эльфийских снадобий, призванное приглушать боль и добавлять энергии. Запив это водой из фляги (от нее ещё и бок ныл — неудачно приземлился) парень в течение минуты почувствовал себя лучше. Вдруг за шиворотом зачесалось, защекотало, то ли жук крупный ползет, то ли... инги!
— Зонтик! — Кальвадос в изумлении уставился на клипавшего глазками инги, сидящего у него на ладони. А он-то и забыл про своего питомца, да и куда там было до него, когда такое творилось! Зонтик, возможно, тоже думал, что будет лишним на том празднике смерти и прятался до поры до времени. Только как он нашел хозяина? Не настолько же быстро бегает текториумная ящерка, чтоб поспеть за человеком. Да и не летает... Впрочем, это секрет самих инги как они чувствуют обстановку и местоположение «своего» человека.
Пройдя несколько метров, он заметил в редкой сухой траве какой-то предмет. Не задумываясь, откуда и что это он поднял и положил его в карман.
С каждым шагом боль временно отступала, голова перестала кружиться, и он нормально добрался до того места, где оставлял лошадей. Как и следовало ожидать, животные умчались подальше от опасности. Ну, раз выбора нет, придется идти на своих двух. Вот только надолго ли хватит обезболивающего? В аптечной сумке вроде еще один пакетик с порошком лежит, может и дотерпит.
Занятый своими невеселыми мыслями Кальвадос не заметил, как прошел уже пару сот метров и как он был приятно удивлен, увидев щипавшего траву у обочины тропы Фурма и еще двух лошадей. Умная животина убежала, но перестав чувствовать близкую опасность, остановилась в ожидании хозяина. Не зря все-таки лошади СОУП стоили своих денег. Отозвавшись на еле слышный свист, Фурм пошел к хозяину.
— Молодец, вот оклемаюсь, устрою тебе яблочный пир. — Потрепав по холке покосившегося на него коня, патрульный забрался в седло.
Следом увязались и два других коня. Немного подумав, Кальвадос прицепил повод каждого к задней луке своего седла — пригодятся как сменные, чтоб быстрее добраться до Каньи. А после пришлось сосредоточиться на том, чтоб удержаться в седле. Выехав на одну из основных троп, Кальвадос вздохнул с облегчением — тут не придется так часто пригибаться от веток и можно пустить коня карьером.
Через полчаса бешеной скачки пришлось сменить и Фурма. А вскоре и другого коня... Проскакав уже больше половины пути, он резко осадил тяжело дышавшее животное — навстречу галопом скакал Гюнкар а за его конем привязанная к седлу за повод запасная лошадь.
— Кальвадос, я прочитал, нашел... это демон... там, аккуратнее... — размахивая руками и неловко бултыхаясь в седле, кричал писарь, увидев патрульного.
— Ага, мы тоже нашли...
— Как, кого? — Конь Гюнкара замедлил бег и почти поравнялся с Кальвадосом.
— Демона твоего, кого ж еще. — Сейчас парень сам не узнавал свой голос — спокойный, даже флегматичный. Адреналин весь схлынул, а зелье с болью и сознание немного притупило, откинув подальше все переживания и истерики на потом.
— Эээ... так вы его убили? Там же не так просто, освященная вода действует хорошо на низших, уровнем выше становятся менее восприимчивыми. Из записей Иллортина Схансы следует... — вновь затараторил Гюнкар, но Кальвадос его оборвал.
— Хватит, это потом, я дико устал, а там раненый Кёрсп, мне нужно в поселение, ты все равно им нормально не расскажешь.
— Но, что мне тогда?..
— Езжай по маршруту, вот тебе моя аптечка, вдруг чего не хватит... хоть как-то перебинтуй его. И ради всех святых, поторапливайся.
Только сейчас Гюнкар разглядел, в каком виде пребывал патрульный, до него дошел смысл происходящего и уже молча кивнув, писарь послал коня в галоп. Устало вздохнув и во второй раз сменив коня, Кальвадос последовал его примеру. Лошади уже нехотя продолжили свой бег.
— Скоро будем дома, — похлопывая коня по шее прошептал патрульный и пригнулся к холке. Обезболивающее переставало действовать, накатывала тошнота, по голове будто кувалдой били в такт бегу лошади и дышать становилось тяжело.
Заметив, что возвращающийся всадник вовсе не Гюнкар, а изрядно потрепанный Кальвадос, один из патрульных, дежуривший у ворот сразу побежал в казарменную часть. Второй, также оставив сейчас ненужный пост, побежал к взмыленным лошадям. Всадник еле держался в седле, привалившись к холке, конь же под ним хрипел и был в мыле, его грудь тяжело вздымалась от продолжительного бега.
В поселении началась беготня. Кальвадоса сняли с коня, самого же Фурма и остальных лошадей поручили заботам Джорро, который, цокая языком, повел их на конюшню.
С площади уже предчувствуя недоброе бежал ир Гролс, за ним еще патрульные. Глава отдела пытался спрашивать Кальвадоса о том, что случилось на выезде, но тот лишь мотал головой, и то открывал глаза, то закрывал. Из кармашка выбрался Зонтик, немного поползал по плечу и перелез по слипшимся от засохшей крови волосам на самую макушку своего хозяина.
— Эй, парни, тащите аптечку. Где Гюнкар? Нужна его помощь.
— Так он того, умчался за Верговым десятком... — ответил кто-то из стоящих вокруг парня патрульных.
— Да что ж это такое? То, как мышь сидит в своей кладовке, никуда не вытащишь, то исчезает куда-то? — ир Гролс все больше злился: на то, что писарь, способный к лекарскому делу малый (да чего он только не умел!) пропал; на то, что никто не может сказать, что происходит и лишь стоят как болванчики, а сам он к тому же не знал какие меры сейчас
