смертной казне.
Для создания синт солдат нужна лаборатория, инструменты, трансплантаты искусственных органов и аугментация. Основная проблема — подавления эмоций, агрессии и органов чувств. Можно вживить мозговые импланты и отключить все органы чувств, но слишком большой риск сделать из человека овоща. А у меня нет ни оборудования, ни имплантов. Придется делать их в ручную. Благо в базе данных были все необходимые инструкции. Но на это уйдёт время. Много времени. Так что придётся отказаться. Но по правде говоря, искушение более чем огромно. Своя армия верных солдат без страха, эмоций, чувств. Когда-то и меня ведь хотели таким-же сделать. До сих пор помню проект Мертвое звено. Именно из за этого проекта я получил прозвище Сигма. Ведь я входил в двухсотую партию. Можно сказать чуть во второй раз не умер. Спасибо адмиралу Серькову. Если бы не он, то ещё на Марсе, потом и на Сатурне я бы помер.
Команда отдана захватить от 3 до 6 человек, остальных в расход. Процесс начался. На панель я вывел окно сообщения. Получателями были Лиза и Азу.
— Подготовить комнаты для допроса, а так-же все необходимые препараты и программу составления языка.
В ответ последовали два утвердительных сигнала. Убрав экран с клавиатурой, я облокотил голову о кулак, смотря в даль пространства. Начинаем следующий этап.
* * *
Рядом с небольшой пещерой находилась группа и четырёх человек. Трое сидели на самодельной скамейке и безбожно бухали, смеялись, рассказывали вульгарные шутки, мерзкие истории и кто сколько трахнул шлюх и в каких позах. Четвёртый же мужчина стоял ближе ко входу, смиряя округу цепким взглядом. Годы в рядах ополчения давали о себе знать, когда днями и ночами приходилось караулить город от всякой мерзости, что таилась в лесах. Сейчас от некогда гордого, праведного ополченца, любящего отца и верного мужа осталась тень. Сперва город, который он защищал, пал в войне домов и родов. Потом ополчению снизили в трое оклад, из-за чего было тяжело прокормить двух дочерей и сына. Но словно мало было этого, как его жена умерла от болезни, дочери умерли от голода, старший сын погиб ещё во время войны, защищая дом, которому они служили. Сейчас оставшийся младший сын — единственное отрада мужчины, и тот заболел неизвестной болезнью, а единственный знахарь лишь чешет голову и жмёт плечами. Говорит в столицу мол надо, там вылечат.
От этого мужчина лишь горестно вздыхал. Никогда в жизни он не думал, что окажется в банде головорезов и грабителей. Но, как говорил его отец, Жизнь имеет на каждого из нас свой взгляд. Ты думаешь, что властен над своей судьбой и судьбами других, но это слепота, наложенная самим собой. Никогда не зарекайся на собственную судьбу, ведь тебе или кому либо ещё она не принадлежит. Только жизнь решает, как и что с тобой будет. Смешно было то, что Старик был прав. Столько планов, надежд и мечтаний. всё рухнуло в один день. Сейчас Рекс Мазула, старший 10-го ранга ополчения дома Лок-мод, ныне известен как бандит Шрам.
Из мыслей его вывел гогот его нынешних товарищей. И от услышанного Шрам лишь морщился.
— А я вам говорю! — Громко пищал лысый мужик, который был весь тощий, бледный, с кривыми и гнилыми зубами. — Во-о-от такая цаца! Во-о-от с такими бедонами! — Раскинул он в сторону руки. — Во-о-от с такой жопой! Я её и так и сяк! Она сперва давай сопротивляться, но потом втянулась и давай ещё и ещё. — Остальные его собеседники заржали так, как не ржут даже лошади.
— Ну, ты загнул, Тощий, ой, загнул! — Рассмеялся толстый мужик с голым торсом, в одних шароварах и порванных ботинках. — Да на тебя не одна баба не посмотрит, а уж тем более и не даст! А уж силой то, как ты говоришь, её повалил, то мне кажется, тебя любая кухарка — раз, два и нет тебя. — На его выпад ещё один заржал пуще прежнего. Круглое, тупое лицо, взгляд как у умственно не полноценного, за то силы хоть отбавляй.
— Ой, да иди ты, Кабан! — Обиделся Тощий. — Ты на себя посмотри! Еле — еле свой зад тащишь. Уж кому, кому, а тебе бабу точно не видать. Вон у Рыло и то шансов больше!
Рыло лишь ещё больше рассмеялся. Тем временем Кабан злобно взглянул на своего товарища.
— Ты свой рот та прикрой Тощий, а то я тебя сломаю как соломинку!
— Ты свой зад сперва под…
Не успел Тощий договорить, как прозвучал тихий хлопок, следом свист, словно что-то быстро пролетело, а за ним звук разрывающихся костей. Повисла тишина, которая развеялась звуком упавшего тела. Не успели люди среагировать, как прозвучало ещё три хлопка. Шрам даже не успел шелохнутся. Ноги начали подкашиваться, а тело заваливаться. Лишь на одних рефлексах он смог ухватиться за край стены, не упав мешком. В груди всё жгло и горело. Рука медленно потянулась к месту, где была боль. Тёплая жидкость коснулась пальцев. Развернув их, он видел следы собственной крови. Сознание постепенно затухала, лишь на его обрывках послышался шелест листвы. Мутным взглядом он увидел пять фигур, что медленно следовали в их направлении. Двое по бокам водили чем-что похожим на ружья, Ещё двое смотрели прямо, лишь только по центру шёл с опущенным оружием. В этот момент Шрам уже лежал, уткнувшись носом в землю. Только край глаза видел то, что к нему приближалось.
Подойдя ближе, Шрам видел нечто похожее на ногу, только из метала. А следом прозвучали странные звуки, похожие на писк и урчание воды. Шрама грубо перевернули. Теперь ему виднелось ночное небо, которое застилало пространство. Но быстро обзор перекрыла квадратная и немного угловатая голова, по которой шли маленькие красные лампочки. Два железных воина переглянулись друг с другом. Прозвучал голос, механический и не естественный, такой чуждый и холодный. От него мурашки шли по телу. Послышался звук рвущейся одежды, укол в грудь, за которым было резкое сдавливание. Всё тело прострелило болью, Но Шрам не дёрнулся, он просто не мог, так как потерял сознание.
Лес наполнился криком людей, лязгом мечей и грохотом хлопков, что доносились из пещеры. Спустя две минут от туда вышли всё те же пять железных воинов, которые несли с собой пленных. Где-то вдали звучал рёв, словно ревело раненное животное, и оно медленно приближалось. Всех уцелевших оттащили от пещеры, мёртвых наоборот закинули обратно, лишь для того, что бы обрушить некогда логово бандитов. Шраму несказанно повезло, ведь он был среди счастливчиков, которые были живы.
