Когда барабаны разбудили его на следующее утро, он был уверен, что не сможет сделать ни шага. Его ноги пульсировали одной сплошной огромной болью. Весь полк, казалось, состоял из стариков с ревматизмом.
"Запишите меня в Корпус Инвалидов," - простонал Демпси Эйр.
Этот корпус состоял из тяжело раненых мужчин, бывших не в состоянии остаться в регулярной армии, но все еще в состоянии исполнять обязанности тюремных охранников или еще чего-нибудь, требующего малоподвижной деятельности.
"А я настолько обездвижен, что даже в Инвалидный Корпус не возьмут," - заявил Эдвин Пауэлл поддразнивая своего товарища сержанта.
Несмотря на жалобы, войска выступили, когда еще вся трава была в росе, а солнце отражалось в каждой капельке и слепило лица. Ноги Коделла еще побаливали, но вскоре он втянулся в марш и больше не чувствовал себя пожилым человеком. Когда лейтенант Уинборн начал петь "Мэриланд, мой Мэриланд", он даже присоединился к нему.
47- й полк в авангарде корпуса генерала Хилла достиг Вердисвилля и Нью-Вердисвилля и двигался к юго-востоку от них. Примерно через час после того, как солдаты миновали Нью-Вердисвилль, они наткнулись на следы массовых земляных работ. Ли и Mид выкопали горы земли в ноябре прошлого года, когда каждый из них надеялся, что другой будет атаковать его. Они оба были разочарованы, когда сражение так и не состоялось.
Когда они подошли к этому месту, Коделлу стало интересно, будет ли армия как-то использовать их. Он сам, конечно, не считал, что лучше стоять в обороне. Но тут полковник Фариболт подъехал к голове колонны и прокричал, "Вперед!" Они двинулись дальше, в Дикие Земли.
"Кажется, сегодня состоится большой бой," - сказал Коделл.
Никто не спорил с ним. Молли Бин сказала: "Интересно, а где янки." Коделл посмотрел вдаль, по направлению Оранж Планк Роуд. Теоретически, вся армия Гранта могла быть даже в четверти мили от них. Если они соблюдают тишину, конфедераты никогда не узнают, пока не наткнутся на них. Деревья и подлесок росли вплоть до края дороги, их ветви густо переплетались. Дикие Земли были заовраженной страной подросшего леса, полной карликовых каштанов и дубков, тощих сосен, орешника, и всякого рода шиповников и терновников. Сойти с дороги, значит, заблудиться, и может быть, навсегда.
Случайная поляна показалось лампой в темной комнате. Коделл моргнул от внезапного попадания прямых солнечных лучей, когда они проходили мимо церкви Новой Надежды на южной стороне дороги. " Такое место, как это, лучше назвать "Церковь без Надежды," - заметил Демпси Эйр.
Полковник Фариболт подъехал снова. Он был с обнаженной саблей, что означало вероятное скорое столкновение. Не успела эта мысль промелькнуть в уме Коделла, как полковник сказал: "Разведка, вперед! Мы можем наткнуться на них в любое время теперь."
Головной пикет быстро направился на восток, их автоматы были приведены в готовность. Некоторые поспешили вниз по дороге; другие прорвались через густые кусты и направились в лес. Коделл мог отследить их продвижение некоторое время по их ругани, когда они налетали на шипы и ветки. Но стрелки вскоре замолчали. Сегодня Дикие Земли были полны большими опасностями, чем колючие кустарники. Не прошла еще первая половина дня, как прозвучал частый треск ружейного огня впереди основной части полка. Мужчины посмотрели друг на друга. Коделл видел вокруг бледные, напряженные лица. Он подозревал, что и его собственное было ничем не лучше. Что ни говори, немногие шли в бой без страха. Но лучший способ преодолеть его, чтобы избежать презрения товарищей, был притвориться, что его вовсе не существует. Без приказа солдаты ускорили марш.
Прибежал назад один из разведчиков в разорванном кителе… Он сказал, задыхаясь: "Там впереди, кавалерия синих!"
"Рота, оружие к бою!" - приказал капитан Льюис.
Коделл снял с плеча автомат и нащупал переключатель огня. "Два щелчка рычагом," - скомандовал он. - "Патроны понапрасну не тратить."
"Два щелчка!" - словно эхом кричали другие сержанты.
Полк приближался к тому месту, где велась стрельба. Еще один разведчик вернулся, пошатываясь и ругаясь - из его левого предплечья капала кровь. "Где Фаулер?" - спросил он. Несколько человек указали ему направление к фургону помощника хирурга. Сыпя проклятьями, раненый пошел дальше в тыл. Кишки Коделла заныли. Он представил, сколько сегодня понадобится хлороформа, и работы ножом и пилой для хирургов? И не дай бог, для него?
Потом показались еще два стрелка. Эти не пострадали; улыбаясь от уха до уха, они подталкивали вперед мрачного вида янки, чьи шевроны говорили, что он капрал кавалерии. Полковник Фариболт, спешившись, подошел к нему. "Ваше подразделение?" - спросил он.
"Пятый Нью-Йоркский полк кавалерии," - сразу ответил пленный. В его голосе слышался легкий акцент. Он перевел взгляд от захвативших его на остальных солдат 47-го полка. "Так у вас у всех эти чертовы ружья? Там мне показалось, что мы столкнулись с целой бригадой, а не с маленьким пикетом разведчиков". Каролинцы оскалились волчьими улыбками. "Ведите его на допрос к генералу Хету, " - сказал Фариболт солдатам, захватившим северянина. Полковник продолжил: "Первой роте выдвинуться вперед для поддержки стрелков. Другим ротам растянуться в линии по фронту." Развернув знамя, первая рота поспешила вниз по дороге к сражающимся. Рота за ротой, остальная часть полка двинулась по Дикой Земле. Непобедимые Кастальцы оказались почти в центре развернувшейся линии, довольно близко к проезжей части. Коделл сразу понял, как далеко это было от маневров на плацу. Даже сохранить прямую линию было невозможно. "Вперед!" - закричал он тем, кого мог видеть. Густо разросшаяся лоза обертывалась вокруг лодыжек, как змея, хлестала его по лицу и тянула за рукава. Он упал три раза, прежде чем пробежал сто ярдов. Пуля со свистом пролетела мимо его головы и ударила в ствол дерева. Он бросился вниз и пополз через кусты на животе.
Раздался еще один выстрел и еще. Пули так и секли подлесок прямо перед ним. У федеральной кавалерии были неплохие винтовки. Разумеется, не сравнить с АК-47, но все же. Коделл вглядывался сквозь листья, пытаясь обнаружить янки, который пытался убить его. Он не видел никаких следов униформы - парень замаскировался не хуже краснокожего индейца. Но тот не мог скрыть черного порохового дыма, который поднимался каждый раз, когда он стрелял. Дым медленно выплывал из зарослей кустов ежевики. Осторожно, чтобы не выдать свою позицию, Коделл поднес автомат к плечу и выпустил две пули, одну за другой.
Охотник выманил свою птицу. Кусты ежевики зашевелились, и федеральный солдат поднялся, надеясь лучше разглядеть обстановку. На секунду Коделл увидел синюю форму. Он выстрелил. Янки закричал. Коделл выстрелил снова. Крик прекратился так же внезапно, как если б он был отрезан ножом. Коделл бросился вперед, мимо кустов, где скрывался погибший янки. Канонада выстрелов гремела со всех сторон и становилась все громче. С каждой минутой все больше и больше конфедератов ввязывалось в столкновение с федералами. Спешившаяся конница имела приличную огневую мощь благодаря семизарядным карабинам Спенсера, которыми они были вооружены. Но теперь солдаты 47-го Северокаролинского полка могли сравниться с ними и даже превзойти их. Это было пьянящее чувство. Янки начали отступать, оставляя засады.
