белоснежные руки на миг окрасились кровью. Красивый халат сменился на разорванное и искорёженное боевое облачение. Сад исчез, а на его месте было пепелище уничтоженного острова. Сотни дочерей смерти лежали мёртвыми. Тысячи живых механизмов устилали просторы острова Шага. Сотни уничтоженных дирижаблей тлели на мертвом куске земли. Ещё больше обломками плавали в пространстве. Сотни тысяч людей и нелюдей. Мужчины, женщины, старики и дети. Все как один противостояли страшному чудовищу. На столько могущественному и безжалостному, что поглотители островов Левиафаны были детским лепетом.
Один железный дирижабль. Многотысячное механическое войско. Ходячие летающие и ездящие, молчаливо и без толи жалости истребляли и покоряли всех разумных. Но даже под мощью чудовища им удалось победить. Только был один момент. Всех свидетелей той войны пришлось умертвить. Миллионы душ было отданы, дабы сохранить ту войну в тайне. Остальному миру было представлено это как наплыва левиафанов, что пожрали и уничтожили миллионы.
Образ исчез и Мурена стояла в своей одежде в окружении слуг.
— Сотни лет. — Тихо шептала женщина, но её голос слышали все. — Сотни лет прошло, я начала верить, что бедствие нас опустило. Великая Мать, дай нам сил и сил миру, дабы пережить это бедствие и не умыть мир в ещё большей крови.
Тишина длилась долго и томительно. Лишь только когда Мурена начала свой путь в сторону своего поместья. Не оборачиваясь и не сбавляя шаг. Её голос прозвучал по округе и всему остатку острова, хоть она и говорила ровно и спокойно.
— Всем старшим сёстрам и дочерям клана собраться в зале заседания. Всем защитникам возвести купол. Оповестить всех сестёр на островах, что бы были в полной готовности. Сообщить девятым, что бы начали сбор всей информации по всем событиям. Слухи, сплетни, новости. Всё. Сообщить тринадцатым, что бы пришли в готовность и ждали моего приказа.
Стоило голосу затихнуть, как по всему остатку некогда острова началось движения. Тысяч душ в моменте стали носиться по округе. Командные голоса звучали всюду. Тени мелькали между домов, проносясь друг за другом. Весь остров ожил. Лишь когда женщина попала в главный зал, там находилось больше двух десятков женщин разных возрастов в позе лотоса. От самых юных до уже в преклонном возрасте. Мурена встала перед ними, и все как один вскочили, припав на одно колено.
— Мы рады приветствовать старшую мать Мурену! Долгой вечной жизни старшей матери Мурене! Да здравствует старшая мать Мурена! — Хором проговорили присутствующие.
— Сёстры и дочери мои. — Начала Мурена. — Рада видеть всех вас. Перейду к сути, тьма нависла над нами. Старый враг вернулся.
Глава 9
Главный дирижабль Его Королевского Высочества поражал своими размерами. Высота была порядка 20 метров, ширина 60 метров, а длинна все 300 метров. Сделан он был на манер старинных парусных кораблей. Цель данного дирижабля была одна — проводит различные праздники, встречи и прочие знаковые события. По тому, что знала Розали, они будут плавать по пространству от королевства до нейтральных островов, а затем вернуться назад. Всё это будет длиться от силы 5–6 дней. В течении всего это времени король вместе с супругой, сыном и дочерью, а так-же массой призванных гостей будут вести различные беседы, переговоры и принимать массу политических решений. На этом мероприятии будут представители одного из воинствующих кланов — орков Багровых Клыков, Матриах, эльфов из эльфийского королевства Ашари" льнор. Представители дворянства союзных и нейтральных государств и весь высший свет королевства.
Сердце трепыхалась перед величием королевского дирижабля, к которому уже стягивались стони людей. Ведя коляску матери, шагая по помосту, ведущему на борт, Розали овладевал некий страх. Лишь теплые прикосновения матери и её улыбка добавляла ей сил идти вперёд. Если бы ещё не чувство, что было внутри, словно кто-то смотрит на неё с непониманием и жалостью. Это чувство вызывало смущение и тревогу у девушки. До сих пор она не могла дать объяснение этим чувствам и всячески скрывала их.
В большом столпотворении людей было очень шумно. Отовсюду доносились приветствия, завуалированные оскорбления, высказанные почтения, смех, ругань, споры. Весь высший свет заполнил гамом платформу к дирижаблю. Лишь семья Лок-мод на фоне всех людей выглядели блекло, стараясь скрыться, притворившись, словно их тут и нет. Ведь сейчас даже самый слабый баронский род мог без труда пройтись по чести и достоинству некогда сильного княжеского дома Лок-мод. При этом некогда сильная княжна сможет лишь опустить голову и молиться, дабы никого ненароком не оскорбить, начав при этом войну между дворянами. Так бы им и удалось тихо проскочить на дирижабль, если бы кто-то не обратил внимание на Литарию с дочерью.
— Не уж-то это представители дома Лок-мод, — С брезгливостью прозвучал женский голос за спиной Литарии, из-за чего она, её дочь и слуги повернулись. За ними стояла группа из пяти женщин дворянских родов. Некоторых Литария знала лично, а кого-то она видела впервые.
— Надо же, и в правду, — С ухмылкой проворковала другая. — Сама Кровавая Лит пожаловала. А я то думала, Вайзмены вас всех истребили.
— Руна Эйнсфорд и Гари Рокфальд. Нисколько не сомневалось, что мы встретимся, — С обречённостью промолвила Литария, Дочь Барона Эйнсфорда и третья жена герцога Рокфальда, — Тихо прошептала Литария, дабы её слышала дочь. Две змии из аппозиции за сокращения прав простых граждан и повышением прав аристократии. Можно сказать, они легальные противники короны и сторонники войны и рабства.
— Надо же, какая наглость! — Фыркнула одна из женщин, что была в компании Руны и Гари. Они ещё шепчутся прямо перед нами!
Литария смерила холодным взглядом ту, кто сейчас говорила. Описать её она могла как дорогая потаскуха. Черное длинное платье, которое оголяло левую ногу по чуть ниже ягодицы, глубокий разрез на груди, Золотые волосы, что лежали на плечах и спине. Различные украшения: цепочка с кулоном на шее, серьги из кусочков рубина, золотые кольца и такой же золотой браслет с маленькими изумрудами. Кукольное лицо, что было свидетельством частого посещения целителей для омоложения. Краска на лице и бровях. Алая помада на губах. А ещё голос, который мог вызвать возбуждение у не подготовленного мужчины.
— Не забывайтесь, дамы, я всё ещё княжна и… — Литария не успела договорить, как её прервал дружный смех женщин, что смотрели на неё с призрением.
— Смотрите! — Надрывалась Эйнсфорд. — Литария Лок-мод из Мёртвого дома Лок-мод угрожает нам своим статусом!
Многие, кто шли на дирижабль, останавливались, дабы посмотреть за предстоящим представлением. От этого Литария дрогнула, но всем видом старалась быть спокойной, хотя внутри был страх. Эйнсфорд уже в мерзкой ухмылке
