хотела позлить Влада, показать, какой красивой я могу быть, и что все наши девчонки на моем фоне просто пустышки. Эффект кстати сработал. Он тогда от меня ни на шаг не отходил. Правда, я до сих пор не знаю, так было задумано или я ему реально понравилась тогда.
Ладно, чего сейчас об этом говорить, ворошить старые раны.
Но платье все равно вытаскиваю: оно черного цвета, чуть выше колен, облегающее фигуру. На спине вырез до самой поясницы, который придает образу некую игривость. А рукава, украшенные кружевом, добавляют романтический контраст. Волосы я оставляю распущенными, закручиваю их локонами.
Красотка же? Ни то слово! Такая я сама себе безумно нравлюсь.
— Ну отпад! — заключает Ленка, оценив нас с Дашкой. — А теперь выдвигаемся покорять мужской пол.
— Больно надо, — бурчу тихо.
Садимся в такси, Лена нас буквально за руки доводит до актового зала и только после прощается — идет к своим. Зал, кстати, украсили хорошо. Гирлянды по периметру висят, мишура на окнах, столиках, плакаты разные. Музыка из колонок звучит динамичная. А за окном снег срывается. Словно у нас тут не посвящение, а новогодний движ. И все такие нарядные главное, замечаю некоторых вообще в длинных платьях в пол с прическами.
А потом поворачиваюсь и случайно вижу у входа Глеба. Пришел таки. Зря Даша переживала. Этот собственник ни на шаг от нее не отходит. На нем белая рубашка, пиджак и форменные брюки. Волосы уложены на бок, такой весь строгий, взрослый не по годам. Девчонки на него только так поглядывают. А он на них даже не смотрит, только Дашку взглядом облизывает.
Кажется, я тут лишняя.
— Дашуль, я отойду, — шепчу ей на ухо и быстренько сбегаю.
Подхожу к столику, беру апельсиновый сок, делаю несколько глотков, и вдруг на меня накатывает такое странное чувство — будто я тут чужая. Вон все по группам разбились, болтают, смеются, снимают видосики на камеру, делают фотки. А я — одна.
Нет, у меня с детства так, не ладилось с девочками. То я в их компании не вписывалась, то их парни на меня поглядывали, то нам тупо было скучно. С мальчишками мне всегда было проще находить общий язык. Наверное, зря я сюда пришла. И платье это нацепила зря. Какой толк? С кем я буду танцевать?
— Вау, Крис! — рядом неожиданно присвистывает Толик. Он вырастает так внезапно, что я захожусь в кашле из-за сока, которым подавилась. В отличие от того же Гора, Толик в серой майке и обычных джинсах. Видно, парень не сильно запаривался за свой имидж.
— А где твоя подружка? — ищу Лейлу взглядом, но не нахожу.
— Вообще-то, — он придвигается ближе и шепчет так заговорщически, словно мы тайные агенты и обсуждаем важный секрет. — У нас с ней нет отношений.
— Вот как?
Прищуриваюсь, врет что ли? Только зачем?
— Да разве такая хабалка может понравиться нормальному парню? — с удивлением восклицает Толик.
— Даже так? — я стараюсь делать вид, что меня не удивляют его слова в отношении Лейлы. Тем более я лично видела, как несколько недель назад они страстно зажимались в коридоре. Он открыто лапал ее, а она и не против была.
— Отойдем вон туда? — Толик показывает на дальний угол, ближе к сцене, с противоположной стороны от входа. — Там потише, расскажу тебе.
— А ты уверен, что я хочу знать твою историю, Толик?
— Может, ты мне нравишься? — в этот раз я не сдерживаюсь, размыкаю губы, правда тут же подбираюсь вся, и опять натягиваю маску непроницаемости. Врет он. Или это действие платья. С другой стороны, ведь зачем-то голосовал за меня. Короче, происходит что-то странное, и мне надо выяснить что.
— Неожиданно…
— Ты очень красивая, Крис, — помедлив, он добавляет. — Особенно сегодня. Может, все-таки дашь мне шанс рассказать тебе мою историю?
— Ну… ладно.
И Мамаев на радостях подхватывает меня под локоть, но я тут же одергиваю руку, не хочу лишних проблем, и мы идем в тот самый дальний уголок. По пути он рассказывает про какой-то ультиматум от Лейлы, что якобы она шантажом его заставила плохо со мной обращаться, а он никак не мог отказать ей. Какой уж секрет знает Лейла на этого Толика, не говорит.
А когда мы останавливаемся в нескольких шагах от сцены, музыка в зале затихает и ведущая начинает задорный монолог.
— Хей, народ, всем привет! Впереди нас ждет много интересного! Мы выберем Короля и Королеву первого курса, но прежде проведем несколько веселых конкурсов для разогрева. И первый называется «Твой парень на вечер». Все готовы?
Народ активно скандирует «да».
— Тогда прямо сейчас прожектор выберет девушку, которой с закрытыми глазами предстоит выбрать своего счастливчика. А затем она будет обязана станцевать с ним и закрыться в нашей тайной комнате.
В зале поднимает визг, смешки. Кажется, все в предвкушении игры.
— Коля! — ведущая обращается к ди-джею. — Включай рулетку.
Свет резко гаснет, появляется солнышко от прожектора. Оно быстро бегает по залу, и когда останавливается на мне, я даже не сразу понимаю этого. Перевожу заторможенный взгляд на Толика, а он лишь улыбается в ответ.
— Ты! — кричит ведущая. — Выбор сделан. Кто подскажет, как зовут нашу претендентку?
— Кристина! — выкрикивает кто-то.
Паника вдруг подступает к горлу, я толком не могу понять, что происходит. Но народ скандирует мое имя, словно я какая-то телезвезда. Они громко требуют, чтобы я вышла на сцену, сыграла в их дурацкую игру, несмотря на то, что мне совсем не хочется. И я бы, может, сбежала, не вижу ничего постыдного в публичном отказе, вот только кто-то толкает меня в спину, затем еще и еще, и вот я уже стою напротив ступеней, ведущих наверх.
Ведущая подбегает, хватает меня за руку, практически силой помогает подняться. Я в каком-то полуобморочном состоянии оглядываю зал, пытаюсь унять нервную дрожь, что бьет волнами по телу.
И почему у меня, черт возьми, такое дурное предчувствие?
Глава 21. Руслан
Снимаю шлем, оставляю его на байке и иду к зданию универа. Вообще, на сегодня у меня были другие планы, но Арс попросил явиться, так сказать для поднятия боевого духа у народа. Типа, когда наша компашка приходит на дискотеку, ребята активнее подтягиваются, и в целом, атмосфера лучше. А друзьям отказывать я не привык.
Захожу в холл, в нос сразу ударяет стойкий запах женского лака для волос: несколько девчонок у зеркала крутятся, обливаются гадостью. Я морщусь, проходя мимо, одна из них тайком поглядывает
