Читаем без скачивания Выпуской бал, или "Вашу руку, мадемуазель!" (СИ) - Крыжановская Елена Владимировна "Зелена Крыж"

— А можно просто так поставить, по годовым оценкам? Вы же знаете, что в принципе я способен решать задачки, хоть и не имею к этому таланта.

Директор медленно поднял глаза на взбунтовавшегося ученика:

— Можете, так решайте!

Гиацинт холодно улыбнулся:

— Могу, но не хочу. Я даже не готов. Таблицу умножения не помню. Я ведь сейчас так занят, ну так занят, приходится разучивать танцы день и ночь!

Директор зловеще полуприкрыл глаза, начиная понимать, куда клонит граф.

— Я прекрасно знаю, что программу трех балов все выучили ещё до Равноденствия! — внушительно произнес Жестколист. Мол, а теперь правду, пожалуйста! Гиацинт принял вызов:

— Не спорю, танцевальные фигуры я знаю лучше геометрических! Но кто заставит меня их исполнять?

— Это шантаж! — хлопнул ладонью по столу директор.

— Хм, когда просят не денег и не интимной близости, при дворе это вроде как и не шантаж. Всего лишь обмен услугами! — хмыкнул ученик и тут же покаянно прижал руку к груди, не переставая смеяться: — Простите, господин директор, вырвалось!

— Не забывайтесь, граф! — почти прорычал Бораго.

— А я всё помню! — весело заверил он. — Ваш престиж передо мной в долгу до степени "проси, что угодно".

Резко выдохнув, директор почти успокоился. Высказал с трагической ноткой:

— Это низкая и недостойная злопамятность! Честь, за которую другие готовы биться дорогой ценой, только вы почему-то считаете ущемлением своих прав…

Гиацинт отлично понимал, что в уме профессор математики считает секунды. Тянет время, чтобы быстрое возвращение студента в коридор не показалось подозрительным остальным.

— …несмотря на то, что метод, который вы избрали, недостоин уважения и поощрения, я ценю ваш вклад в престиж Оранжереи Тюильри. Вы действительно весьма посредственно успеваете в том, что принято считать точными науками. Хотя точности вам не занимать, и сообразительности тоже. Выбирая между тройкой и четверкой, так и быть, оценю ваши общие знания на "четыре". Но даже не сомневаюсь, что дипломатию вы сдадите отлично! — он записал оценку в сводную ведомость всех классов.

Гиацинт весело поклонился:

— Благодарю вас, господин маркиз!

— Директор!! — ученая мантия встопорщилась на плечах.

— Директор для меня уже ненадолго, а благодарность — навсегда!

Не обращая внимания на начальственные громы и молнии, граф смеялся, отвесив нижайший придворный поклон. Он знал, что Жестколист сам любит шутки, но обязан с учениками держать лицо. Но сейчас ведь никто не видит!

Маркиз Бораго понимал, что ученик его не боится, сколько ни кричи. Да и что за молодой человек благородного происхождения, если боится директора школы… тьфу ты! Оранжереи!! Вот именно. Они не в армии, приказы старшего для всех придворных весьма условны. Их трепет ограничивается королем. Его величество смог заслужить безусловный авторитет, другие не смогли. За что их упрекать? Граф не отличник, мелких минусов не боится. Всерьез диплом ему испортить не удастся, даже если все силы на это бросить. Восстановит по суду с независимой комиссией. Нервы помотать? Возможно, но ведь ответит. Злиться на Гиацинта Ориенталь глубоко нерационально. Проверено.

Выпускник это понимал и выжидательно улыбался, не торопясь покинуть кабинет.

— Что-нибудь ещё, граф? — начальственные брови сурово сдвинулись.

— Охранную грамоту на остальные экзамены, — попросил он о легком "пустячке".

— Что?!! Это чересчур! Это уж переходит все границы!

— Не спорю. Но где вы видели шантажиста, который остановится на полдороги? Я, правда, буду очень благодарен, — добавил он всерьез.

Директор бушевал:

— Я вас лишу диплома!! Пущу в ход связи! Не знаю, где ещё, но в Париже ваша карьера не поднимется выше уличного бандита! Даже стать учителем фехтования можете не мечтать!

— Мне всё равно.

По легкой потусторонней улыбке маркиз понял, что шутки кончились.

Репетиция прошла успешно. Встреча с Виолеттой состоялась на следующий день.

Пополнив "коллекцию" ещё пятью легкими оценками и сдав по-настоящему логику, на которой он просто хотел проверить себя, граф изучал расписание. Нельзя ловить партнершу прямо перед экзаменом. Лучше после. Как бы ни прошло, ей нужно отвлечься.

У них шел письменный, по мировой истории. Работы проверялись заранее, а потом каждый выступал, защищая свою "писанину", отвечая на вопросы как, что и почему получилось в тот раз в истории. Не худшие знания, не бесполезные. В общем, похоже на обычный урок, только дольше и отвечают непременно все. Когда дверь на свободу наконец открылась, коридор оказался не совсем пустым. Не кто-нибудь, сам граф Ориенталь прислонился к стенке напротив двери, явно поджидая кое-кого. Девчонки, быстрее переключавшиеся с мировой истории на частные хроники, косо поглядывали на него, заговорщицки хихикали и шушукались. Многие, кто радостно вылетал из класса, кто брел понурившись, даже не замечали свидетеля.

Не двигаясь, он ждал, когда выйдет Виолетта. Граф не сомневался, что она сидела первой у двери, но выскочить впереди всех не спешила, шла не одна. Они живо переговаривались с Поли, судя по лицам, успешно "отстрелявшись", пересдавать не придется. Виола могла не заметить, могла заметить и пройти мимо или только вежливо поздороваться. Он безучастно ждал, предлагая выбирать ей.

— О, граф! — естественно, подруга-спасительница заметила его первой. И не пыталась сделать вид, что незнакома. — Поздравь! Обе — "отлично"!

Вот что значит, дочь дипломата. Сразу включила в переговоры Виолу, прежде чем та успела дать знак, что его видит.

— Поздравляю! Отметим? — он ещё не толкнулся от стенки, не достал рук из карманов, но уже крепко схватился за спасательный канат. Зубами.

Виолетта неожиданно подошла сама и очень близко. Сказала, что рада видеть, улыбнулась. Он быстро поцеловал ей ручку, шутя крутанул, как в танце, и в два шага добравшись до Поли, непринужденно обнял обеих за плечи и на зависть одноклассницам увел в кафе.

На выходе в город, как обычно, дал выбор, куда идти. Хотел проверить, известно ли подружке о первом походе (тогда их видел Поль), и выберет ли скромница то же кафе "Рояль" или, ради разнообразия, а, может из, ревнивой защиты "их" места, предпочтет другое?

— Куда угодно! — с чувством пожелала Поли.

— Куда вам угодно, месье, — со своим фирменным, прикрытым ангельской кротостью лукавством сделала легчайший реверанс Виола. — Платить тебе!

— Ах, так? Тогда в "Рояль", там у меня кредит! И только по коктейлю. Или парочку. Мороженое брать рискованно, вам нужен голос для будущих блестящих выступлений на экзаменах! Или хотите закусить более существенно?

— Не-а, — отмахнулась пухленькая Поли. — Скоро обед!

Они весело поболтали до обеда, потягивая коктейли через трубочку и ложкой выбирая из них фрукты. Поли предпочитала сладкое и небезалкогольное питье. Плюс экзамена в том, что после него уроков нет! Виола сразу взяла "Рассвет" и попробовала новый коктейль "Королевская ночь". Очень темный, с привкусом шоколада, но прозрачный и по вкусу на грани кофе. Что-нибудь тропическое можно было готовить на заказ, но Гиацинт взял стандартный "Золотой апельсин", добавив дольку манго. Не хотел стеснять Виолетту, демонстрируя одинаковый вкус при свидетелях.

Разговоры вертелись вокруг экзаменов. Кто что сдал, кому что осталось. Гиацинт ничуть не скрывал, что надеется избавиться от мучений раньше всех. В школе привыкли, что граф заканчивает каждый год вне общего графика. Поэтому учителя не возражали, ученики не удивлялись его манёврам. Но до сих пор он большинство экзаменов всё-таки сдавал, кроме тех же изящных искусств и спорта. Ему оставалось пару дней и несколько особо сложных атак на самых твердолобых учителей. В успехе граф не сомневался.

Виола напомнила, что через неделю будет короткое занятие, только по второму танцу выпускного бала.