которое приобщат к делу и передадут в суд.
— Слушай, доктор. — Мальцев сел, закинул ногу на ногу. — Ты три месяца лечил Инну. Я тебе деньги платил. И где результат?
— Душевное состояние человека — очень хрупкая субстанция…
— Не зуди! Лучше скажи: если Инну признают чокнутой, ее отправят на принудительное лечение?
— Видимо, да.
— Так сделай это! Больничка лучше, чем тюрьма.
— Решать будет комиссия из трех человек. Ее назначит главврач. Возможно, я не войду в состав комиссии.
— Вот так фокус! Начал лечить — продолжай. Не увиливай от ответственности!
— Я же объясняю: решает начальство. Мое мнение, конечно, учтут, но ваше дело приобретает общественный резонанс.
— Что ты несешь?
— Вы газеты читаете? Полюбуйтесь на свое фото.
Психиатр развернул газету, где под заголовком «Ошибочка вышла» красовалась раздраженная физиономия Дмитрия Мальцева.
— Вот зараза! — Мальцев вырвал газету. — Слабо я грохнул ее фотоаппарат. Ну что за отродье эти журналюги?
— Она пишет, вам повезло, что вы избежали мучительной смерти.
— Ей бы такое везение! Какого черта она публикует мое фото без моего согласия?
— Журналистка приводит статистику семейных драм и делает неприятный вывод. Если жена убивает мужа, то это означает, что он довел ее до крайности. Вам придется оправдываться в суде.
— Не пойду я ни в какой суд! — Мальцев просмотрел статью. Гнев на его лице сменился озабоченностью. — Вот влип! Если я найму для жены адвоката, то он начнет копаться в нашей семейной жизни. Ему будет выгодно представить меня сволочью, чтобы Инна выглядела мягкой и пушистой. Так?
— Спросите у следователя. Я не специалист по юриспруденции.
— Следователь тоже баба, вот в чем беда.
— И многие судьи женщины.
— Я понял, почему Петелина так долго ковыряется в этом деле. Из-за женской солидарности! А врачи-психиатры мужчины?
— В подавляющем большинстве да, — ответил Красин.
Мальцев откинулся на спинку кресла. Ухмыльнулся.
— У кого что болит, тот то и лечит. Да, доктор?
— Я бы не утверждал так категорично…
— Среди психов ведь больше мужиков? Вот некоторые из них и идут в психиатры. Ты часом не из таких?
— Довольно, Дмитрий Николаевич. Наш разговор зашел не туда. И вообще — я занят! До того как я обследую Инну Мальцеву, встречи с посетителями ей запрещены. Она не просто пациент, а пациент, находящийся под следствием по обвинению в убийстве!
— Ну, обследуй, обследуй. — Мальцев встал. — После твоих обследований у Инны крыша и поехала. Так ведь, доктор? — У порога он обернулся, ткнул в Красина пальцем. — И помни, ты еще не все деньги отработал.
30
Отец молчал тяжело и долго. Елена не решалась уточнять недосказанное. Что значит «Толика нет с нами»? Он был в сгоревшей сауне или нет?
Готовясь к встрече с отцом, Елена прихватила с собой папку с материалами уголовного дела. Она отобрала копии снимков обгоревших предметов и показала их Павлу Петровичу.
— Здесь есть вещи Толика?
— Что это? — отшатнулся Грачев.
— То, что осталось от людей в сауне.
— Забери.
— Что случилось с моим братом? — не выдержала Елена. — Ты должен мне об этом рассказать!
Отец соединил руки и уперся в них лбом. Когда он разжал пальцы, его глаза, казалось, смотрели на что-то невидимое Елене.
— Сначала я вспомнил огонь. Горела сауна, я узнал ее. Там Толик должен был передать деньги Бугаевым. И я сразу подумал о худшем: бандиты обнаружили канистру, озверели, затолкнули Толика в сауну и подожгли. Убили сына в назидание папаше, которого будут продолжать доить. И все из-за меня! — Павел Петрович обхватил голову руками.
— Что было потом, папа?
— Я побежал по дороге. Навстречу мне машина. Свет фар по глазам, удар — и полная темнота.
— Когда тебя нашли, ты твердил, что убил Толика.
— А что еще я мог говорить? Я был уверен, что он погиб, и проклинал себя за воспитание, которое дал сыну. В нынешнее время, чтобы достичь успеха, надо юлить и приспосабливаться, а не лезть напролом с благородной храбростью.
— В той сауне гольяновские сожгли измайловских.
— Там что-то пошло не так, как они планировали. Когда я сидел в СИЗО, ко мне подкатывали и те и другие «братки». Они хотели знать, что я видел. Но я тогда, на свое счастье, ничего не помнил.
— Ты думаешь, Толик оказался внутри горящей сауны?
— Нет, Ленка. Он жив, жив! Мне целый год снилась та машина, что сбила меня. И постоянно от меня что-то ускользало, какая-то деталь, за которую я пытался уцепиться. А потом я увидел сон как в замедленной съемке. На меня мчится автомобиль. Левая фара слепит, а справа горят только габариты!
— И что?
— Это была наша машина! В правой фаре перегорела лампочка, и я хотел ее заменить.
— И ты думаешь…
— Да. За рулем был Толик. Больше некому. У меня «секретка» под торпедой, которую чужаку не найти. Машину вел мой сын.
— Он сбил тебя и не помог? — Елена недоверчиво помотала головой. — Толик остановился бы.
— Меня тоже мучили сомнения. За все эти годы молчания я перебрал множество вариантов. Но сейчас остался только один: Толик запер дверь в сауну и поджег бандитов. Его кто-то заметил. Он убегал, ехал на большой скорости и не стал останавливаться, когда сбил человека. В парке темно, он не разглядел, что это был я!
— Не сходится, — возразила Елена.
— Все так! Ты же сама рассказывала, как к нам домой заходили мордовороты, искали Толика. Он уехал, чтобы скрыться ото всех!
— Бандитам он был не нужен. Они требовали документы на твой магазин, запугивали. И мама их отдала.
— Зря.
— Как ты не поймешь? Она хотела избавиться от ужасного бизнеса, который принес столько несчастий!
— Я и говорю: все из-за меня.
Возникла пауза. Елена успокоилась и спросила:
— Скажи, а у Толика мог быть пистолет?
— Разве что газовый.
— Нет, речь идет о боевом. Те бандиты в сауне… В их телах нашли пистолетные пули.
— Их сначала застрелили?
— Скорее всего.
— Даже если у Толика было оружие, он не решился бы на такое.
— Так было у моего брата оружие или нет?
— Я не видел у него пистолета.
— После пожара нашли две пустые канистры. Одна твоя, с буквой «П». Но была и другая, обычная, без опознавательных знаков.
— Я ничего не знаю. У нас в магазине хранилась только одна канистра.
— Вторую Толик мог купить по дороге.
— Мог, — вздохнул Павел Петрович.
Елена нашла фотографию кладбищенского памятника с изображением измайловских.
— Твои враги не ушли от ответа. Братья Бугаевы погибли в сауне.
Павел Петрович рассмотрел снимок.
— Это они, Дэн и Тема. Их верно изобразили: обыкновенные стервятники с
