сгинете в другом, и кто ведает, как там вас встретят, Гари вон сжечь хотели, когда он сюда попал. Или, как Томсон, распадётесь на мелкие частички! Не ищите! Опасно! Всё одно там вам плохо было, вот они вам и открылись, что вас всех тянет вернуться туда, где плохо?
— Там родные, друзья. Привычный для нас мир, — с усмешкой проговорила, глядя на необычно цельного, без просветов и мерцания, старика, поинтересовалась, — тебя никак дом силой напитал? Или сам у него забрал?
— Вы сегодня такие эмоциональные, ещё и новая правнучка появилась, нам обоим хватило, — заявил старик, покрутившись вокруг себя, наверное, хвастаясь ночным платьем, продолжил, — хорошо, они дамам открыли, а то мужчины такие скучные, сил дают мало.
— Вы что, как вампиры, что ли? — обеспокоенно воскликнула Наташа, бросив на меня вопросительный взгляд.
— Вот чего придумала! — рассердился Фентон, резво влетев через окно в кухню, — вам жалко?! Был здесь один, с крестом за мной бегал! Вы всё равно радуетесь, плачете, злитесь, вот как сейчас, энергия растекается повсюду, а мы подбираем. Только от мужчин крохи, и дом жадничал поначалу, а вы такие яркие…
— Раз сил у вас полно, наведите порядок в доме! — потребовала от Фентона, переведя взгляд на стену, проговорила, — нам нужны комнаты, а ещё хорошая прачечная.
— Она сейчас что, со стеной разговаривает? — услышала шёпот девушки, краем глаза заметив лукавую улыбку дочери и её согласный кивок на вопрос Наташи, продолжила, — и стулья не мешало бы на кухню, не будем же мы сидеть по очереди.
— Он сказал, подумает, — объявил мистер Фентон, резко развернувшись, проплыл к окну, на ходу проронив, — кстати, там сборщик налогов у ворот крутится, тебя поджидает.
— Мог бы и сам с ним разобраться! Ты налог задолжал! — крикнула вдогонку, но своенравный дедок уже смылся из виду, — ладно, пора и правда с ним разобраться.
— Вместе пойдём в банк? — деловито поинтересовалась Алина, улыбнувшись растерянной девушке.
— Как Наташа решит, если хочет, конечно.
— В город выйти? А можно? — с придыханием пробормотала девчушка, снова подскочив с табурета.
— Почему нет, вот только надо тебе местный наряд купить, а то пялиться на тебя будут, хотя они и так будут смотреть, — задумчиво протянула, озорно улыбнувшись, торжественно объявила, — а Коуэлов прибавляется, вот префект очумеет.
Глава 24
— Мистер Исси? — деланно удивилась я, будто не знала, что сборщик налогов под воротами ошивается, небрежным жестом поправила якобы выбившуюся прядку волос из причёски, спросила, — что вас привело сюда?
— Долг, миссис Коуэл, — радостно улыбнулся мужчина, вытянув свою и без того длинную шею, пытался заглянуть в чуть приоткрытую дверь. Но я будто невзначай немного сдвинулась, перекрывая ему видимость. Нечего заглядывать на чужую территорию, а уж тем более, когда с той стороны в щёлку подсматривают дочь и Наташа.
— Вы очень ответственный работник и исполнитель, — хмыкнула, всё же закрывая дверь, иначе Исси меня попросту столкнёт, так стал наседать, едва не лопаясь от нестерпимого любопытства, — сегодня в двенадцать дня я приду в банк, чтобы оплатить налог, согласно законам, постановлениям и указам его величества.
— Весь? — растерялся мистер Исси, я бы сказала, он даже очень сильно огорчился. Мужчина, что-то беззвучно прожевав, наконец невнятно пробормотал, — но как же...
— В двенадцать, мистер Исси, а сейчас прошу извинить, я спешу, — и больше ни слова не сказав, устремилась к магазинчику мисс Хоуп, радуясь, что в этот ранний час любопытных зевак на улице нет и можно насладиться чудесной прогулкой по старинным улочкам городка.
Невероятно голубое небо сегодня не омрачалось ни единым облачком, утренний ветерок обдувал моё пылающее после неприятной встречи лицо. Прохожие на улицах попадались редко, дома и лавки были ещё закрыты. Ночью, видимо, прошёл дождь, отчего каменная мостовая блестела и переливалась всеми цветами радуги в лучиках поднимающегося из-за горы солнца, а воздух был свежим и непривычно, для городского жителя, ароматным.
Благополучно добравшись до нужного мне места, пересекла пустынную улицу. А потянув дверь лавки мисс Хоуп, убедилась, что та заперта, решительно постучала, и, мысленно подбадривая себя словами добродушного Винни-Пуха: «Кто ходит в гости по утрам, тот поступает мудро», замерла в ожидании. Но время шло, за дверью не издавалось ни звука. Зная, что мисс Хоуп живёт над лавкой, отошла на пару шагов от дома и запрокинув голову, пыталась рассмотреть задёрнуты ли шторы на окне… Испуганно вздрогнула, услышав неожиданно близко странный шум, следом раздался сердитый мужской окрик. Не знаю, каким чудом я умудрилась быстро отскочить от нёсшегося на меня всадника. Прижавшись спиной к стене магазина, часто-часто дыша, пытаясь унять неистово колотившееся сердце, я с опаской смотрела, как спешивается с вороного жеребца высокий, темноволосый незнакомец.
— Мисс! Вы решили уйти из жизни, погибнув под копытами моего Ворона? — прорычал всадник, в два шага преодолев разделявшее нас расстояние, — какого раска вы вышли на дорогу?
— Я?! — задохнулась на мгновение от столь возмутительного обвинения, быстро отлепляясь от стены, смело шагнула к грозному мужчине, чеканя каждое слово, произнесла, — кто в здравом уме передвигается в жилой части города на лошади, ещё и галопом! А если на дорогу выбежит ребёнок?!
— Никого не было! Дорога была пуста, а вы появились словно из ниоткуда!
— Вот именно! Так и ребёнок мог выбежать, а реакции у малышей нет, и он бы не успел отскочить от вашего монстра! — рявкнула, возмущённая до глубины души тем, что этот хам не понимает очевидного.
— Дорога предназначена для езды верхом, карет и двуколок, — процедил сквозь зубы мужчина, резко разворачиваясь, широким шагом направился к своему, как он назвал, Ворону, — его величество издал указ и выделил из казны монеты для благоустройства улиц в каждом городе Ледарии. И это сократило наезды на людей, но красивые и глупые девицы и здесь умудряются расстаться со своей жизнью, и всё ради того, чтобы стать моей супругой.
— Эээ… что? Да никогда в жизни! — воскликнула, на мгновение растерявшись, но быстро взяла себя в руки. Разгневано взирая, как легко самовлюблённый хам взлетает на коня, невольно задержала свой взгляд на широких плечах, узкой талии и бугристых под рубахой мышцах, недовольно буркнула, — плохо выполнили указ его величества, не все улицы в Терсе разделены
