Когда Робин собиралась улечься спать, она поняла, почему так хотела напиться, и застонала.
– Никогда опять… – прошептала она и закрыла глаза от безумной пульсирующей боли во лбу. Никогда опять не обманет она себя надеждой на то, что спиртное может принести забвение. Все, что она получила от этой дряни, – жестокую головную боль.
За время сна боль прошла, но во рту было отвратительно, словно в помойной яме.
– Эх!
Очень медленно она спустила ноги с кровати, осторожно встала и неторопливо прошла в ванную.
Даже включить воду, чтобы принять душ, было трудно. Робин чувствовала себя так, как будто ее долго били. Все тело болело.
«Так мне и надо», – мрачно подумала она, не спеша вытираясь.
Через двадцать минут она вышла из номера и спустилась в ресторан. Чашка черного кофе была ей необходима.
Глава 10
Робин выходила из ресторана, когда услышала, что ее окликают. Повернувшись на голос, она обнаружила Ричарда.
– А я думал, что мы договорились позавтракать вместе, – мягко упрекнул он.
Несчастная с трудом могла поднять веки, словно они были налиты свинцом, но увидела, что одет он был аккуратно – нет, даже изысканно: коричневый костюм-тройка и великолепный коричневый галстук. Каким бы Ричард ни был, но к своему внешнему виду он относился очень внимательно.
– Извини. Я забыла.
– Это и не удивительно, дорогая. Но ты уже прощена. – Он заботливо предложил руку. – Ну а теперь мы идем завтракать?
Украдкой взглянув на часы, Робин увидела, что было немногим более десяти.
– И ты ждал меня все это время? – Она смутно помнила, что говорила о достоинствах раннего завтрака.
Он кивнул.
– Но стоило ли так долго ждать? В его словах был упрек, Робин это понимала. И чтобы доставить ему удовольствие, она склонила голову, как бы показывая мучавшие ее угрызения совести.
Когда их усаживали за столик, Робин увидела Монику Стивене, которая сидела одна через несколько столиков от них. Случайно ли эта женщина оказалась здесь? Возможно, Моника часто бывала в ресторанах Сан-Франциско, а «Хайэтт» мог быть ее любимым местом.
– Что бы ты хотела заказать, дорогая моя? – участливо спросил Ричард.
Своими словами он вывел Робин из раздумий. Она тупо посмотрела на мужчину, сидящего напротив, и улыбнулась.
– Кофе, пожалуйста.
– Ты уверена? – нахмурился Ричард.
– Совершенно.
Робин заставила себя улыбнуться. Ей хотелось знать, подают ли в комнаты пузырь со льдом. Пульсирующая боль между глазами вернулась, вернулось и раздражение. В этот момент необходима была освежающая прогулка или даже длительная пробежка.
Ричард заказал себе завтрак. Как она сможет высидеть напротив, пока он будет поглощать яйца? Но ради их долгой дружбы она собиралась сделать над собой усилие.
– Это что? – удивился Ричард, когда Робин вытащила из сумочки коробочку с лекарствами.
– Аспирин.
Ему поставили завтрак. Робин отвернулась, чтобы справиться с подступившей тошнотой.
Ричард быстро, испытующе посмотрел на нее. Его проницательные глаза заблестели.
– Правильно ли я тебя понял вчера вечером? Ты порвала свои отношения с «Маркхам корпорэйшн»?
Робин осторожно окинула его взглядом и стала молить Бога, чтобы Ричард не возобновил кампанию по привлечению ее к сотрудничеству с ним в Нью-Йорке.
– Насколько я помню, вчера вечером я сказала, что работаю теперь в «Уорлд Вью». А «Уорлд Вью» находится в Лос-Анджелесе. Старая подруга.., издатель журнала – это моя старая подруга.
– Я знаком с этим журналом, – сказал Ричард холодно. – Им повезло, что ты будешь с ними, – сдержанно сказал он.
Действительно ли это так? Еще слишком рано делать выводы. Можно считать везением предложение сотрудничать с «Уорлд Вью».
Как будто прочитав ее мысли, Ричард сказал:
– Ты могла бы получить любую работу, какую бы только захотела, Робби. Ты очень хороший журналист. Поверь в себя.
А она верила. Оставалось это доказать.
– На сегодня я взял напрокат машину. Ты не могла бы показать мне город? – попросил Ричард. Он был так окрылен надеждой, что Робин не хватило духу сказать «нет», хотя ей очень хотелось подняться в свой номер и заснуть недельки на две.
– Дай мне часок на мои дела, а потом я могу ехать. – За этот час она надеялась избавиться от плохого настроения.
– Я заеду за тобой в час. Ричард проводил ее до лифта и ушел. Ему тоже надо было кому-то позвонить.
Зазвонил телефон. Робин опустила расческу и пошла к телефону. Кто бы это мог быть? Конечно, не Ричард. Они расстались двадцать минут назад.
Но это был именно он. Звонил он из вестибюля гостиницы.
– Поднимайся ко мне. – Робин повесила трубку и нахмурилась. Что-то случилось!
Она села на диван и задумалась. Что могло случиться за такое короткое время?
Ричард постучал в дверь, Робин открыла и спросила:
– Что-нибудь случилось?
– Нет, не совсем так. – Он прикоснулся губами к ее лбу, и они вместе прошли к дивану. Он сел, но Робин осталась стоять.
– Что такое? – она была искренне обеспокоена. Он выглядел смущенным.
– Нам придется отложить нашу поездку по Сан-Франциско. – В голосе слышалась усталость, которой не было полчаса назад. – Через час я улетаю домой. Заболела матушка. Она считает, что это расстройство желудка. Но ты ведь знаешь, как легко его можно спутать с легким сердечным приступом. – Он снял ниточку со своих черных брюк и огляделся, куда бы ее бросить.
Робин покачала головой. Можно бросить нитку на пол, ее уберут пылесосом. В конце концов, ведь они в гостиничном номере, а здесь убирают каждый день. Но он не соглашался; он был слишком требовательным.
– Ну дай ее мне. – Робин взяла нитку и, скатав ее между пальцами, прошла через всю комнату к столу с пишущей машинкой, рядом с которым стояла корзина для мусора.
– Мне пора идти. – Он поднялся, подошел к Робин и притянул к себе. – Ты будешь по мне скучать? – вдруг спросил он и неожиданно крепко поцеловал в губы.
На мгновение смутившись, Робин вспомнила, что он собирался вернуться в Сан-Франциско в августе, чтобы реализовать свою идею об офисе на Западном побережье.
– Я буду с нетерпением ждать нашей новой встречи.
– При нашей новой встрече я мог бы преподнести тебе подарок.
– Мне больше всего идет светлый шоколад, – сказала Робин, провожая его к двери. – И чем меньше коробочка, тем лучше я выгляжу. – Ей не хотелось причинять ему боль, но не хотелось подавать и ложную надежду.
– Тогда маленькая коробочка шоколада.
Робин знала, что он все понял.
Слегка обняв ее за плечи, он вместе с ней направился к лифту.
– Надеюсь, с твоей матушкой ничего серьезного. Но ты прав. Лучше самому поехать и разобраться на месте.
