Пурпурные лучи заходящего солнца высветили как цвета эбенового дерева шелковистую шерсть Капу, так и темно-каштановые волосы Касси, забранные наверх. Она была в черном жакете и юбке для верховой езды и выглядела не менее прекрасной и чопорной, чем вчера, появившись к ужину.
Она придержала поводья перед дядей с племянником. Бредфорд выступил вперед.
— Ты собираешься взять с собой коня?
— Конечно. Кто же будет кормить и ухаживать за ним, если и я, и Лани уедем? Он никому не позволяет подходить близко.
— Лани? — Бредфорд только сейчас заметил женщину в повозке.
— А вы не ждали меня? — Лани спрыгнула на песок и, не слушая ответа, повернулась к матросу, замешкавшемуся на переднем сиденье. — Можете начинать разгрузку. И поаккуратнее с корзиной, где лежит трава. В нее не должен попасть песок.
Матрос скривился и проворчал что-то себе под нос.
Голос Лани, когда она снова заговорила, оставался все таким же мягким. Стальные нотки в нем только угадывались:
— И побыстрее, пожалуйста.
К удивлению Джареда, матрос повиновался.
— А зачем вы взяли с собой траву? — поинтересовался Бредфорд.
— Капу поездка на корабле вряд ли доставит удовольствие, — ответила Касси. — Надеюсь, знакомый запах и вкус немного успокоят его.
— Превосходная мысль.
Лани изучающе посмотрела на Бредфорда.
— Вы еще не протрезвились настолько, чтобы помочь в разгрузке? Нам надо поспешить. Касси считает, что Капу следует доставить на борт до наступления сумерек.
— Когда речь идет о помощи прекрасной леди, я трезв как стеклышко. — Он снял с повозки самый маленький саквояж. — Если, конечно, поручение не слишком обременительно.
— Уверена, что с этой сумочкой вы не надорветесь. Я поднимала такие грузы, еще когда только училась ходить, — нахмурилась Лани. — Касси сказала мне, что вы капитан на корабле.
Он слегка склонил голову.
— К вашим услугам.
— Тогда я постараюсь как можно скорее обучиться этому делу. У меня нет ни малейшего желания пойти ко дну из-за вашего пристрастия к бренди.
— Не беспокойтесь. В море я не беру в рот ни капли.
— Что-то не верится. Когда мы поднимемся на борт, вы покажете мне свои навигационные приборы и карту. — Бредфорд больше не возражал. Лани повернулась к Джареду. — Два заложника — лучше, чем один. Надеюсь, у вас нет возражений, что я присоединяюсь к вам?
— Конечно, нет. Любовница — приманка завлекательнее дочери. Единственное, что меня удивляет, так это ваше нетерпение принести себя в жертву. Но если уж вам так хочется — пожалуйста. Буду только рад. — Он помолчал. — До тех пор, пока вы не встанете у меня на пути.
— Я не собираюсь путаться у вас под ногами. — Лани смотрела на ботик, поджидавший их.
Джаред повернулся к Касси, девушка пыталась придать себе уверенный вид.
— Я беру с собой Капу, — решительно проговорила она. — Я понимаю, что он доставит массу хлопот, но у меня нет другого выхода.
— Похоже, у вас довольно странные представления о тех привилегиях, которыми пользуются заложники. К вашему сведению, диктуют условия не они.
— Я беру его, — голос Касси звучал непреклонно. — А вы можете требовать от меня удовлетворения всех своих притязаний. Он едет с…
— Я и не думал возражать. — Джаред шагнул и погладил Капу. — Скорее даже доволен, быть может, мне удастся убедить тебя продать его мне. У меня только один вопрос.
— Какой же? — нетерпеливо спросила она.
— Каким образом мы поднимем его на борт? Здесь нет бревен, чтобы сколотить плот, а корабль бросил якорь в доброй миле от залива.
— Так же, как привезли его сюда. — Она спешилась и достала из повозки кожаную подпругу и уздечку. — В такой конской упряжи его легче будет втягивать на палубу.
— До чего же легко, — иронически усмехнулся Джаред.
— Не так уж и просто, но можно.
— Во-первых, я не уверен, сможет ли конь проплыть милю. А во-вторых, не забьет ли он всех нас, когда мы попытаемся втащить его на палубу на веревках.
— Но другого способа нет. — Касси расстегнула ремень у седла и сняла его с Капу. — Мы с ним часто заплывали довольно далеко. Воды он не боится.
Джаред нахмурился и еще раз похлопал Капу.
— Но если что-то его испугает, ты не сможешь удержать его.
— Смогу. Я сильная. Джаред покачал головой.
— Садись в ботик. Лучше, если я попробую.
— Нет. — Она бросилась к жеребцу, загораживая его от Джареда. — Это мой конь. И я отвечаю за него.
— Ради Бога! Я не собирался забирать его у тебя. Только сумасшедшему придет в голову мысль, что мне может доставить удовольствие плавание на перепуганном жеребце. Дело не такое простое, как тебе кажется. И лучше, если ездок будет посильнее.
— Это мой конь, — Касси повернулась к Джареду спиной и взяла в руки поводья. — Забери с собой седло и плыви к кораблю. Приготовь ворот к подъему Капу. Я останусь здесь и дождусь, когда вы подниметесь на борт. Если к тому времени стемнеет, зажги фонарь и трижды помахай им.
Его губы недоверчиво изогнулись.
— Ты хочешь остаться одна на берегу?
— Я не собираюсь убегать. К тому же с вами будет Лани. Неужели ты думаешь, я брошу ее?
— Я не боюсь, что ты убежишь, черт тебя побери. Но это слишком опасно. Ты не можешь…
— Мы напрасно тратим драгоценные минуты. — Касси перекинула поводья и принялась снова застегивать подпругу. Жеребец повел головой и слегка переступил ногами. — Вот видишь, он уже начинает нервничать.
— И будет дергаться еще больше, когда его потянут веревками на палубу, — грубо заметил Джаред. — Тебе повезет, если он не начнет биться, когда вы окажетесь у самого борта. Я бы смог удержать его, но тебе это вряд ли будет под силу… Что ты делаешь?
— Снимаю одежду, — Касси расстегнула жакет и сбросила его, оставшись в одной тоненькой хлопчатобумажной сорочке и юбке. — Этот костюм для верховой езды слишком тяжелый. Он будет только мешать. —
Она тут же скинула на песок и юбку. Шагнув в сторону от нее, взялась за тесемки нижней юбки.
— Подожди! — Он бросил взгляд на ботик, четверо матросов с усмешкой наблюдали за происходящим. У Бредфорда тоже глаза полезли на лоб от изумления. Только выражение лица Лани осталось по-прежнему невозмутимым. — Ты же не можешь раздеваться на виду у всех.
— А почему нет? — Нижняя юбка тоже упала на песок. Держась за Капу, она сняла ботинки, носки и раздраженно взглянула на него. — Что ты так смотришь? Ты же уже видел меня раздетой.
Но та девушка, что стояла перед ним в набедренной повязке, не вызывала такого вожделения, как эта, сбросившая одежду для верховой езды. Он доподлинно знал, как выглядит ее маленькая грудь, которая просвечивалась сквозь тонкую белую ткань сорочки, подчеркивая золотистый цвет ее загорелой кожи. Панталоны на икрах обрамляли кружева. Тело его отозвалось против его воли. В нем вспыхнуло желание. Он знал, что матросы в ботике испытали то же самое. Ему хотелось подойти к ней и натянуть на нее костюм для верховой езды, скрыть ее наготу от посторонних мужских глаз. Джаред раздраженно махнул рукой в сторону океана.
