передал ему ключи от своей Треххатки. Взамен он получил дискету с уже дополненными «Предложениями».
— А что, если билетов не будет? — говорил Жорка, сбегая по ступенькам вниз.
— Убей пилота, но добудь.
Вместе с кастрюлькой он покатил на метро к Даниловне. Только переступив порог ее квартиры, он понял, что, кажется, этот бесконечный день действительно можно считать законченным. Кстати, любимая девушка хоть и больная, ужин тоже приготовила. Ну что ж, кастрюлька просто была отправлена в холодильник.
В пять утра на мобильнике пискнула эсэмэска от Хазина: «Главное сделано. Отрубаюсь».
11
Следующий день у старшего князька получился не менее насыщенным. С утра он на компьютере Даниловне слегка поправил дополненные «Предложения» Жорки, снабдил их тремя подписями: директора Демко, продюсера Копылова и креативного продюсера Хазина и отправил по мылу Демко.
Даниловна была уже почти здорова, а стало быть, полна разговорной энергии. Так и не выудив из него отчета о его вчерашних перемещениях в пространстве, снова заканючила:
— А может, какое другое задание мне придумаешь?
— Пожалуйста. Можешь заняться Шкурным Моссадом.
— Как это?
— Классический Моссад по всей планете мочит главных врагов Израиля. Шкурный русский Моссад будет до нитки грабить главных предателей России. Пепел девяносто первого года будет стучать в нашем сердце. (Про детей предателей он не рискнул сказать.)
— Жорка тоже участвует?
— Не-а. Жорка слишком ценный экземпляр, чтобы в этом участвовать.
— А я, значит, нет? Расходный материал для тебя.
— Еще какой расходный, — засмеялся он.
— А что в нем такого ценного? Я даже заревновала. К Вере — нет, к нему — да.
— Он при мне типа комиссара в пыльном шлеме. Чуть что, сразу мне по рукам.
— А мне он говорит, что это ты его все время на цепи держишь.
— Просто он умеет то, что я не могу.
— Что, например?
— На днях в Питере выйдет поэтический сборник «50 лучших поэтов 2001 года», в самом уголке обложки будет «По выбору Юрия Ляпина». Жоркин псевдоним. Это не стрелялки с бандосами, тут озверевшие поэты распнут его со всем пристрастием.
— Выходит, у него жизнь опаснее, чем у тебя.
— Именно, — охотно согласился Алекс.
Умяв единолично (Даниловна только кофе) почти всю привезенную кастрюльку, он пошел на выход встречать своих новых подельников чуть в стороне от дома подруги.
Гренадеры (как он их про себя называл) подъехали к назначенному месту почти одновременно, и тут же в джипе Вадима был устроен военный совет.
Нил привез аж шесть карт и атласов и сам указал в самом толстом из них деревню Степянку в ста километрах от Москвы:
— Ну и как в ней теперь найти какую-то тетю Глашу. Может, подскажешь?
— Глаша — это Глафира. Деревня маленькая, — принялся объяснять как маленькому Алекс. — Слышал про связи через два-три рукопожатия?
— Какие еще связи?
— У тебя есть нужный знакомый, у которого тоже есть нужный знакомый, у него и будет нужная наводка.
— Ну? — все еще не понимал Нил.
— В вашей фирме точно есть выход на большого фээсбэшника, у того есть выход на подмосковных ментов, у тех — выход на участкового этой Степянки. Что тут непонятного?
— И что, им всем говорить, что ищем бабку-воровку?
— Им всем говорить: у этой Глафиры нашлась богатая родня, которая почему-то захотела с ней связаться. В общем, мы с Вадимом едем в эту Степянку, посмотрим, что там и как, а ты в «адрес» за телефон и выходи на участкового Степянки.
Парни смотрели на Копылова, как бандерлоги на Каа, неспособные к возражениям.
Ну и разъехались в разные стороны. Московские и подмосковные пробки сделали свое дело: езда была изматывающей. На торпеде перед Вадимом лежал открытый атлас со Степянкой, так что дополнительный штурман был уже не нужен.
— Не обидишься, если немного сосну? — спросил Алекс из вежливости.
— Да спи, — был ответ.
Перебравшись на задние сиденья, отельер подложил под голову куртку с торбой и с комфортом улегся. Но уснуть удалось не сразу. Позвонил Демко:
«Хотел узнать, вы намерены приехать для подписания договора?»
— Я смогу подъехать лишь к вечеру. Привезу некоторые предложения моей команды. Без них как-то нет особого смысла все это затевать.
«Если я их приму, тогда договор, надеюсь, подпишем?»
— Потом будет составлена смета первичных расходов. Договор только после этого. Кстати, не могу ли я получить от вас список всех работников с их зарплатами. Просто для представления кто там и что. То же самое и про ваших арендаторов.
«А нескромный вопрос можно? Вы у меня работаете или я у вас?»
— Конечно, не вы, а я у вас работаю. Как и говорил, во всем буду с вами советоваться. Но чтобы что-то делать, мне нужна свобода рук, иначе никакого результата от меня вряд ли получится. Да и перед своей командой мне никак нельзя терять лицо.
На этом разговор был закончен.
Тут мобильник вновь завибрировал. Эсэмэска от Веры гласила:
«Вышли мне мои вещи, пожалуйста».
Кажется, с этим все окончательно определилось. В голову пришла мысль о необходимости переделывать свое завещание. С усмешкой размышляя, кому что оставить (Еве — «Бирему», Люсьен — «Два путника», Ларе — «Буратино» и гостевые квартиры, Вере — Треххатку, Жорке — «Стрельца» и вторую половину «Фазенды»), он незаметно крепко уснул. Проснулся через два часа от прикосновения руки Вадима:
— Вон твоя Степянка.
Искомый поселок представлял собой две небольших параллельных улочки с чересполосицей домов: 3 развалюхи, 1 зажиточный теремок, 1 обновляемый дом. Джип стоял возле небольшой березовой рощицы, рядом с которой находился детский уголок с качелями и небольшое футбольное поле.
— Нил не звонил? — Алекс достал мобильник и посмотрел: звонков не было. Набрал Нила сам:
— Мы уже на точке. У тебя что?
«Нашел телефон участкового Степянки, но его на месте нет. Мобильники у них еще не появились».
— А с кем-то другим не пробовал?
«Так звонок был именно этому участковому. Сам говорил не очень светиться».
— Хорошо, не светись, карауль участкового.
Пару минут Алекс размышлял, стоит ли идти в местный магазинчик расспрашивать про тетю (бабу) Глашу. Если люди Департамента уже наведывались к ней, то так делать явно не следовало.
Из березовой рощицы к детскому уголку вышли пять или шесть коз, за ними мальчик и две девочки лет 8—10. Козы глубокомысленно щипали зелень, троица ребят скучающе опробовали слишком детские для них качели и карусель.
Отельер вылез из машины и направился к козам. Те с недоверием смотрели на него.
— Ну и что, выгодно сейчас коз держать? — обратился он к ребятам.
— Кому как, — ответила девочка постарше, — летом так и выгодно. Дачники все берут.
— И многие в деревне коз держат?
— Да
