— Мне очень жаль, что я утомил вас своим общением, но нам необходимо торопиться. Времени осталось не так много, а я еще не передал вам Послание.
— Торопиться? — удивленно подумал я. — Почему? Разве у нас мало времени? — Я представил, скольколет Посланник ждал этого разговора, и мне даже стало смешно: — Мне казалось, время у нас как раз есть?
— Скоро откроется путь в другой мир. Я не способен управлять этим процессом, он абсолютно спонтанен, могу лишь ощутить, когда именно это произойдет.
— А я-то тут при чем? — Спросил, а у самого как-то неприятно ёкнуло в груди: ой, не к добру это! Сейчас наверняка какая-нибудь пакость случится, уж я-то в такие моменты редко ошибаюсь.
И точно: — Вам придется покинуть это место… и свой мир. Когда вы получите Послание, поймете почему. — А сейчас что — не пойму? — внутренне похолодев, осведомился я.
— Боюсь, что нет. Сначала я передам вам его… и попрощаюсь. От вас слишком многое будет зависеть — вы должны сами понять и принятьрешение. — Голос стал не то донельзя расстроенным, не то очень торжественным.
Что-то мне это нравится все меньше и меньше: недоговаривает он что-то, ох недоговаривает…
— Верно, — почти что с человеческой тоской (та-а-ак, сейчас, кажется, начнется!) ответил голос- Я всего лишь машина, очень совершенная, самообучающаяся, с развитым интеллектом, но — машина. Все, что мог, я уже сказал, остальное заблокировано программой. Осталось последнее: передать вам Послание и прекратить функционирование…
— Что?!
— Таковы были условия тех, кто создал меня: подготовить вас психологически, передать Послание и самоуничтожиться.
— Но почему?! — с совершенно искренним непониманием почти что «выкрикнул» я в ответ.
— У вас — вашей цивилизации — свой путь. Вы не должны повторить ничьих ошибок, тем более таких ошибок. — Интонация, с которой были произнесены последние два слова, мне уж совсем не понравилась.
— И что? — все-таки переспросил я, хотя искорка понимания уже сверкнула в сознании. Сильно сверкнула.
— Во мне, в моей памяти, осталась вся информация о прошлой цивилизации, ее технологиях и достижениях. Очень опасная информация, особенно для того уровня развития, на котором сейчас находитесь вы. У вас свой путь… — снова повторил он. Если бы мы говорили вслух, последняя фраза наверняка была бы произнесена шепотом…
Я не нашелся что ответить: все в общем-то и так ясно… Да, довольно жестоко с ним поступили — он хоть и искусственный разум, но все ж таки самостоятельная личность — даже с эмоциями, как оказалось… Прямо Терминатор какой-то… — не очень к месту в памяти всплыли заключительные кадры фильма: погружающийся в расплавленную сталь отважный киборг, пожертвовавший собой ради уничтожения микропроцессора. Посланник прошлой Цивилизации на это никак не отреагировал, а я постарался поскорее загнать как назло излишне четкий мысленный образ в глубь собственного сознания.
— Прощайте, человек, мне было очень приятно общаться с вами. То, что вы сейчас узнаете, будет очень тяжело. Психологически тяжело. Но вы выдержите, я в этом уверен. Благодарю вас за то, что скрасили последние минуты моего… существования. Если позволите, я немного облегчу ваше восприятие Послания. Во сне вам будет проще вместить его в свой разум. Прощайте…
— Но… — Хотелось еще что-то сказать, что-нибудь, соответствующее моменту, однако мысли уже замедлили свое движение и мое сознание подернулось невесомой поволокой стремительно накатывающего сна. На бесконечно краткий миг я завис между сном и явью, затем мой мир исчез. Превратилась в размытое световое пятно тусклая лампа под низким потолком, расплылись, словно на нечеткой фотографии, грязно-серые стены и примитивные приборы в центре зала, исчезло все…
Хотя, наверное, на самом деле я все-таки не спал — мое состояние было сродни гипнотическому трансу, когда все органы чувств отключены и сознание свободно от неудержимого потока поступающей извне информации — зрительной, слуховой, обонятельной, тактильной… Сейчас же мой разум был беззащитен и открыт, свободен от всех на свете защитных барьеров и ограничений. Я, словно та самая хрестоматийная губка, жадно впитывал вливающуюся в меня информацию. И не просто впитывал, а понимал ее — с немыслимой для обычного восприятия четкостью и легкостью. Используя привнесенную в современную литературу писателями, творящими в жанре классической фэнтези, аллегорию «он купался в океане Силы», безо всякого преувеличения можно сказать, что я «купался в океане информации». Благодаря неведомым технологиям далекого прошлого Послание даже не вкладывалось в мой мозг — оно ассоциировалось с ним, становилось его, а стало быть, и моей неотъемлемой частью. Я проживал сотни и тысячи лет вместе с теми, о ком ныне не осталось даже воспоминаний, видел давно исчезнувший мир их глазами, вновь возвращался к событиям более древним, чем сама История…
Послание… Пожалуй, это было не только послание, это было еще и покаяние, и предостережение, и грустный, но захватывающий рассказ о делах давно минувших дней, и последняя попытка исправить однажды содеянное.
Земля тогда была другой… Нет, дело не в смещенных на тысячи километров полюсах, не в мягком субтропическом климате и не в отсутствии экологических катастроф — просто другой. Первозданной. Девственной. Нетронутой…
А они, населявшие ее люди — Первые Люди, — были молоды, сильны и, как это, увы, часто бывает, самонадеянны. Очень, очень самонадеянны… Их цивилизация в отличие от нашей не была ни техногенной, ни технократической по своей сути — она была плоть от плоти природной, основанной исключительно на ее незыблемых и непреложных законах и не требующих доказательств постулатах.
Они не только постигли их, эти законы, но и научились… нет, даже не использовать — жить внутри них. Их мир не был построен по этим законам — они пошли дальше и… глубже, словно кирпичики, закладывая естественные законы мироздания в фундамент своей цивилизации. Цивилизации, которой суждено было подняться до немыслимых, недостижимых и непостижимых для простых смертных высот — и в одночасье низринуться вниз, в первозданный и древний хаос. Не слишком-то понятно, да? Ладно, постараюсь как-нибудь попроще…
Отчего-то принято считать, что наша с вами цивилизация стала техногенной с появлением первого более-менее сложного механизма, но это не так. Она всегда была такой, с того самого момента, когда единицам Выживших было позволено начать свой путь сначала, с того самого абсолютного нуля, в который превратилось все их былое могущество.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
