чем деградировать, — я выхватил у него коробку, и повернулся к новенькому. — Ямада, если хотите что-то спросить, то спрашивайте, а не просто подкрадывайтесь сзади. Ну а если захотели шпионить, учитесь хотя бы не краснеть.
Бедный парень и правда приобрел с лица окраску хорошо вызревшего томата, и я уже начинал за него беспокоится, но тут он резко вздрогнул и убежал. Харуто расхохотался:
— Вот умора. Зато, как видишь, он не шпион. Просто дурачок. Но ты свое подозрение произнес с излишне серьезным видом, и явно не шутил? А раз так, — он прищурился, — у тебя есть какие-то секреты.
— Есть конечно, — стараясь говорить как можно спокойнее ответил я. — Например, как выжить рядом с тобой и не сойти с ума от тупых шуток.
Выйдя наконец с работы, на углу улицы я заметил доктора Фурукава. Он был одет в безупречный костюм, который шел ему гораздо лучше, чем мятый белый халат. Заметив меня, он стал делать неясные пасы руками, и лишь через несколько шагов я понял, что он таким образом сигнализирует мне. Странно, ну и ладно. Я как никак жизнью ему обязан, может чем помочь нужно? С этими мыслями я решительно двинулся ему навстречу.
— Канэко-сан, — голос врача прозвучал очень приветливо и дружелюбно, — вы выглядите гораздо живее, чем при нашей первой встрече.
— Спасибо, доктор. Это всё благодаря вам, — я сделал небольшой поклон и продолжил. — А что Вы тут делаете? Или в свободное от кромсания людей скальпелем время вы режете коробки?
Фурукава проигнорировал шутку, приближаясь:
— Ваши родители были гениями. Но даже гении иногда играют с огнём.
— Мои родители? — я вздрогнул при упоминании о моей семье. — Что Вы хотите всем этим сказать?
Фурукава вздохнул, доставая из внутреннего кармана пиджака конверт:
— Мне нужно кое-что вам передать. И, — он наклонился ближе ко мне, — будьте осторожнее с тем, что находите в старых портфелях.
— Понял, не открывать при Момо, — я спрятал конверт за пазуху. — А то она сожрёт всё, включая возможные улики.
Поведение доктора меня сильно удивило, но накопившаяся усталость мешала адекватно проанализировать то, что сейчас произошло. Когда Фурукава ушёл, я прошептал себе под нос:
«Чёрт, теперь я чувствую себя героем типового детектива. Прямо не жизнь, а клише Болливуда. У кого-то роман с камнем, а у меня эпопея с часами», — усмехнулся я самому себе. Порой думаю, что вариант остаться овощем был не так уж плох. Ну или во всяком случае более понятен, что ли.
Перед домом я зашёл в местный конбини за едой на ужин. У холодильника с энергетиками стоял Харуто, разглядывая банку с надписью «Суперзаряд».
— О, наш костюмированный герой! — Харуто выпустил клуб дыма. — Видел, тебя уже какие-то мужики с работы провожают? Совсем беда с головой, один дорогу домой не найдешь?
— Харуто, — ответил я, взяв с полки банку кофе, — У меня хроническая аллергия на идиотов. А твои шутки, как и ты, попахивают дешевкой и вызывают у меня кожный зуд.
— Зато я не прикидываюсь крутым, — Харуто подошёл ближе. — Знаешь, что говорят на складе? Что ты поднялся только потому, что…
— Потому что я не трачу время на подлизывание к Огиваре? — перебил его я. — Да, знаю. А ещё знаю, что ты пятый раз покупаешь этот энергетик. Что, не хватает сил донести посылку без допинга?
Продавец за кассой, подросток с фиолетовым волосами, стучал костяшками пальцев по столу:
— Парни, тут не клуб по интересам. Платите или валите.
— Посчитайте раздельно, — синхронно бросили мы, не отрывая взгляда друг от друга.
Я протянул деньги:
— Сдачу оставлю этому молодому человеку, пусть купит себе учебник по этикету. — Я указал на Харуто.
— Ой, спасибо! — парировал мой бывший друг. — Как раз собирался купить тебе зеркало, чтобы ты видел, как смешно выглядишь в этом галстуке.
— Я закажу для тебя постер со своим фото, — ответил ему я, — чтобы ты понял, как должен выглядеть уважающий себя мужчина, хотя кому я это говорю.
Я вышел, слыша за спиной смех продавца. Оборачиваться я не стал, но готов биться об заклад, что своими глазами Харуто при желании уже давно прожег бы меня насквозь.
Дома Момо встретила меня, держа в зубах пропавший носок.
— Ах ты мелкая предательница! — Я попытался отобрать добычу, но Момо уворачивалась, залезая под диван. — Ладно, оставь себе. Второй всё равно дырявый.
Я включил телевизор, где в этот момент шла реклама корма для собак с участием пуделя в бандане.
— Видишь? — Я показал пальцем в экран. — Вот как надо выглядеть звезде интернета. А ты? Ты даже не можешь нормально принести тапочки.
Момо, обиженно хрюкнув, плюхнулась на пол и начала вылизывать лапу.
— Не дуйся. Ты всё равно лучше этого гламурного кудряша, — я бросил ей кусочек моти. — Но, если ты снова стащишь мой носок, я куплю тебе розовый комбинезон с рюшками. Пошли лучше гулять.
Возвращаясь домой с вечернего моциона, я заметил, что чёрный седан сменил позицию — теперь он стоял возле другого дома, но всё также с отличным видом как на входную дверь, так и на мою квартиру. Момо, почуяв напряжение, зарычала, встав между хозяином и дорогой.
— Спокойно, — я наклонился и погладил её по голове. — Пока мы не будем давать им повода.
Вечером, решив приготовить ужин, я обнаружил, что Момо устроила засаду у холодильника.
— Ты думаешь, я не вижу, как ты смотришь на сосиски? — Я прикрыл дверцу ногой. — Это не для тебя. Это для меня. Для того моего будущего, где я не умираю от голода.
Момо села, подняв лапу, будто клялась в невиновности.
— Не поможет. В прошлый раз ты так же клялась, а потом украла со стола мою порцию, — сказал я и бросил ей кусочек морковки. — Вот, тренируй челюсть, говорят она и для глаз полезна.
Собака фыркнула и покатила овощ под диван, явно обидевшись.
— Ладно, — я сдался. — Половина сосиски. Но если будешь просить ещё одну — переведу тебя на вегетарианскую диету.
Перед тем как лечь, я решил осмотреть окрестности. Приглушил свет и подкрался к окну, прижимаясь к стене. Заметил, что чёрный седан всё ещё на месте.
—
