Но удача не способствовала побегу рабу, как и в случае с АК-47. Три дня спустя, в конце дня прибыл фургон, чавкая по грязной дороге от Оранж Корт Хаус. Никакой доставки в это время не планировалось. "У вас груз этих сушеных обедов для нас?" - с надеждой спросил Коделл, когда извозчик подъехал.
"Нет, просто дохлый негр - пикет застрелил его на Рапидане. Он пробирался к реке. Сказали, что он, скорее всего, принадлежит к этому полку." Извозчик выпрыгнул и опустил задний борт фургона. "Взгляните, ваш ли это?"
Коделл поспешил заглянуть. Джордж Баллентайн, ничем не прикрытый, лежал мертвым на досках. Нижняя часть серой туники была пропитана кровью; он был убит выстрелом в живот - жестокая, тяжелая смерть. Коделл прищелкнул языком между зубами. "Да, это Джорджи."
"Ты заберешь его?"
"Вези его в восьмую роту. Это их солдат." Коделл указал дорогу. "Они организуют ему подобающие похороны."
"Какого черта? Это же просто чертов беглец."
"Просто сделай это," - отрезал Коделл. Как бы случайно, он поправил рукав, чтобы привлечь внимание к своим нашивкам.
Извозчик сплюнул, но повиновался.
Предположение Коделла оказалось верным. 'Северокаролинские Тигры' даже зашли так далеко, чтобы попросить капеллана Лейси участвовать в похоронах, и он согласился. Тем самым Коделлу стало ясно, что капеллан думал о причине побега негра. Движимый чувством вины, Коделл пошел на похороны. Если бы он не рассказал Лангу о Баллентайне и о том, откуда он, чернокожий мог бы остаться живым.
Лейси выбрал стих из Псалма 19: "Суждения Господни истинны и праведны." Коделл задумался об этом. Он не видел никаких признаков Божьего гнева в смерти Баллентайна, причиной был гнев Бенни Ланга. Это были разные вещи. Он думал поговорить об этом с капелланом, но в итоге вместо этого выбрал для разговора Молли Бин. Ему хотелось задушевной беседы, а не чиного разговора с официальным представителем полка, коим являлся Уильям Лейси. Место Молли в полку было еще менее законным, чем у негра.
"Сейчас уже ничего сделать нельзя," - произнесла она очевидную истину.
"Я знаю. Это так," - сказал он. - "Но это было несправедливо."
"Жизнь вообще не является справедливой, Нейт," - ответила она. - "Если бы ты был женщиной, ты бы знал это. Когда поработаешь в борделе, будь уверен, познакомишься с таким дерьмом…" Ее лицо омрачилось, как будто в памяти ворохнулось уже позабытое. Кончик рта дернулся вверх в кривой улыбке. "Черт возьми, старший сержант Коделл, сэр, если бы ты был рядовым, ты бы кое-что понял."
"Может быть," - сказал он, пораженный ее гримасой. Но так как Молли не умела долго оставаться мрачной, он тоже, правда с трудом, изобразил улыбку. "Я даже думаю, что понял бы кое-что, если бы был негром. Как Джорджи."
"Негры не такие же, как белые люди. Они просто идут себе по жизни, не волнуясь ни о чем, кроме как добраться до своего тюфяка."
"Конечно, люди так утверждают. Я и сам говорил это много раз. Но если это правда, то почему Джорджи бежал только сейчас, когда они забрали у него автомат?" Слова капрала Джонсона всплыли в голове Коделла: даже у негра есть своя гордость.
"Я понимаю, что ты имеешь в виду, Нейт, но Джорджи, он не был как ваши обычные негры," - сказал Молли. - "Он был как мы все - ну, ты понимаешь меня?"
"Да," - сказал Коделл. - "Я чувствовал то же самое в нем. Вот почему это задело меня так сильно."
Баллентайн казался Коделлу просто человеком, а не каким-то негром, потому что он хорошо узнал его. Таким же образом и Молли казалась ему близким человеком, а не шлюхой. Что-то необычное отложилось у него в голове, и он продолжил задумчивым тоном: "Может быть есть много негров, в которых те, кто их знает, видят просто людей."
"Может быть." Но в голосе Молли прозвучали сомнения. "Некоторые из них, тем не менее, предадут Юг не задумываясь, и это правда. Они не хотят ничего, лишь бы вокруг них не было неприятностей."
"Это правда в большой степени. Но ты знаешь, что еще?" Коделл дождался, чтобы она покачала головой, а потом сказал: "Если бы Билли Беддингфилд был черным, я бы продал его на юг не раздумывая."
Она хихикнула. "И то, что Бенни Ланг намял ему бока - это еще один повод для него, чтобы податься на юг, в Джорджию."
"Я не подумал об этом. Это не такой убедительный довод для путешествия в Джорджию, но он есть. И вообще, все говорит нам о том, что нельзя судить о каком-то человеке однозначно: что он плохой или что он хороший."
"Ты прав. Кроме того, он дал нам автоматы, чтобы сражаться с янки."
"Это он сделал. При этом на что-то рассчитывая, я полагаю." После этого Коделл отбросил все мысли о Бенни Ланге и всем остальном, с ним связанном.
Молли стрельнула в него уголком глаза. "Ты приперся, чтобы поговорить, Нейт, или же у тебя есть еще что-нибудь на уме? "
"Я думал только об одном, с тех пор, как я здесь."
***Роберт Ли снял очки для чтения и опустил их в нагрудный карман. "Так значит, генерал-лейтенант Грант собрался идти через Дикие Земли? Я признаться ожидал, что он попытается повторить прорыв Макклеллана через реку Джеймс к Ричмонду. Это кратчайший путь к столице, учитывая безусловный контроль федералов на море ".
"Он пошлет армию Потомака через Дикие Земли, генерал, в начале мая, как я и написал там," утвердительно сказал Андрис Руди. "Его целью является не столько Ричмонд, сколько ваша армия. Если Ричмонд падет, в то время как армия Северной Вирджинии останется целой, Конфедерация может остаться в живых. Но если ваша армия будет разбита, Ричмонд падет быстро."
Ли, размышляя об этом, согласно кивнул. "Это разумная стратегия, и согласуется с тем, каким образом Грант воевал на западе. Очень хорошо, я разверну свои силы для того, чтобы ждать его, когда он придет."
"Нет- нет, так нельзя, генерал Ли," -прозвучал встревоженно голос Руди. Ли уставился на него с резким удивлением. "Если он узнает, что вы передислоцировались и устроили засаду для него, он может выбрать другой путь, чтобы напасть - через Фредериксбург вместо этого, или через Джеймс, или любым другим способом, каким он пожелает. То, что я знаю останется верным, если и все остальное будет по-прежнему".
"Понимаю," - медленно сказал Ли. Через нескольких секунд он уже смеялся над собой. "Я всегда представлял себе, что ничто не дает такого преимущества, чем точное знание того, что его противник будет делать дальше. Теперь же я, обладая такими знаниями, не могу в полной мере воспользоваться ими, опасаясь, что он сделает что-то по-другому из-за того, что я в соответствии с этими знаниями подготовил ему. Мышление о том, что любое действие может вызвать изменения дается тяжело для меня".
