одновременно, трясясь и задыхаясь, цепляясь друг за друга, пока волна не схлынула.
Несколько мгновений мы лежали неподвижно, тяжело дыша, пока вода душа смывала остатки жара. Потом мы переглянулись — в глазах было смущение, но и понимание.
— Пойдём… — первой прошептала Ольга.
Мы ещё раз сполоснулись, молча, без слов. Просто смыли следы, будто и не было этого. Но внутри я знала: было. И это стало чем-то больше, чем просто стыдной минутной слабостью. Это — часть нас.
Мы вернулись в комнату. Он всё так же спал, дышал ровно, спокойно. Мы тихо скользнули под одеяло, по разные его стороны. Чистые, расслабленные, но с сердцами, всё ещё бьющимися быстрее обычного.
Я закрыла глаза, чувствуя его рядом. Всё это было не ради нас. Ради него. Чтобы, когда он проснётся, мы были готовы.
Глава 11
Я проснулся не сразу. Сначала уловил тепло — с обеих сторон кто-то прижимался ко мне. Открыл глаза: Милена и Ольга спали рядом, дыхание их было ровным, лица спокойными. На секунду задержался взглядом — и поймал себя на мысли, что впервые за долгое время просыпаюсь в таком настроении.
Решил еще пару секунд понежиться в объятиях девушек, стараясь не разбудить их. Пусть отдыхают. Они заслужили.
Я понимал: ночь прошла, и теперь нельзя позволять себе расслабляться. Род только зарождается, и пора начинать решать его проблемы, а не жить в иллюзии отдыха.
Осторожно вылез из под одеяла и объятий девушек, стараясь не тревожить Милену и Ольгу. Обе спали крепко, тихо дышали, и вид у них был такой спокойный, что будить их точно не хотелось.
Ночью оказалось жарко — вещи оказались разбросаны по полу. Я нашёл рубашку и штаны, трусы так и не обнаружил. Усмехнулся про себя: значит, буду любовником «без комплекта». Натянул штаны прямо на голое тело, застегнул пуговицы рубашки и тихо поднялся.
У двери задержался на секунду. Приоткрыл её и выглянул в коридор — пусто. Хорошо. Выскользнул наружу и так же осторожно прикрыл за собой, стараясь, чтобы замок не щёлкнул слишком громко.
Шёл почти на цыпочках, словно Казанова, убегающий от чужих жён. Смешно, конечно, ведь это мои невесты. Но ощущение было именно таким — что я делаю что-то запретное, и сейчас кто-нибудь выйдет в коридор и поймает меня с поличным. Вот кого я точно не хотел бы встретить в этом коридоре — так это Злату. Уж она-то не упустила бы случая обрушить на меня весь свой сарказм. А то и скандал закатила бы. Почему-то я был уверен: если она поймает меня сейчас, выйдя из комнаты Милены, разговор будет долгим и крайне неприятным.
К счастью, путь оказался коротким. Добежал до своей спальни почти бегом, захлопнул дверь и только тогда позволил себе выдохнуть. Даже самому смешно стало — чего я, собственно, боюсь? Наверное, воспоминания о вчерашнем: я обещал провести ритуал, но так и не сделал. А Злата ведь умеет пылать — и в переносном, и в прямом смысле. Я уверен, что она вчера весь вечер ходила по поместью, сверкая своими огненными волосами, и явно готовилась устроить мне разнос. Уверен, разговор ещё впереди.
Я скинул одежду и пошёл в душ. Ночью так и не дошёл — вырубился без сил, хотя и просыпался пару раз, спасибо девушка за это. Но полноценного отдыха это не дало. Тёплая вода стекала по коже, и именно в этот момент я позволил себе сосредоточиться на главном.
Экономикой займутся Ольга со Златой — пусть будут при деле. Милене тоже стоит найти задачу, чтобы её родовое Эхо не пропадало впустую. А вот политикой займусь лично. И первое, что требует решения, — это ужин у герцога Петрова.
Кто-то помог нам с девятым рангом, выпустив по монстру залп на шесть миллионов. В голове сразу всплыло сравнение: один местный рубль равен десяти тысячам в моём прошлом мире. Выходит, тогда в воздухе сгорела сумма, за которую в моей реальности можно было половину Африки купить. Сумасшедшие деньги. И за такие траты просто «спасибо» не говорят.
Кто же это был? Канцелярия? Нет, на вертушках были гербы. Столица? Слишком быстро. Значит, кто-то из местных родов. Союзники или враги? Если союзники — замечательно, у меня появляется покровитель, готовый швырнуть шесть миллионов ради моего выживания. Если враги — тогда мои два с половиной миллиона, что выделил король за победу над прошлым монстром, и в придачу Злата, спущенная ко мне из дворца, окажутся лишь жалкой подачкой.
А ещё я был уверен: тем, кто помог, мои деньги будут неинтересны. Значит, потребуют что-то другое. Но что именно?
Я выключил воду, вытерся, оделся и, всё ещё обдумывая эти мысли, направился на кухню. Там меня встретила тётя Марина.
— Доброе утро, молодой господин.
— Доброе, тётя Марина, — ответил я с улыбкой. — Подайте, пожалуйста, кофе в кабинет.
— С кофе булочки будете? Только из печи.
— Нет-нет, спасибо. Только кофе.
Конечно, я прекрасно знал, что «только кофе» у неё не бывает. И правда: едва я вошёл в кабинет, как следом за мной вошла она с подносом. Кофейник на подогреве, чашка, и целая гора выпечки — булочки, печенье, пирожки.
Я покачал головой, усмехнулся. Главное, чтобы Злата или Марк сюда не заявились. Эти двое готовы учуять выпечку тёти Марины за пару километров. Будет цирк, если заявятся сюда вдвоём — словно та самая мышь из старых мультиков про бурундуков, летящая на запах сыра. Кстати, прямо перед смертью узнал интересный факт, о том что в том мультике Мышь вышла замуж за Муху, и у них родились 42 МышеМухи.
Тётя Марина поставила поднос на стол.
— Вот, молодой господин. Всё горячее, всё свежее, — сказала она и привычным движением поправила полотенце на плече.
— Спасибо, тётя Марин, — я кивнул.
Она улыбнулась, махнула рукой.
— Да ладно вам. Это же моя работа — кормить вас так, чтобы всегда были сыты, да с кофе горячим.
Развернулась и ушла, оставив за собой лёгкий запах свежей выпечки.
Я задержался взглядом на двери. Хоть формально я и барон, а она всего лишь кухарка и служанка, мне приятно относиться к ней по-человечески. Всегда считал: манеры нужны не для показухи, а для самого себя. «Спасибо» и «пожалуйста» — простые слова, но именно они не дают превратиться в свинью, которая воспринимает заботу окружающих как должное. Люди рядом не должны чувствовать понебратства или пренебрежения.
