глаза, боясь, что стоит мне только смежить веки, я их больше не открою и рухну прямо в коридоре, я думала, что ещё одна такая бессонная ночь, и утром у меня не будет сил подняться. Алинка, судя по шаркающей походке, тоже засыпала на ходу, что-то тихо сама себе бурча под нос. Преодолев самый сложный участок — лестницу, пройдя тёмный коридор, нам всё же удалось благополучно добраться до комнаты, чтобы, распахнув дверь, испуганно заорать.
Глава 21
— Ты кто такой?! Что здесь делаешь! — истошно закричала, швыряя все, что попадалось мне под руки в старика, который с наглой и жуткой ухмылкой, залез прямо с ногами на нашу кровать, — как ты сюда пробрался?!
— Получай! — рявкнула Алинка, бросив в деда тяжёлый подсвечник. Багги, давно спрыгнув с рук дочери, безуспешно карабкался на постель по покрывалу и оглушительно шипел. И всё, что сейчас происходило, выглядело форменным кошмаром.
— Хватит! Катарина! Алина! — рыкнул в ответ старик, взлетев под самый потолок, отчего я и дочь снова разом истошно завизжали, но дед, перекрикивая нас, продолжил, — это моя комната и это вы нагло её захватили, вандально выломав дверь! Но так и быть, живите, мне всё равно кровать ни к чему.
— Комната была пуста! Даже одежды здесь не было, — рвано выдохнула, перехватив руку дочери, которая взяла со стола свод законов и собиралась швырнуть, судя по всему, в того самого призрака, который дул холодом мне в затылок, потребовала, — ты кто?
— Фентон Коуэл, тот, кто построил этот дом, граф с орденом доблести, ныне давно почивший, — буркнул старик, плавно опускаясь в кресло.
— Ты мёртвый? — просипела Алинка, неосознанно придвинулась ко мне поближе.
— К моему сожалению, да. Один мой правнук был уверен, что это я его сюда заманил, и ночью прирезал, — насмешливо проговорил дед, снова взлетев и зависнув над полом на добрых два метра, принялся задирать своё ночное платье, — хочешь, покажу.
— Не стоит, — перекрыла своим телом абсурдное и нелепое представление от ошеломлённой дочери, сердито прикрикнув, — прикройте, пожалуйста, свои телеса, здесь всё-таки дамы.
— Ох… прости, забылся, сюда давно леди не забредали, — стушевался седовласый старик в забавном ночном колпаке, — я бы вам предложил чай, но, как ты сказала, я бестелесный.
— Спасибо, мы уже выпили, — пробормотала, ощущая себя очень странно, мне казалось, что я уже привыкла к этому месту, но смотреть на слегка мерцающего старика в смешном наряде для сна, который парит под потолком, было всё же жутковато.
— А почему вы раньше не появлялись? И пугали мою маму? — спросила Алинка, выглянув из-за меня, сердитым голосом добавив, — вы злой, да?
— Вот ещё, я учёный и самый добрый человек на свете…
— Ну да, прям как Карлсон, — тихонько хмыкнула, устало падая на диван, усадив рядом с собой дочь, подтянула к себе ещё один латунный подсвечник. Я, конечно, была уверена, что он не поможет мне справиться с призраком, но с ним было как-то спокойнее что ли.
— Не знаю этого мистера, но полагаю, я его обойду по всем пунктам, — важно ответил старик, плавно опускаясь в кресло, закинув ногу на ногу, оголив неловким движением свои острые коленки, продолжил, — так вот, деточка, не появлялся, потому как дом жадный и не давал мне сил, всё забирал себе. Вот только сегодня я у него выпросил немного, чтобы поговорить с вами.
— Дом? Выпросил? — рассеянно переспросила, склонив голову, с тихим стоном принялась растирать руками виски, почувствовав, что ко мне вернулась мигрень, от которой, я думала, мне удалось избавиться.
— Дом! Жадный, вредный, который забыл кто его создатель, — сердито высказался Фентон, посмотрев куда-то поверх нас, — и я не пугал, а хотел поговорить, хотя с домом после последнего визита, как их здесь называют «блуждающего», мы решили, что больше никогда не заговорим с такими, как вы.
— Почему? — тут же спросил любопытный ребёнок, подняв на руки время от времени шипящего на старика котёнка, невольно подалась вперёд.
— Только привыкнешь, поговоришь по душам, а они лезут куда не следует и уходят, — печально вздохнул дед, досадливо поморщившись, добавил, — я бы тоже ушёл, но пока это место существует, мы с ним неразрывны… хм, о чем это я… ааа, в последний раз дом так расстроился, что разнёс все комнаты, только мою я смог отбить от самовлюблённой развалины.
— А почему они уходят? И как появляются здесь? В доме есть дверь, которая открывает проход в другие миры? — расспрашивала Алинка, я же, борясь с дикой болью, сдавливающей мою голову словно тисками, могла лишь слушать и мысленно хвалить дочь за её правильные вопросы.
— Ха… нет иных миров, есть другое время. Мир, он один. Скажем так — это другая реальность. Мир со своим временем. Там могут выполняться другие физические законы, другие физические константы. Каждый раз развиваясь по-новому, выбирая путь, отличный от другого. А это место, оно особое, я больше двадцати лет делал расчёты, искал его, а когда нашёл, выкупил землю и построил… дом. Это место притягивает таких, как вы и я. Здесь побывали мои предки и правнуки.
— То есть вы хотите сказать, что сюда прибывают люди или из прошлого, или из будущего, — задумчиво протянула Алина, покосившись на меня, поднялась с дивана, двинулась к моей сумочке, на ходу продолжив, — если в наше время, откуда мы прибыли, считается, что бактерии заселили землю первыми, то по вашей теории до них была цивилизация, очень развитая, но она куда-то исчезла.
— Куда-то! Сами себя и уничтожили, всё циклично. И на месте пустоты появится новая жизнь, но она выбирает иной путь развития, — хмыкнул дед, проводив Алинку взглядом, пробормотал, — вообще ты умненькая, как и всё Коуэлы, вот что значит кровь, верно мыслишь.
— С чего вы решили, что мы Коуэлы? — усмехнулась дочь, подав мне таблетку и кружку с водой. Поблагодарив ребёнка едва заметным кивком, я быстро выпила лекарство, на секунду прикрыв глаза, пытаясь найти удобное положение, чтобы болело меньше.
— Потому как, кроме Коуэлов, в это место попасть никто не может, я сразу установил запрет, когда строил этот дом.
— Значит, место волшебное и вы владеете магией? — быстро протараторила Алинка, вновь усаживаясь на диванчик.
— Нет
