трепыхался ярко-синий дракончик. С виду почти что как сонник, только кисточка на хвосте и хохолок у него были с зелено-желтым отливом.
— Ну! Давай, веди нас в замок, — дернул за веревку дылда.
Маленькие крылышки не смогли сопротивляться этому рывку. Дракошка опал, как озимый, беспомощно затрепыхавшись на веревке. На землю он не шмякнулся, лишь благодаря ей же. Парень подтянул его к себе, грубо схватил рукой, и плененный цветодрак жалобно засвистел.
— Эй, не жми так, ты его испортишь! — возмутился Шнырь.
— Тебе что, вредителя жалко? — усмехнулся Дылда. — Еще наловлю, я нашел поляну, где они водятся.
— И много там синих? — задал коварный вопрос мелкий.
Видимо, там их все-таки было не много, и недовольный дылда снова подкинул несчастного дракончика.
— Лети в замок, тварь! — скомандовал он.
Я не успела ничего сделать. Соник со скоростью звука сорвался с моего плеча, подтверждая право носить данное мной имя, и вцепился коготками мальчишке в лицо.
— Еще один синий! — заорал от восторга Шнырь. — Мой! Я тоже пойду за сокровищами!
Он попытался ухватить Соника, но тот увернулся и, как заправский истребитель, пошел на второй заход. Отбиваясь от моего дракошки, Дылда так размахивал руками, что цветодрак на веревке мотался абы как и уже даже не пытался летать.
Ситуация явно вышла за рамки. Второй цветодрак был дорог моему другу, и я не могла не помочь.
— А ну стоять! — зычно гаркнула я, выйдя из кустов и нарочно напустила на себя надменный вид.
Глава 11. Предсказания полоумных старух иногда исполняются
Уверенно расставив ноги, уперла руки в бока и оценивающе посмотрела на испуганно шарахнувшихся от меня мальчишек.
— Ты еще кто такая? — собрался Дылда и с прищуром уставился в ответ.
— Повежливей, Дыл, это же ньера! — громко шепнул Шнырь, пихнув старшего товарища. — Меч за спиной видел?
У меня внутри похолодело. Эти двое вполне способны были отнять мое оружие, если нападут вместе.
Говоря все это, мальчишка не сводил с меня взгляда огромных, чуть навыкате, внимательных глаз необычного иссиня-черного цвета. То есть это не образно. Такого странного оттенка радужек я никогда раньше не видала на земле.
Жутковато, если честно.
— Отпусти цветодрака, парень! — постаралась удержать инициативу.
Что бы там малой не думал о моем появлении, но его руки сами дернулись, чтобы выполнить приказ. Лишь в последний момент, он прижал полуживого дракошку к груди, и мое сердце екнуло от беспокойства. Живой ли он после такого?
— Ты его мог убить, разве не понятно? Цветодраки маленькие и хрупкие, с ними нельзя так небрежно обращаться. Разве родители тебя не учили не обижать тех, кто меньше и слабее?
Надо мной протестующе засвиристел Соник. Он себя слабым явно не считал.
— Так-то ж вредители! — встрепенулся Дылда.
— Неправда! Ты знаешь, что бутон, в котором ночевал цветодрак…
— Лина — это секрет! — испугался дракошка. — Они же потом все цветы повзрывают, если узнают!
— …обладает особыми полезными свойствами, — договорила я, но прибавила: —Только он ничего доброго не принесет тому, кто хотя бы раз в жизни обидел цветодрака.
— Мы не знали… — протянул мелкий, прячась за старшего.
— Отдай мне этого цветодрака, парень, — потребовала я.
— Не могу! — растерянно замялся тот. — Ты чего вообще раскомандовалась?
Я уже выяснила, что к местной аристократии полагается обращаться ньер и ньера. К купеческому, мастеровому сословию, зажиточным горожанам и чиновникам, не обладающим титулом — сьер и сьера. А вот обращения соха мне не попадалось, но скорее всего так звали простолюдинов. В этой иерархии Шнырь причислил меня к высшему сословию по каким-то только ему понятным признакам, так что я решила придерживаться этой линии. Не думаю, что равенство мне больше пользы принесет.
— Родители вас вовсе не обучали манерам, юноши? — я задрала нос, и чуть не рассмеялась, от театральности собственных действий.
Нет, перегибать тоже не стоит. Какие, мать их, манеры могут быть у этих сорванцов, что вынуждены работать с детства за гроши?
— Сироты мы, — хмуро буркнул малой и, громко шмыгнув, вытер нос рукавом.
В голове помутилось, мир словно подернулся дымкой.
«Мы — сироты! Никто за нас не заступится, Лина!» — прозвучал в голове мелодичный женский голос. Я судорожно вздохнула, пытаясь сфокусироваться на реальности. Определенно это снова был отголосок обрывочных воспоминаний.
— Понятно, — тихо ответила я, на миг прикрыв глаза.
— Ньера? — нахмурился Дылда.
— Что с вами? — вторил ему Шнырь.
— Я тоже сирота. Кажется… — не смогла не поделиться я.
— Как это, кажется? — ухватился за мои слова мелкий.
— Не важно! — отмахнулась, стараясь говорить твердо. — Верните мне цветодрака и…
— Дыл, там носферы! — перебил меня Шнырь, тыча грязным пальцем в небо. — Ей-ей, носферы! — он так скривился, будто вот-вот расплачется.
Я не спешила вертеть головой. Ну уж нет, не попадусь я на эту детскую уловку. Только отвернись, и сорванцы или сбегут вместе с несчастным цветодраком или меня чем-нибудь огреют. Грабеж я тоже не исключала, не настолько доверчивая.
— Соник?
— Они правы! К нам приближаются какие-то чудовищи и от них просто разит магией хаоса, — подтвердил слова мальчишек мой друг.
Я все-таки посмотрела туда же, сделав ладонь козырьком. На фоне клонящихся к горизонту солнц стая каких-то крупных птиц, казалась черными пятнами. И судя по всему, она направлялась в нашу сторону.
Или это не птицы?
— Ешкин кот! Это что, летучие мыши?! — удивилась я, прикинув, что эти твари должно быть размером не меньше холодильника.
— Носферы! Это носферы из Нирфгаарда! Нам конец! — тоненько голосил Шнырь, всхлипывая через слово.
По силуэту больше всего носферы напоминали огромных летучих мышей. Я не знала, что это за твари такие. Может, дальняя родня нашей Сфиры, тоже артефактов нажрались, или еще чего, но мальчишки боялись их всерьез. Было странно видеть, как парень с меня ростом, жилистый и крепкий, даром, что еще с детским лицом, готов разреветься. Шнырь, тот вовсе лил слезы не стесняясь. Ревел точно четырехлетний ребенок.
— Соник? Они что, людей жрут, эти носферы? — я растерянно завертелась в поисках укрытия.
— Не знаю… Растерянный дракошка присел ко мне на плечо и с тревогой всматривался в небо.
Я дважды хлопнула в ладоши, привлекая внимание.
— Так, ныть прекращаем! Ищем укрытие. Живо! — взяла я все в свои руки.
Может, в леске пересидеть, или в тех кустах, где я пряталась от мальчишек? Они густые и с виду надежные. Авось пролетят мимо эти жутики, да по домам пойдем.
— Так где же от них укрыться-то, ньера? — Дылда панически стиснул цветодрака в кулаке. — Они же своими воплями через любую преграду пробивают. От них ни в избе не
