в будущем.
— А ты мог бы помочь мне в настоящем, — сказала Дороти, отжимая подол своего промокшего насквозь платья. — Тебе должно быть стыдно!
— Я это запишу, — заметил человечек. — Скажите, что вы чувствовали, когда тонули?
Ожидая ответа, человечек замер с карандашом в правой руке. Левой он держал свою записную книжку.
— Убирайся! — с отвращением воскликнула Дороти.
— Но моя дорогая юная леди...
— Я не твоя дорогая юная леди! Ну почему же Трусливый Лев не возвращается?
— Убирайся, Записулькин! — воскликнул поспешно подбежавший к Дороти второй человечек. Как и она, он промок до нитки.
— Я просто пытался получить немного информации, — угрюмо проворчал Записулькин.
— Мне жаль, что я так медленно плаваю, и не смог вас вовремя спасти, — сказал второй человечек извиняющимся тоном.
— Ну, спасибо хотя бы за попытку, — ответила Дороти. — А первый — твой брат? Можешь сказать, где мы очутились? Ты одет в желтое, так что, полагаю, мы в краях Винкинов.
— На оба вопроса ответ «да», — усмехнулся человечек. — Я зову брата Записулькиным. Он вечно все записывает и отмечает в своей записной книжке, но ничего не делает. А меня он зовет Невпопадышем. Я действую, но все как-то невпопад. Вот и тебя мне спасти не удалось, хотя я и собирался.
— Да уж, вы странная парочка, — заметила Дороти.
И тут она увидела Трусливого Льва, который волочил за собой сэра Рыцаря. Дороти порывисто вскочила, а Невпопадыш при виде этого огромного зверя завопил от страха и бросился наутек. Больше Дороти этих необычных близнецов не видела.
Лев отпустил сэра Рыцаря, и тот рухнул на землю словно груда железа. Дороти приподняла его забрало и из шлема хлынула вода.
— Лю-лю... — забулькал Рыцарь. — Это так любезно с твоей стороны, — наконец выговорил бедняга, пытаясь сесть прямо.
— Отдышись, старина, — посоветовал ему Трусливый Лев, с улыбкой глядя на Рыцаря.
— Ах, и зачем я попросила, чтобы в конце дороги была река? — вздохнула Дороти. — Но, в любом случае, мы уже где-то в краю Винкинов.
Сэр Рыцарь начал понемногу приходить в себя. Откашлявшись как следует, он воскликнул:
— Этот благородный зверь будет посвящен в рыцари! Кинжалы и алебарды! Он уже во второй раз спасает мою жизнь!
Неуверенно поднявшись на ноги, сэр Рыцарь пошатнулся и с размаху хлопнул Льва рукой в железной перчатке по плечу.
— Встаньте, рыцарь Трусливый Лев! — хрипло гаркнул он и рухнул на землю.
Прежде чем Дороти и Лев успели оправиться от своего удивления, сэр Рыцарь уже храпел, бормоча во сне что-то о драконах и кинжалах.
— Нам придется подождать, пока он не отдохнет, а я не обсохну, — заявила Дороти. — Она начала было бегать по берегу, чтобы согреться, но затем внезапно остановилась передо Львом.
— Профессор Кувыркун должен кое-что записать в свою знаменитую книгу, сэр Трусливый Лев, — заявила она.
— А, ты про это! — пробормотал Трусливый Лев, ужасно смущаясь. — Да разве кто-нибудь слышал о Трусливом Рыцаре? Это вздор!
— Нет, не вздор! — решительно возразила Дороти. — С этого момента ты рыцарь! Думаю, Пугале это понравится.
— Если мы его когда-нибудь найдем, — вздохнул Лев, вытягиваясь рядом с сэром Рыцарем.
— Обязательно найдем, — весело откликнулась Дороти. — Я в этом уверена!
Глава XIV
ПУГАЛО ПРИВЕТСТВУЮТ ЕГО СЫНОВЬЯ И ВНУКИ
Хотя Пугало пробыл на Серебряных Островах всего несколько дней, но за это время он успел провести много преобразований, и благодаря его уму аборигены стали жить лучше. Куда бы Пугало ни направлялся, все его радостно приветствовали, и даже старый придворный Чу Чу стал с ним более любезен, и он больше не отпускал язвительных замечаний в адрес барабанщика Бума. Однако у самого Пугалы на лбу появилось четыре морщины: он был постоянно задумчив и пребывал в невеселом настроении.
Пугало скучал по своей прежней беззаботной жизни в стране Оз, и во время, не занятое государственными делами, предавался сладостным воспоминаниям о своем старом жилище, веселых странствиях по Оз и своих друзьях, оставшихся в Изумрудном городе.
«Я очень надеюсь, что они взглянут наконец на Волшебную Картину, увидят, где я очутился, и подумают, как помочь мне вернуться обратно, — частенько мечтал он. — Впрочем, мой долг призывает меня пока оставаться здесь. У меня ведь теперь есть семья, а о ней нужно заботиться».
Поэтому Пугало решил соответствовать своему высокому положению, а барабанщик Бум делал все возможное, чтобы подбодрить своего высокородного господина. На следующее утро после победы над врагами он вбежал в серебряный Тронный зал в страшном волнении.
— Прибыло Ваше почтенное потомство! — выкрикнул запыхавшийся Бум. — О, Ваше Высочество! Взгляните на своих сыновей и внуков!
Пугало тут же радостно вскочил со своего серебряного трона, опрокинув при этом большое серебряное блюдо в виде камбалы и три серебряные вазы поменьше. Наконец-то у него будет настоящая семья! Когда он впервые появился среди обитателей Серебряных Островов, трое его сыновей-принцев и пятнадцать его маленьких внуков плавали где-то на королевской ладье, так что Пугало их пока еще не видел.
— Это самый счастливый момент в моей жизни! — воскликнул он, с волнением прижимая руки в желтых перчатках к своей груди и устремив взгляд на дверь.
Впрочем, Бум при этом выглядел немного встревоженным, ведь он прекрасно знал, что принцы были чрезвычайно надменными и властными созданиями, но он ничего не сказал об этом Пугале. Через мгновение дверь открылась, и в Тронный зал торжественно вошли отпрыски Пугалы.
— Дети мои! — воскликнул Пугало.
С присущей ему порывистостью он бросился вперед и обнял стоящего впереди принца в роскошном одеянии.
— Поберегите себя! Поберегите, о наш древний и почтенный родитель! — воскликнул принц, отступив на несколько шагов назад. — Для человека ваших преклонных лет волноваться совсем не полезно для здоровья.
С этими словами принц решительно отстранился и, поправив на носу огромные очки в серебряной оправе, внимательно оглядел Пугалу с ног до головы.
— Ах, как Вы изменились!
— Да, выглядите Вы не очень... Заметно ослабели, да продлятся Ваши дни и пусть Вы будете править долго этими цветущими островами и своими нижайшими подданными!
