на их шины. Первой была большая «тойота», когда мы приехали сюда в прошлый раз. Джесси сказала, что это машина Дирка. Шины были «файрстоун». Сухие, а сверху, где кузов защищал их от дождя, даже запыленные. Я не специалист, но после дождей на этой машине явно не ездили.
Следующая – шины очень грязные, но не «файрстоун». Третья – кремовый внедорожник. Шины – «файрстоун». Чистые. И даже очень. Их недавно мыли? Я заглядывала под машину, и тут из пансионата вышел мужчина. Краснолицый, кустистая борода, брови – две мохнатые гусеницы. Они сплелись у него на лбу, когда он нахмурился.
– Привет! – сказал он. – Что вы там ищете?
– Гм, я кое-что уронила, – сказала я. – Доброе утро. Я танни Мария.
– Опаздываю, – сообщил он, забираясь в машину.
– Вы из адвентистов седьмого дня? – спросила я.
Он хлопнул дверью и с ревом умчался прочь, не успела я и глазом моргнуть.
В Ледисмите никто никуда не торопится. У людей всегда есть время на «доброе утро, как дела?». Обычно они готовы говорить дольше, здесь за разговорами, даже с новыми знакомыми, можно провести целый день. Видимо, это не местный.
Куда он так понесся? Близится конец света, а столько дел остались не сделанными?
Я вернулась к своей машине и задумалась: узнай я, что конец света не за горами, что бы я сделала? В Бога я не верю, в церковь тоже, все это не мое, так что вряд ли стала бы молиться или думать о вознесении. Наверное, приготовила бы что-нибудь вкусненькое. Но что именно? И кого я пригласила бы трапезничать вместе со мной?
Мои мысли вернулись к обеду с детективом Канемайером. Мясо было что надо. И торт на уровне. Но для последней трапезы я бы приготовила что-то другое.
На стоянке перед супермаркетом стояло еще пять внедорожников. Три из них – белые. Я припарковалась и, проходя мимо них, взглянула на шины. На двух – «файрстоун», обе заляпаны грязью. Я вздохнула. Можно разглядывать шины до бесконечности, но что это даст? А мне ведь надо купить продукты и взяться за готовку.
Я заскочила в обувной магазин и купила у Элны де Гранж немного оливкового масла. У ее брата оливковый сад недалеко от Риверсдейла, и она сказала мне, что его жена ждет ребенка. Она хотела еще немного поболтать, но задерживаться я не стала. Пошла в библиотеку и попросила танни де Ягер, библиотекаря, погуглить для меня вкусный веганский пирог. Результат был получен мгновенно – распечатка выскочила из принтера, а танни еще не успела рассказать мне, как сельдерей помог ей при артрите. Рецепт веганского пирога – грецкие орехи и финики. Я поблагодарила ее и убрала страничку в сумку.
У входа в супермаркет я увидела, как управляющий – с шоколадно-молочными усиками – садится в свой маленький синий «гольф». С ним тоже надо будет поговорить. Он был начальником Мартины. Но не успела я подойти к нему и поздороваться, он уже уехал.
Народу в супермаркете оказалось не много, и с покупками я разобралась довольно быстро. Купила финики, грецкие орехи, еще кое-какие мелочи для веганского торта. Мука для торта и прочего феткука у меня была, а для карри пришлось кое-что прикупить. Обычно я делаю фарш сама, но я увидела, что у них есть замороженный фарш из дикого кабана, а времени было мало, и я его купила. Видеть мясо дичи в летнюю пору было как-то странно. Видимо, его хранят замороженным с зимнего охотничьего сезона.
Я выбрала кассу Марики. Я знала, что она любит поговорить, но на сей раз мне это было на руку.
– Как дела, танни Мария?
Это была цветная девушка с круглым миловидным личиком. Прямые волосы уложены в завиток вокруг головы.
– Не жалуюсь, – сказала я. – Еще и дождичек в помощь.
– О да, – сказала она, сканируя фарш.
– Ваш управляющий здесь бывает не часто? – спросила я.
– Он отвечает за все супермаркеты в Кару, – сказала она так, будто гордилась им.
Я посмотрела на часы.
– В субботу уже поздно ездить по другим отделениям.
– Может, просто решил уехать пораньше, – предположила она. – По выходным он любит ездить к себе на охотничью ферму в Таузберге.
Она сложила мои продукты в пластиковый пакет.
– С женой, – уточнила она, чтобы мне в голову не пришли шаловливые мысли.
– Вы были дружны с Мартиной – миссис ван Скалквайк? – спросила я.
– О-о, надо же, какой ужас с ней приключился, – сказала Марики. – Ее муж мне никогда не нравился. Или вы думаете, это самоубийство? Я слышала, у нее была депрессия.
– Думаете, у нее была депрессия?
– Ну, не знаю. Мистер Корнелиус считает, что была. Она, знаете ли, держалась особняком. Все больше сидела в кабинете.
– Ее кабинет там? – спросила я.
– Да, она сидела в одной комнате с мистером Корнелиусом.
– Спасибо, Марики. Пока.
– Тотсинс[24], танни. Всего хорошего.
Уходя, я прошла мимо кабинета Мартины. Большое окно с серебряными полосками, походившими на узкие зеркала, выходило в торговый зал. Я постучала в дверь и попробовала ее открыть, но она была заперта. Прижавшись лицом к стеклу, я заглянула в щель между тонкими зеркалами. Большой письменный стол с разбросанными бумагами, пустая обертка от пирога. А в углу – маленький пустой стол, только аккуратные лотки для входящей и исходящей почты. Понятно, какой из них принадлежал Мартине.
По дороге домой мне попались еще пять белых внедорожников. Раньше я их не замечала, а теперь видела их на каждом шагу.
Мне очень хотелось заняться гренками, но прежде я замесила тесто для феткука. Тесто я люблю готовить по старинке, на дрожжах. Пока тесто поднималось под солнышком на крылечке, я сидела рядом и ела гренки по-валлийски. Перед тем как полить тосты густым сырным соусом, я положила на них мелко порубленное яйцо. Ароматы пива, горчицы, сливок и зрелого чеддера дали единый сливочно-пикантный вкус.
Я посмотрела на свой сад, на вельд, чистый и зеленый после дождей. Кажется, уже пробиваются новые побеги. Было тепло, но не безумно жарко. Мои куры клевали землю в тени лимонного дерева.
Пока тесто для феткука созревало на солнце, я приготовила особый фарш. Я обжарила мясо на сливочном масле, и оно приобрело приятный темно-коричневый оттенок, добавила лук, молотую куркуму, кориандр и гвоздику, потом томаты и чатни из зеленых помидоров. Все это поставила тушиться.
Взяла с крылечка тесто, аккуратно размешала и скатала из него шарики. Немного их придавила, каждый смазала маслом и оставила подниматься.
Когда масло сильно разогрелось, я обжарила феткуки во
