ровным голосом
произнёс Роберт.
Дракон стоял, словно скала, и я лишь слышала его сдавленное тяжёлое дыхание, похожее на
хищный рык.
Я не выдержала волнения. Столько всего случилось за прошедшие дни: воскрешение, интриги, моя принадлежность к правящей династии, свадьба и появление Патрика, который желал забрать
дочку. Перед глазами потемнело, я упала в обморок.
'Очнулась, прижатая к груди Роберта. Мы сидели на земле, и он держал меня на руках. Рядом
стоял мэтр Леонард с пузырьками зелий и две служанки с растерянными лицами.
— Не шевелись, Лерочка, — пророкотал дракон хрипло. — Ты снова отдала физические силы
вместе с магическими. Ты очень слаба.
Роберт бережно гладил меня по волосам и трепетно прижимал к себе, пока я старалась
справиться с головокружением. В голове гудели тревожные мысли, как нам справиться со всеми
напастями? Как уберечь Камиллу и избежать для меня тюрьмы, которой грозил Патрик. Зря я
вспылила и применила магию, о чём я думала?
Казалось, чем сильнее сопротивляемся, тем туже стискивает горло аркан. Нас поставили в
безвыходное положение. Я пыталась противостоять, Патрик надавил на то, что я сделать просто
не могла — отдать ребёнка!
— Мамочка-а-а... — залепетал детский голос, вырывая меня из мыслей.
Я повернула голову и увидела, как Патрик сажал в экипаж мою Камиллу, одетую в кремовое
пальтишко. В руке маг держал детский чемоданчик, который мы покупали с Робертом.
— Ты отдаёшь её?! — прошипела я, поглядев в лицо дракону.
— Сейчас я обязан её отдать. Но лишь на два дня, Лера. Дай мне два дня, и я верну её, — Роберт
прижал меня к себе сильнее, а я пыталась от него отстраниться. Я злилась на него!
— Отпусти меня! — прохрипела я, поднимаясь с земли.
Ноги не слушались, словно ватные. К подолу прицепились листья, и Роберт отряхнул меня.
— Лера, — хрипло проговорил он, склонившись к моему уху. — После совета королей, который
вот-вот состоится, я стану императором, изменю законы, прогоню магов, уничтожу Патрика, я
верну нам нашу девочку, и мы будем счастливы. Не делай сейчас глупостей! В доме Сорренов ей
не навредят, леди Соррен давно мечтает о внуках. И сестры Патрика вполне милые. Я отправлю
своих людей к ним в дом, и они проследят.
Роберт не выпускал мою руку, только крепче сжимал. Его магия тьмы оплела меня, как свою
собственность, и я совсем не могла пошевелиться.
Я поняла, что пора прекратить сопротивляться, чтобы вражеская хватка ослабла. Пора играть по
правилам этого мира и этих сильных людей, чтобы выиграть.
— На совете королей, Роберт, тебе будет непросто стать императором. Против тебя ополчились
все маги континента, —проговорила я. — Они припомнят и то, что Валери упёк в камеру, и что наш
брак незаконный... И то, что я магию применяю против магов — это точно тебе припомнят, если я
останусь.
— Мамочка! — закричала Камилла в окошко закрывшейся двери кареты.
Патрик повернулся и многозначительно посмотрел на меня.
Я забрала руку у Роберта.
— Я поеду с дочкой.
— Лера, нет! — дракон не выдержал, сцапал меня за талию. — Ты не можешь уйти! Ты моя жена!
Я тебя не отпущу, чего бы мне это не стоило. Короны, жизни — всё отдам. Останься.
Он не отпустит, точно не отпустит - я его слабое место, и маги знают, на что давить. Попросят его
сложить титул ради меня —ион отдаст. А ведь лучшего короля для этого мира просто не
существует.
Я хотела сделать этот шаг, потому что знала, что оказавшись в тылу врага, смогу нам помочь стать
счастливыми.
—Роберт, отпусти, — прошептала я.
Голос дрогнул, я готова была заплакать, но сдержалась.
— Поеду. Отпусти, Роберт, — я прижалась всем телом к каменной груди дракона, впитывая на
прощание родной запах вересковых холмов, и прошептала ему на ухо. — Я буду твоими глазами и
ушами во вражеском стане, любовь моя. Ты постараешься на совете королей, а я постараюсь, чтобы враги потеряли бдительность. Верь мне, Роберт. Я люблю тебя.
— И я люблю тебя.
В чёрном разгневанном взгляде дракона выступила влага, он выпустил мою руку, но магией всё
ещё крепко держал, и я не могла пошевелиться.
Дёрнулась телом.
— Пусти.
Сковывающий меня магический кокон медленно ослабел и освободил меня.
— Я приду к вам вечером, — проговорил он, отпуская. — Накажу любого, кто тронет вас хоть
пальцем.
На негнущихся ногах я побрела к экипажу. В глазах темнело при каждом шаге, сердце гулко
билось, обливаясь горячей кровью.
Только не оборачиваться, не глядеть на Роберта, — твердила я себе.
Патрик победно засверкал улыбкой, открывая для меня дверцу кареты:
— С возвращением, дорогая жена!
Глава 28
Роберт Адальхарт, король Мирии
Роберту было плохо. Он выкурил две подряд толстых драконьих сигары перед тем, как войти в зал
совета. Чувствительность
