- Где обещанная тобой няня, которая должна была разгрузить тебя вечерами и забирать ребёнка из садика, а? Я тебя спрашиваю, Орлова?
- Я... я ещё не занималась этим вопросом, - опускаю голову вниз, не в силах выдержать тяжёлого взгляда директора и коллег, которые с любопытством посматривали на нас со своих мест.
Да, я упоминала на собеседовании, что хочу найти себе помощницу, которая пару раз в неделю будет забирать Тимку из садика. Но о какой няне может идти речь, если мы сейчас с сыном живём от зарплаты до зарплаты, и денег у нас хватает впритык на еду и оплату коммуналки!
- Не занималась она! На утренники время мотаться есть, а няню ребенку найти, чтобы нормально выполнять свои рабочие обязанности, у неё времени нет! - проорал в ответ Илья Глебович. - Мое терпение лопнуло, Орлова! Мне такие сотрудники не нужны! Ты не соответствуешь занимаемой должности! Испытательный срок не пройден! Подписывай заявление, и чтобы духу твоего сегодня тут не было!
Господи, он что правда меня увольняет?!
- Илья Глебович! - уже не сдерживаю я потока своих слёз и отваживаюсь сделать шаг на встречу к начальнику, готовая рухнуть перед ним на колени и умолять, чтобы мне дали ещё один шанс. К чёрту гордость! Мне нужно думать о Тимке и о том, что мы будем делать, если меня уволят!
Но начальник, так и не дав мне ничего сказать, раздражённо махнул рукой и стремительными шагами направился в свой кабинет.
- За расчёткой потом придёшь к своим бывшим коллегам. Надо ещё проверить, что ты там себе насчитала по зарплате и не добавила ли где-нибудь нолик, - буркнул напоследок Илья Глебович, прежде чем захлопнуть за собой дверь.
Главный бухгалтер Алевтина Викторовна, с которой мы трудились бок о бок несколько месяцев, долго потом отпаивала меня водой и пыталась успокоить.
- Ника, Ника, - вздохнула женщина, подливая мне в кружку ещё несколько капель пустырника. - Не вовремя у тебя этот утренник случился, ох не вовремя...
- Я должна была раньше приехать, просто уснула в дороге...
- Да тебе бы и это не помогло, - покачала головой бухгалтер и добавила, понизив голос: - Глебович сегодня с самого утра пришел злой как чёрт. У него же с женой начались ругачки. Который день уже ходит, на всех срывается. Не так, конечно, как сегодня, но крови на этой неделе прилично так выпил всем из-за своего недоё... Ну ты поняла, в общем – неудовлетворенности качеством личной жизни, - усмехнулась бухгалтер.
А увидев моё искреннее недоумение, добавила:
- Ты просто сидела, уткнувшись в свои отчёты и ничего не замечала.
Не замечала, это точно. Потому что постоянно думала о Максе и то и дело, отвлекалась на нашу с ним переписку. Да я в таком мечтательном состоянии даже Армагеддон бы прошляпила не то, что бурчание Глебовича!
- А делать-то что Алевтина Викторовна?! Может он завтра отойдёт?.. - с надеждой спрашиваю я, отпивая воды.
- Нет, Никуль. На моем веку, он ещё ни разу никого не возвращал. Если Глебович упёрся рогом, то ничего уже не поделаешь. Решений он своих не меняет. Мне очень жаль, девочка...
Больше всего я сейчас переживала не о том, что меня уволили, а зарплате. На испытательном сроке зарплату платили намного ниже заявленного оклада, а в нашей фирме она к тому же ещё была «серой»... Огонькова по этому поводу не раз возмущалась и говорила, что не стоило мне соглашаться на такие условия. Но я в ответ только пожимала плечами. Не так много компаний готовы были принять на работу маму-одиночку с небольшим опытом работы. Илья Глебович вот меня принял, и даже согласился на особые условия по графику, а потом ими же меня и попрекнул...
И от этого было вдвойне обидно! Я же не какая-нибудь наглая бездельница, которая уходила на полчаса раньше, чтобы успеть на маникюр! Я ведь потом сидела за ноутбуком ночами, чтобы всё доделать. И зачастую, мои ночные посиделки не ограничивались получасом работы. И вот после всех моих стараний услышать в ответ такие несправедливые обвинения в свой адрес?!
- Ник, давай обратимся за помощью к юристу. Сейчас можно даже бесплатно получить консультацию, я узнавала...
- Жень, я не буду с ним воевать.
- Даже если он тебя ничего нормально не выплатит?!
- Даже в этом случае, - киваю я, упрямо поджав дрожащие губы. - Я не хочу тратить время на заранее провальную затею. Я лучше поскорее начну искать новую работу.
- Ни-и-ик!
- Хоть сколько-то, но Глебыч мне точно заплатит. Плюс скоро должны прийти выплаты по пособию... Поэтому с голоду мы с Тимкой не умрём. На крайний случай, можно будет заложить в ломбард мамины золотые украшения…
- Да? А к Максу ты не хочешь обратиться за помощью?!
- Жень, я не буду вешать на него свои проблемы.
- Это не только твои проблемы, Ник! Это забота о вашем общем ребенке! Он тебе почти пять лет алименты не платил, вот пускай теперь помогает! - гремел на всю кофейню голос Огоньковой.
- Жень... - лишь качаю в ответ головой. Если подруга разошлась, как сейчас, что-то ей говорить или спорить было бесполезно.
- Ну да, как же я забыла. Орёл у нас птица гордая! Лучше отнести украшения в ломбард вместо того, чтобы обратиться за помощью к своему мужику!
- Жень, если будет совсем все плохо, то, конечно, я попрошу Макса о помощи. Но пока... пока я буду справляться сама.
***
Уверенность в собственных силах была скорее напускной, и в этом я убедилась в тот же вечер, когда мы шли с Тимкой из садика. Наш путь проходил мимо ёлочного базара, рядом с которым завис Тимоха и никак не желал уходить без огромной ёлки.
Мысленно прикидваю сколько у меня осталось денег. На карте после поездки на такси красовался гордый ноль, а в кармане несколько сотен налички – хватит лишь на проезд и купить завтра молока Тимохе. В общем, не густо… Откладывать на чёрный день с зарплаты у меня не получалось. Хорошо, если завтра мне дадут расчёт. Но существенную часть этой суммы нужно будет пустить на оплату коммунальных услуг и закупить продукты.
А впереди были новогодние праздники, которые несли за собой вереницу расходов. Потому что нельзя просто так просидеть все каникулы дома. Тимка обязательно захочет в парк или детский центр. А это всё деньги, деньги... Плюс нужно будет оплатить его новогодний подарок, который лежал в пункте выдачи... От всего этого у меня голова начала идти кругом. Но я всё-таки рискнула спросить у продавца стоимость хвойной красавицы, от которой не желал отходить Тимка. А когда услышала сумму, то чуть не свалилась в обморок.
- Почему так дорого? - изумлённо воскликнула я, вспоминая, что в прошлом году подобные ёлки стоили на порядок дешевле.
- Инфляция, затраты на логистику, - равнодушно пожал плечами продавец, - Ну не мне вам рассказывать в какие времена мы с вами живём.
- Затраты на логистику? Вы их что из Великого Устюга везете?! - никак не могла понять я. - Или Дед Мороз сам собственными руками вместе со Снегурочкой выращивал их в своей резиденции?! У нас же в области куча лесов...
- Девушка, побойтесь бога! У нас в области национальный заповедник, там нельзя ничего срубать! Не нравится, не берите!
- Мам, ну Новый год ведь совсем скоро, - заныл Тимка. - Ты ведь обещала, что мы купим большую ёлку! Большущую прибольшущую!
- Да, Тим, обязательно купим, но не сегодня...
Я правда обещала ему ёлку с аванса. Но я и представить тогда не могла, что мой аванс по итогу окажется итоговым расчётом.
- Ну мам! У всех же уже украшено и ёлки стоят - и в садике, и в торговом центре, и в банке, только мы одни без ёлки, - попытался загнуть пальчики на своей ладошке сынуля, но сделать это было проблематично из-за толстых варежек. - Дедушка Мороз же не сможет положить мне подарок под ёлку, если у нас ёлки нет!
- Тимуль, дедушка положит тебе подарок под ёлку только тридцать первого декабря, - присаживаюсь рядом с сыном и сжимаю его ладошки в своих руках. - У нас ещё есть время.
- Но мам! Я не хочу так долго ждать! Я хочу сейчас! - упрямо вздёрнул вверх подборок Тимоха и поджал губы. А его ярко-голубые глаза тут же наполнились слезами.
