с тех пор никто не чистил. Ирка даже предложила припарковаться где-нибудь в переулке, но потом решила, что это только привлечёт ненужное внимание. Правда, когда третья по счёту соседка поинтересовалась, кто это к ним приехал и зачем, а спина взвыла с непривычки, она поменяла своё мнение, но делать что-то по-другому было уже поздно.
— Слушай, можно я хоть одной, а? — тихо спросила Без, провожая взглядом сухонькую старушку в бежевом пальто. — Они жизнь прожили, их уже ничем не удивишь.
— Нельзя. Не в мою смену.
Без с таким остервенением сунула лопату в снег, что Ирке стало страшно, и она немного смягчилась:
— Вечером. Вечером оттянешься.
Дориан встретил старую знакомую настороженно. Сам поздороваться не подошёл, на приветствие «Ах ты старая псина!» ответил глухим ворчанием, а на Ирку выразительно сверкнул глазами, мол, устроила тут проходной двор для нечисти и волшебных тварей. Она в ответ вздохнула и развела руками.
Зато Баюн вился вокруг гостьи вьюном, путался под ногами и всячески показывал, кто тут славный котейка, которому злые хозяева мяса недокладывают. Без отвечала ему взаимностью, чесала мохнатый лоб и хвалила мохнатые штаны.
— Сможешь в него превратиться? — спросила Ирка.
— Обижаешь. Я всё могу!
— Тогда, — Ирка прикрыла глаза рукой и зажмурилась на всякий случай, — я знаю, кто ты. Ты — кот Баюн.
Несколько мучительных секунд ожидания, кошачий взвяк, шипение… Два абсолютно неразличимых между собой волшебных зверя стояли друг напротив друга, выгнув спины, и метали глазами зелёные молнии. Ещё немного — и кинутся в бой.
Ирка застыла на месте, лихорадочно соображая, что делать. Растаскивать? Взывать к совести и разуму? Или… Последняя мысль пришла ей в голову, когда один из Баюнов, утробно урча, пошёл на другого.
— Без, мать твою за ногу, будь человеком!
— И она ещё сомневалась! — хмыкнула Безымянка, принявшая облик невзрачного мужчины с лысиной на макушке. — Даже кот поверил!
Баюн в это время уже вылизывался, сидя на любимом месте на этажерке. Услышав, что обсуждают его, он демонстративно задрал лапу и принялся что-то яростно выкусывать под хвостом.
***
За котом приехали на закате. Ирка, которая несколько часов кряду не находила себе места, с наступлением сумерек переселилась в спальню и высматривала подозрительных незнакомцев в окно. Незнакомцы приехали на неприметной синей машине из той породы, какую могут позволить себе работяги побогаче и менеджеры средней руки. С первого раза и не заподозришь ничего, заметив её на своей улице. Только вот ехала она медленно, словно водитель высматривал нужный адрес. У Иркиного дома машина совсем сбавила ход, но останавливаться не стала, проехала чуть дальше.
«А они не очень опытные. Палятся, как дети!» Это внушало некоторые надежды, что план с Без вполне может сработать.
— Приехали. Пора, — сказала она Безымянке и Баюну, натягивая кроссовки в коридоре.
Быстрая проверка перед выходом. Атомайзер со святой водой в одном кармане, электрошокер — в другом. Короткое: «Я знаю, кто ты», обращённое к нечисти. Можно выходить.
Первым по лестнице с невысокого крыльца сбежал настоящий Баюн и укрылся в продухе, оставленном в подвале. Без уселась на широких перилах и обвила пушистым хвостом лапы. Дориан подбежал к калитке, замер, прислушиваясь. Ирка встала рядом, левой рукой нащупала атомайзер и принялась снимать с него крышку.
За забором прошуршали по заснеженной дорожке чьи-то шаги. Ирка одними губами спросила у пса: «Сколько их там?» Дориан пролаял три раза и вдруг забрехал, что твой сторожевой пёс. В калитку застучали. Тяжело так, нехорошо.
Ирка повернула замок, отодвинула щеколду и впустила гостей.
В утренних расчётах они не обманулись. Забирать Баюна и в самом деле пришли двое широкоплечих крепких мужиков, не таких, впрочем, сильных и мощных, как Дориан в человеческом обличье, и тонкокостный вампир в дублёнке. Тот самый, что выискивал Баюна, прикидываясь коммивояжером. В калитку он прошёл последним. Ирка не расслышала, как его пригласил один из подельников.
На первый взгляд, гости были безоружны. Если, конечно, можно считать таковым жадного до крови вампира. Один из громил держал в руках большую пластиковую переноску.
Мир замер.
Во дворе было темно: свет уличного фонаря почти не проникал сюда, только два жёлтых прямоугольника окон растеклись по синему снегу, да нехорошо сияли зелёные глаза Без, замаскированной под Баюна. Движения скорее угадывались, чем были видны, по крайней мере, человеческому глазу. Это, конечно, могло обезоружить обоих мужчин, которым оставалось полагаться на команды вампира, но и Ирке тоже мешало.
Громила, тот, что без переноски, обернулся к вампиру, пожимая плечами, мол, ты нас сюда погнал из-за девчонки с пёсиком? Тот помотал головой. Ирка махнула правой рукой, подзывая Дориана поближе к себе. В левой она сжимала открытый атомайзер, готовая в любой момент окропить противника святой водой.
— Ну что, не понравился тебе наш котик? — с издёвкой спросил мужчина с переноской. Голос у него чуть подрагивал.
— Жрёт много. Углы метит, — вздохнула Ирка. — Вы забирать-то будете?
— Будем. — Её собеседник зашуршал в карманах, что-то достал, развернул, принялся натягивать на руки.
«Брезентовые рукавицы», — догадалась Ирка.
Закончив с подготовкой, громила подошёл к крыльцу, оставил переноску внизу и сделал несколько шагов по лестнице. Баюн, до того сохранявший олимпийское спокойствие, зашипел и выгнул спину. Вышло очень натуралистично.
— Тихо ты, тихо, падла, — негромко проговорил мужчина, протягивая руки к коту. У Ирки всё заледенело от страха, что Без начнёт превращаться раньше времени. Но нет. Баюн шипел, урчал и с мерзким звуком точил когти о дерево.
Вампир что-то негромко сказал второму громиле. Ирка ждала, что он выдаст что-нибудь в духе старых полицейских сериалов. Например, «кончай её». Но никакой прямой угрозы не прозвучало, мужчина молча двинулся на Ирку, но раньше, чем она успела что-то сообразить, Дориан безо всякой команды с оглушительным лаем кинулся ему на грудь.
Баюн громко взвыл и, похоже, тоже пошёл в атаку, потому что громила в брезентовых рукавицах заорал от боли. Ирка вышла из ступора, готовая в любой момент объявить Без, кто она теперь, когда вампир одним молниеносным прыжком оказался на крыльце. Начавшаяся драка больше не волновала его. Громила в брезентовых рукавицах застыл на лестнице, зажимая рану на лице. В зеленоватом свете кошачьих глаз не
