университете, ни у дома. Бесконечно таскал мне цветы, сладости и прочую приятную мелочь, что, как правило, прилетало тут же ему обратно, но ничуть его при этом не останавливало. Казалось, что каждый последующий отказ только еще сильнее разжигал в нем азарт и интерес.
И, что греха таить, подобная настойчивость меня тоже не оставляла равнодушной.
Но я держалась. Стойко отбивалась несколько дней подряд, пока он не сделал то, чего я никак от него не ожидала. И что напрочь выбило у меня почву из-под ног и лишило сил к дальнейшему сопротивлению.
– Привет, – произнес он, поймав меня на выходе из дома. – Я сегодня без подарков, хотя как сказать… Ну, в любом случае швырнуть в меня чем-нибудь у тебя сейчас не выйдет…
Я нахмурилась, ничего не понимая из его загадочно-путаной речи.
– Ты вообще о чем? – перебила нетерпеливо.
И вздрогнула от неожиданности, когда он произнес в ответ просто и честно:
– Я отказался от Олимпиады в твою пользу. Потому что ты мне и в самом деле нравишься, Кира.
Глава 28
– Кира!
Я вздрогнула, услышав, как кто-то прокричал мое имя. В первый момент даже не сразу поняла, что вообще происходит и где я: все еще ловлю пугающие флэшбеки или это реальное повторение того, что уже было однажды?..
Тряхнув головой, я заставила себя быстро собраться и сосредоточиться. Обнаружила, что кричал мне Костя…
– Кира, иди домой! Быстро!
Мужчины стремительно приближались друг к другу, с совершенно явными, далекими от мирных, намерениями…
Идти домой? Зная о взаимно-отрицательных чувствах, которые эти двое испытывали друг к другу? Черта с два! Они же способны были друг друга поубивать!
Я быстро огляделась по сторонам, убеждаясь, что Кирилл увел Артура и Олю домой, как ему то велел Костя, и что дети не станут свидетелями сцены, которая может окончательно травмировать их психику…
А в следующий момент уже неслась вперед, намереваясь встрять между двумя взбесившимися, точно быки на корриде, мужчинами…
Возможно, это было не самое лучшее решение. Но всегда проще находиться внутри ситуации, даже самой тяжелой, чем стоять в стороне и мучиться вопросами о том, что происходит в этот самый момент, когда ты даже не пытаешься ни на что повлиять…
Сердце молотило по грудной клетке, создавая в ушах такой шум, будто рядом кто-то бил в барабан. Я бежала следом за Костей, с ужасом сознавая, что не успеваю…
Леша подскочил к нему первым. Схватил за грудки, попытался встряхнуть – так, словно воображал, будто за прошедшие годы ничего не изменилось и он все еще крепче и сильнее своего соперника…
На лице его промелькнуло недоумение, когда Костя легко стряхнул с себя его руки, но этот отпор ничуть не остановил Лешу. Он снова двинулся к Косте, сквозь сжатые зубы процедил…
– Кажется, я уже говорил тебе держаться от моей жены подальше…
– Кажется, твоя жена в состоянии сама решить, кого возле себя держать.
Костя резко выкинул вперед руку, схватил Лешу за галстук, слегка этим поддушивая, и тоном тем более страшным, чем более спокойным он был, поинтересовался:
– Что ты с ней сделал? Чем обидел на этот раз?
Леша дернулся, впился пальцами в запястья противника, пытаясь высвободиться…
– Не твое дело! – прохрипел с неугасающей злобой, так резко контрастировавшей с холодной невозмутимостью Кости.
– Хватит! – наконец вмешалась я, влезая между двух огней.
Ощутив мое прикосновение к своему плечу, Костя отступил мгновенно. Леша же перевел на меня взгляд, способный опалить и сжечь дотла той гремучей смесью эмоций, которая в нем пылала…
– А ты… – буквально выплюнул он. – Ты для этого меня из дома выгнала, чтобы дружка своего сюда привести? И давно он опять рядом с тобой трется? Может, ты с ним тайком встречалась, пока я вкалывал на работе, как проклятый?
Он едва ли отдавал себе отчет в том, что сейчас нес. Я видела, что муж совершенно не владеет ни собой, ни своими эмоциями. Но это, впрочем, его ничуть не оправдывало…
Я чутко ощутила, как после его слов мгновенно напрягся стоявший рядом Костя. Не сомневалась ни на миг: еще секунда – и он кинется на Лешу, чтобы затолкать в него обратно каждое произнесенное слово…
Поэтому я его опередила. Занеся руку, от всей души залепила мужу отрезвляющую пощечину…
Он инстинктивно схватился за горящую щеку, глядя на меня потрясенно, неверяще…
– По себе людей не судят – слышал такую поговорку, дорогой? – поинтересовалась ледяным тоном.
Вместо ответа он лишь крепче стиснул челюсти. Возможно, чувствовал, как наружу снова рвется нечто такое, что ему никогда уже не простят…
Хотя он и так наговорил уже более, чем достаточно.
Мы молча смотрели друг другу в глаза несколько мгновений, но вот губы его разомкнулись – медленно, словно бы нехотя, и он выдохнул:
– Я ведь уже сказал тебе однажды – остаться может только один из нас… Так что выбирай, Кирюша. Снова…
Услышав из его уст это абсурдно-наглое заявление, я запрокинула голову и расхохоталась во всю силу легких.
– Тебе не кажется, – проговорила в перерывах между приступами смеха, – что после всего, что сделал, ты потерял всякое право выдвигать мне какие-либо условия? Считай это ответом, Леша!
Он не двигался несколько мгновений, даже словно бы не дышал, будто не в силах был поверить в то, что слышал. Но вот он сделал шаг назад – чуть покачнувшись, точно человек, внезапно лишившийся опоры…
– Я понял, – произнес совершенно безжизненным голосом.
И просто пошел прочь.
Я смотрела ему вслед со смесью отвращения и жалости. За последнее время произошло столь много всего, а он так и не понял, что больше не является центром Вселенной…
И что ему отныне нужно поступками завоевывать уважение, которое он так бездумно потерял – прежде всего, своего сына – а вовсе не диктовать мне бредовые ультиматумы…
– Ты в порядке? – осторожно поинтересовался Костя, видимо, обеспокоенный моим затяжным молчанием.
Я повернулась к нему, натянула на лицо улыбку…
– Все нормально. Ну… насколько это вообще возможно… с учетом всего.
Я попыталась собрать мысли в кучу, взять себя в руки…
– Не хочешь подняться? – предложила после небольшой паузы. – Нам, кажется, есть о чем поговорить…
Он посмотрел на меня задумчиво, будто оценивал, стоит ли сейчас соглашаться. Но в итоге только коротко кивнул и мы в молчаливом согласии направились ко входу в подъезд.
Войдя в квартиру, я в первую очередь проверила, где дети. К счастью, окна у нас выходили на дорогу, а не во двор, так что они точно не могли увидеть произошедшей стычки. Но,
