"Да, все в порядке, мистер Руди, благодарю вас. Я давно уже не молодой человек, так что последние несколько лет, время от времени, мое тело напоминает мне об этом". Он вдруг понял, что Руди должен знать год, а возможно, день и час, в который он должен был умереть. Несомненно, он не собирался выяснять это; о некоторых вещах лучше быть в неведении. Тогда ему пришло в голову, что если история сражений и народов могла меняться, то и продолжительность жизни какого-нибудь человека могла быть иной. Эта мысль ему понравилась. Он не хотел быть просто цифрой в пыльном тексте, и быть обреченным на неподвижность, как бабочка в коллекции натуралиста.
"Вас беспокоит сердце, генерал?" - спросил Руди.
"Что- то там в груди. И врачи знают не больше."
"Врачи в моем времени гораздо лучше, генерал Ли. Я могу доставить вам лекарства, которые реально помогут вам. Я позабочусь об этом, как только смогу. Мы хотим именно вас видеть командующим в предстоящей кампании."
"Вы слишком добры, сэр." Да, получается, что Руди знал, на сколько дней жизни может рассчитывать Ли, и не хотел, чтобы они неожиданно сократились. Ли почувствовал себя увереннее. Он подумал о другом. "Могу я задать вам еще вопрос, мистер Руди?"
"Конечно." Руди застыл с картинно вежливым вниманием.
"Эти негры, о которых вы упомянули, которые были избраны в парламент Великобритании, какие вопросы они там решают? И как они были избраны? Другими неграми?"
"В основном, да, но, к стыду англичан, некоторые обманутые белые опустились настолько низко, что сами голосуют за них. Что касается того, чем они занимаются. Они всегда стремятся к увеличению прав для негров, хотя и так имеют их уже слишком много."
"Если они были избраны, чтобы стоять за свой народ, как можно их упрекать в такой политике?"
Грозовые тучи собрались на лице Андриса Руди.
Ли сказал: "Впрочем, мистер Руди, оставим это. Спасибо еще раз за все. Вы дали мне много пищи для размышлений. И я хочу видеть план того, что будет пытаться делать генерал Мид."
Уйдя от темы негров, Руди снова расслабился. "Это будет генерал Грант, сэр," - сказал он.
"Вот как? Получается, они назначат его генерал-лейтенантом? Такие слухи были".
"Да, где- то через неделю или около того."
"И он двинется на восток, чтобы захватить Вирджинию? Очень интересно". Ли нахмурился, пристально посмотрел на Руди. "В тот день, когда вы впервые появились в этом лагере, сэр, вы говорили о генерале Шермане как о командующем на западе, и майор Тейлор поправил вас. Вы имели в виду время начала операции, не так ли?"
"Я помню это, генерал Ли. Да, я тогда чуть не проговорился." Он кивнул головой и нырнул к выходу из палатки.
Через пару минут Ли также вышел на улицу. Руди уже ехал обратно в Оранж Корт Хаус. Ли намеревался созвать своих помощников, а затем вдруг задумался, хочет ли он, чтобы они знали, что люди из Ривингтона были из другого времени. И решил, что не стоит. Чем меньше ушей слышало секрет, тем лучше. Он вернулся внутрь и снова уселся за своим рабочим столом. Налил второй бокал ежевичного вина и прикончил его двумя быстрыми глотками. Он редко употреблял два стакана вина, особенно в первой половине дня, но сейчас ему было необходимо успокоить нервы.
Мужчины из будущего! Скажешь кому, так обсмеют. Теперь, имея дело с Андрисом Руди, с новыми автоматами в руках уже почти у всех, с постоянно растущей горой ящиков с боеприпасами у каждого полка, с редкими поставками консервов, которые помогали избежать массового голоданию, этому можно было поверить. Неповоротливый и скрипучий аппарат Конфедерации не мог дать такого количество даже простых ружей и продовольствия, не говоря уж о чудесах из Ривингтона.
Ли задумался о генерале Гранте. На западе он проявил натиск и показал изрядное мастерство. Из того, что сказал Руди, он победит здесь, победит неукротимую армию Северной Вирджинии.
"Это мы еще посмотрим," - сказал Ли вслух, хотя в палатке никого не было.
***"Теперь пройдитесь, старший сержант," - сказал Престон Келли. - "Они не хуже новых." Нейт Коделл испытывал обувь после ремонта Келли. Он прошел несколько шагов и широко улыбнулся.
"Да, холод больше не проникает между подошвой и верхом. Благодарю вас, жаль, что вы не можете сделать этого для большего количества людей. Очень многим из нас не помешал бы ремонт обуви в эти дни. Есть кроме вас еще сапожники в полку? "
"Слышал, что есть еще один у ребят из Аламанса," - ответил Келли. - "Хотя не могу поклясться в этом. Солдаты девятой роты по-прежнему держатся особняком все это время." Аламанс лежал к западу от Уэйка, Нэша, Франклина и Грэнвилла, из которых набиралась большая часть людей для других девяти рот полка.
"Да, они такие," - сказал Коделл. - "Вот если бы вы служили в нашей роте, Престон. Непобедимые тогда все были бы лучше обуы."
"Так- то так, но тогда моим мальчикам из третьей роты было бы хуже." Келли сплюнул коричневый сгусток табачного сока на землю. "У старослужащих всегда больше возможностей, старший сержант, а некоторые бедолаги обходятся без всего."
"И это грустно и печально, не правда ли?" - сказал Коделл. - "Ну, еще раз спасибо, что нашли время для меня."
"Ну, ремонту было немного, больше ушло гвоздей, чем новой кожи. Вы поддерживаете свое снаряжение в хорошей форме, а не как некоторые - доведут до того, что все развалится и несут для починки - а что там уже чинить. Черт, если бы у меня было побольше кожи, сколько обуви можно было бы еще спасти".
Это был одно из самых скромных пожеланий, которые Коделл слышал на протяжении длинной, голодной зимы. Он попрощался с сапожником и направился обратно к месту расположения своей роты. Плац был полон мужчин, наблюдающих за двумя девятками на базах, расположенных друг против друга. Он решил посмотреть на игру. Бита было ручной резьбы, а мяч, что было видно даже издалека, недостаточно круглый, но игроков это не смущало. Питчер запустил мяч к отбивающему, который, рассекая воздух битой, промазал. Ловец поймал мяч после первого отскока и бросил его обратно бросающему. Питчер кинул еще раз. В это раз отбиващий попал, запустив мяч высоко, но не далеко.
"Снаряд!" - кто-то крикнул. - "Ложись!"
"Раскрывайте зонты, начинается град," - добавил другой. Игроки кружили под мячом. "Лови его, Айверсон! - закричали его товарищи по команде. Все заорали, кроме отбивающего, который рванул на первую базу в уверенности, что успеет добраться туда. Он подскользнулся в грязи. Коделл не осуждал его. На грязном, усыпанном ямами поле, ловить мяч голыми руками было не так легко. Ударил второй отбивающий. После пары отбиваний, мяч пожирнел. Если раньше он был легким, то побывав в грязи он казалось, был выточен из бронзовой двенадцатифунтовой статуэтки Наполеона. Он также полетел в сторону игроков, одного из которых будто сшибло копьем. Наблюдающие солдаты пришли в неистовство. Отбивающий с отвращением подобрал грязный клубок. Игрок бросил мяч питчеру, затем вытер руки о рваные брюки.
