Весь личный состав выстроился перед экранами. Глаза сухо поблескивали. Дежурный кратко доложил о случившемся.
Молчание. Каждый старательно скрывал нервное возбуждение и желание бежать в ангар - бежать, не только выполняя приказ Императора, но и вырываясь из этой непереносимой обстановки раздвоенности.
Командир успел открыть рот и сказать:
- Я приказываю покинуть...
Двадцать фигур деревянно, неуклюже прошли к ячейками с оружием. Двадцать рук одновременно взяли табельные анниги. Лица сведены застывшими, недоконченными гримасами страха - следами, что зомби когда-то были людьми и успели почувствовать, как угасают их сознания. Сейчас в их мозгах уже не осталось того, что управляло мимикой.
Анниги синхронно - словно все руки управлялись одновременно, из одного центра - поднялись к вискам.
Двадцать почти невидимых вспышек. Двадцать тел с выжженными, сквозными ямами в головах.
Солдаты и офицеры не должны мучиться от знания того, что в их головах сидят неизвлекаемые программы-мины - это вывод психологов из Генштаба Империи. Пусть все будут спокойны и веселы - до того момента, когда попытаются совершить недозволенные действия.
Вэл выскочил из Центрального пульта, вдавился в стену коридора. Мимо ног проползли меховые черви-роботы. Туда, к тем... Помещения надо держать опрятными, свободными от трупов.
Ему не удалось связаться с планетой Генератора. Единственное, что он выяснил, - экран на другом конце включен, но передача изображения заблокирована компьютером базы. Вэл, выругавшись, пролетел по энерголучу. И очутился в луже крови, одной ногой на мертвеце.
Он не ушел из пультовой до тех пор, пока не выяснил, что случилось. А потом, от спешки с трудом разблокировав дверь, удрал в коридор. "Я их убил. Убил ни за что. Да, виноват не я один. Но я должен был предвидеть. И не стоит выкручиваться, страх перед Талисманом тут ни при чем. Информацию об Империи можно спокойно получать через нормальные компьютеры... Я их прикончил".
Киборги не шатаются и не падают от отчаяния - их эмоции не закорочены на мозговые центры координации. Вэл побежал в ангар. Почти вышиб допотопную, еще не сило-полевую, а бронированную дверь. Такую земную, соответствующую мыслям о надежности, непробиваемости...
"Знакомая. Домашняя. Аналогичная". - Сейчас эти сравнения очень не понравилась Вэлу. От них проводилась очень нехорошая параллель.
В ангаре разгорался ослепительно белый, нетрадиционный для тех помещений Империи, свет. Он отражался в десятке громоздких, зеркальных катеров. Наверное, они движутся еще на термояде... Да, думать вот об этом: о древности, антиквариате. А не о другом.
Техника, законсервированная воистину бесчисленные годы назад, моментально пришла в рабочее состояние. Вэл, приготовившись к полету на неуклюжем мастодонте, с удивлением понял, что наугад выбранный катер оказался очень маневренным. Его тупорылая, раздутая бочка легко проскользнула в тоннель. Потом - в спецшлюз, не открывшийся ни разу за многие, многие тысячелетия.
Вода, пролет сквозь нее. Катер вырвался в жаркие, сухие сумерки атмосферы. Пробил их. Вышел на орбиту. Завис.
Сверху Генератор казался примитивной декорацией старого фантастического фильма. Его низ и море скрывала бело-зеленая, непривычно гладкая крыша облаков. Светофильтры на этом катере не автоматические, и в глаза бьет жесткий, бешеный свет звезды, которую уже некому назвать солнцем. Внизу, на поверхности параллелепипеда, горит ее отражение - оно действительно кровавого цвета или это только кажется?
И где-то в углу мозга - анализ: почему я вдруг так переживаю? Я же убил Легионеров, и все было нормально, ну, почти нормально. Сейчас другая ситуация или я симулирую эти эмоции, успокаиваю себя искусственным психозом? Стараюсь доказать себе, что я все-таки человек?
Катер послушно перевернулся брюхом вниз. Повинуясь инстинкту Талисмана, Вэл наконец пристегнулся к креслу, чуть "придвинул" мозг к своему симбиоту; потом откинул блистер кабины, высунулся в орбитальный вакуум - сейчас, в состоянии такой близости с Силой, он мог жить даже в безвоздушном пространстве. Поднял руки над головой - точнее, опустил их мимо головы. Словно построил тоннель от Талисмана к Генератору.
Через сознание двинулась плотная, ледяная волна. Она ничего не рушила, не подминала - просто вызывала онемение, оледенение всех чувств и ощущений. Вначале это было даже очень приятно - те, двадцать, отдалились, стали совсем-совсем не важными. А потом стало безразлично и это облегчение...
Никакого страха - в таком состоянии он невозможен. Между ладонями Вэла создалось что-то почти невидимое, бесцветно-хрустальное. Кусочек этой переливающейся ваты отделился от рук, быстро поплыл вниз, соединился с Генератором.
Онемение, холод исчезли. Вэл, не переворачивая катер в нормальное (относительно планеты) положение, захлопнул блистер, пустил в кабину воздух и дал максимальное ускорение. Внизу, над его головой, полыхал черный, нереальный от своей огромности пожар. Вороненые, искаженно-зеркальные языки адского огня прыгали вверх и опять опадали. Защитные поля Генератора, способные выдержать даже удар Сверхновой, были уничтожены. Металлопластиковая броня горела, расползалась дымкой, черными языками, серыми хлопьями.
Шевелящаяся, ожившая планета уносилась назад. Удар получился слишком сильным, Вэл еще не привык к Талисману и не мог правильно рассчитать необходимую силу воздействия. (А кстати, возможно ли полностью приспособиться к Чужому?) Потусторонний, сумасшедший пожар охватил весь шар. И тот стремительно сгорал в нем, оставляя на своей орбите лишь вытянутое облако мягкого, клубящегося пуха - словно в космосе расцвели исполинские тополя...
Генератора не стало - и остановились связанные с ним ретрансляторы. В Генштабе началась дичайшая, первобытная паника.
Нет, жители Империи не были зомби. Просто они жили в информационном, труднорегистрируемом поле, которое создавало нечто вроде течения, по которому плывут мысли. Разумеется, можно двигаться и против него, но это намного труднее. Это, как и в реальной реке, требует сил.
Теперь поле исчезло. Сколько будет действовать инерция?
Возможно, если бы Вэл подождал, а не стал действовать, еще не отойдя после контакта с Талисманом... Астероид Генштаба не рассыпался бы все в тот же серый пух.
Сила меняет мозг, те его глубины, которых как будто и нет, которые вроде бы всего лишь база для мышления.
В подсознании любого homo есть информация, что он - член определенного вида. Что люди - все-таки частично "свои". (Поэтому для большинства первое убийство другого человека и бывает таким тяжелым.) Талисман убирает это. Уничтожает естественную, природную эмпатию. (То есть делает то, что в обычной жизни полностью "достигается" немногими.) И заменяет ее чисто рациональными оценками.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
