из рассказов Меган кое-что выяснила, и теперь могла понять, что это будет весьма внушительная сумма). Его светлость тепло улыбнулся мне в ответ.
— Если будешь экономно тратить только на себя, то вполне продержишься до того момента, когда Кларенс передумает. Однако ему ты ничего не скажешь. Поняла?
— О да, ваша светлость! Я так вам благодарна!.. Я…
Немного смутившись, герцог проворчал:
— Веди себя как положено маркизе, Аннель, — упрекнул меня он. — Встань с колен.
Я поднялась и замерла в нерешительности, а герцог заметил это и спросил:
— Что-нибудь еще? — я молча кивнула — Ну, же! Говори, — подбодрил меня он.
— Ваша светлость, я могу просить вас?
— Конечно.
— Ваша светлость, я за эти дни так привязалась к Меган, что хотела бы… Ваша светлость, я могу взять ее с собой в усадьбу?
— О, какие пустяки! — махнул рукой герцог. Он явно ждал запросов покруче. — Конечно, можешь! Я даже позволю из отобранных Бейкбором людей выбрать, кого бы ты хотела с собой взять.
— Ваша светлость, я так благодарна! Так благодарна!
Поднявшись с дивана, я присела в реверансе, выказывая глубокое почтение.
— Раз так все обернулось — ступай, — отпустил меня Коненталь. — Тебе требуется приготовиться к дальней дороге. Надеюсь, тебе хватит времени, и ты успеешь…
— Я всеми силами буду стараться, ваша светлость! — пообещала я, еще раз приседая.
Вернувшись к себе в комнату, я первым делом обрадовала Меган, что у меня получилось уговорить герцога дать мне с собой в усадьбу слуг. Теперь дело оставалось за ней. Ей необходимо было устроить все так, чтобы дворецкий отобрал для усадьбы именно тех, кого нужно. Девушка заверила меня, что у нее все схвачено и если не она, то мистер Порриман обязательно договорится с Бейкбором. А потом мы начали сборы, которые оказались неожиданно долгими, несмотря на отсутствие имущества. В дорогу я решила поехать в своих вещах, оставив из местных нарядов только платье, да и то без корсета.
Поскольку герцог отдал мне в безраздельное пользование гардероб, обнаруженный в шкафу, Меган начала упаковывать его, не пропуская ни одной тряпочки.
— Все, все пригодится, — бормотала себе под нос девушка, утрамбовывая в ридикюль найденную большеразмерную сорочку.
— Это ж надо такую красоту испортить… — ворчала она, дойдя до разорванного бального платья и складывая его в коробку рядышком с целыми. — Но ничего, ничего… Подол-то целый! Вот если?.. Ничего, я еще найду ему применение…
А я сунула нос в свою сумку. Вынимая из нее вещи, я словно к дому прикасалась. На глаза невольно навернулись слезы. Вот маникюрный набор, минимальный набор косметики, флешка… Зачем она мне теперь? Здесь ее даже вставить неуда. И судя по развитию технологий здесь еще лет сто пятьдесят, а то и двести будет некуда…
