Читаем без скачивания Книга-1: Третий Глаз - Лобсанг Рампа

Другой вопрос, который, кажется, очень волнует европейцев, – восстановление истории предшествующих жизней. Непосвященные люди считают это невозможным; точно так же глухой от рождения может заявить, что он не слышит никаких звуков, стало быть, их и не существует. И все же можно воспроизвести предшествующую жизнь любого человека, хотя для этого требуется сопоставление многочисленных карт и проведение сложных расчетов. Представим себе человека в аэропорту, интересующегося, откуда прибывает тот или иной самолет. Если это просто наблюдатель, то он старается угадать; специалисты же, управляющие полетом, знают это точно. Но если человеку дать в руки расписание рейсов и хорошие часы, то он и сам сможет узнать то, что его интересует. Примерно так же восстанавливают предшествующие жизни. Я не стану приводить здесь методику соответствующих расчетов, так как для этого понадобилась бы отдельная большая книга. Для читателей может представлять интерес перечень вопросов, которыми занимаются тибетские астрологи. Они используют 19 символов в 12 астрологических домах.

Под этими символами могут подразумеваться:

Личность и личные интересы; финансы (как можно заработать или потерять деньги); родственные и другие отношения, короткие путешествия, склонность к размышлению и писательской деятельности; собственность и положение в конце жизненного пути; дети, удовольствия, философия; болезнь, работа, маленькие животные; предпринимательство, брак, враги и судебные процессы; наследственность; профессия и честь; дружба и амбиции; беспокойство, страхи и скрытые формы печали.

Мы можем приблизительно предсказать время и условия наступления следующих событий и состояний:

Любовь, тип личности возлюбленной (возлюбленного), день встречи; время вступления в брак; страсть необузданная; катастрофа (будет ли она вообще и, если будет, когда произойдет); смерть (когда и при каких обстоятельствах она наступит); тюрьма и другие формы заключения; разлад (обычно семейный или в служебных делах); сознание, степень эволюции духовности.

Я много занимаюсь астрологией, но все же отдаю предпочтение психометрии и гаданию по кристаллу – эти способы не менее точны, но требуют значительно меньше времени и позволяют обойтись без громоздких вычислений. Психометрия – это искусство улавливать информацию о прошлых событиях, рассматривая или осязая предметы. Этой способностью в какой-то степени обладает каждый человек. Не случалось ли вам, под влиянием воспоминаний о былом, зайти в церковь или храм и ощутить атмосферу удивительного покоя и утешения? Или, наоборот, сжаться от безотчетного ужаса на месте зверского убийства?

Гадание по кристаллу – нечто совсем иное. Кристалл, или «стекло», как уже упоминалось выше, просто фокусирует лучи от третьего глаза, подобно тому как фокусируются на экране рентгеновские лучи, образуя флуоресцирующую картину. Во всем этом нет никакой магии, все происходит в соответствии с законами природы.

В Тибете сооружено много памятников законам природы. Их называют чортенами (мы уже упоминали о них). Чортены являются такими же символами, как и распятие или икона у христиан. Они стоят повсюду. Самый высокий (16 метров) чортен находится в Лхасе, в нем устроены одни из ворот города. Все чортены имеют одинаковую форму, представленную здесь на рисунке. Квадрат символизирует твердь Земли, на которой покоится шар Воды, а на нем, в свою очередь, установлен конус Огня. На вершине конуса располагается чаша Воздуха, а еще выше – Дух, или Эфир, стремящийся покинуть материальный мир. Ступени Достижения позволяют подняться до уровня каждого из этих элементов.

Чортен – это полный символ нашей веры. Мы рождаемся на земле. В течение всей жизни мы взбираемся или пытаемся взобраться как можно выше по Ступеням Достижения. Наконец, испустив последний вздох, мы входим в царство Эфира, или Духа. Затем вновь рождаемся для получения нового урока. Колесо Жизни символизирует этот бесконечный цикл: рождение – жизнь – смерть – дух – рождение и т. д.

Многие чрезмерно пылкие студенты делают серьезную ошибку, приписывая нам веру в ад, который иногда бывает изображен на Колесе. Может быть, какие-нибудь темные дикари и верят в существование ада, но только не просветленные представители нашей веры. Неужели христиане действительно верят, что после их смерти Сатана со своей компанией приготовят им жаровню и дыбу? Или они надеются присоединиться к меньшинству и попасть в Иные Места, где в ночных рубашках будут восседать на облаке и обучаться игре на арфе?

Мы веруем, что именно на Земле мы получаем уроки, именно на Земле горим и подвергаемся пыткам. «Иные Места» – это не что иное, как обитель душ, способных освободиться от физического тела и встретиться с такими же свободными существами. Это не спиритуализм; это убежденность в том, что во сне и после смерти мы можем путешествовать в астральных мирах. Высшие сферы этих миров носят название Страны Золотого Света. Мы убеждены, в астрале – после смерти или во сне – мы можем встречаться с теми, кого любим, потому что мы с ними пребываем в гармонии. И мы не можем встретить тех, кого презираем, поскольку презрение вызывает диссонанс, а в Стране Золотого Света диссонанс немыслим.

Все это было доказано временем, и приходится только сожалеть, что скептицизм и материализм Запада не позволили провести серьезные исследования возможностей нашей Науки. Довольно часто новые идеи не воспринимаются всерьез, иногда проходит много времени, прежде чем они завоевывают признание и право на существование. Это можно сказать о радио, телефоне, телевидении, авиации и многих других вещах.

ГЛАВА 11 ТРАППА

Со всем детским задором я твердо намеревался сдать экзамены с первого раза. По мере приближения моего двенадцатилетия я постепенно замедлял ритм работы; экзамены начинались утром после моего дня рождения. Прошедшие годы были заполнены учебой: астрология, медицина, анатомия, религиозная этика, не говоря уже об искусстве приготовления благовоний, тибетском и китайском языках (особенное внимание уделялось каллиграфии) и математике. Об играх нечего было и думать. Единственной «игрой», разрешенной в монастыре, было дзюдо, да и то потому, что нам предстоял труднейший экзамен по борьбе. За три месяца до экзаменов лама Мингьяр Дондуп сказал мне:

– Не перегружай память, Лобсанг, отвлекись немного от учебы. Будь спокоен, как вот сейчас, и знания никуда от тебя не убегут.

Наступил ответственный день. В шесть часов утра я вместе с другими 15 кандидатами вошел в экзаменационный зал. Состоялась короткая служба для поднятия духа, после чего нас заставили раздеться и тщательно обыскали, чтобы ни у кого и в мыслях не было воспользоваться на экзамене средствами, недостойными священника. Затем мы переоделись в чистые одежды. Главный Экзаменатор вывел нас из экзаменационного зала и направил каждого в отдельную каменную келью размерами 2 на 3 метра и высотой около 2,5 метров. За кельями все время неотрывно наблюдали монахи-полицейские. Как только мы вошли в кельи, двери за нами были закрыты на замок и опечатаны. Через небольшое отверстие в стене каждый из нас получил чернильный прибор и первый лист с вопросами, а также чай с маслом и тсампу. Обслуживавший нас монах сказал, что тсампу нам будут выдавать три раза в день, а чая – сколько захотим. И экзамены начались. В день мы сдавали по одному предмету, и так в течение шести дней; это была напряженная работа с раннего утра до наступления темноты. Кельи были без крыш и освещались тем же дневным светом, что и весь экзаменационный зал.

Во время всего экзамена мы оставались каждый в своей келье, покидать которую не разрешалось ни под каким предлогом. С наступлением темноты у окошечка появлялся монах и собирал наши листки с выполненными заданиями. После этого можно было отдохнуть и поспать до следующего утра. Я убедился на собственном опыте, что экзаменационная письменная работа, продолжающаяся 14 часов, представляет серьезное испытание на прочность знаний и психологическую выдержку кандидата. Письменные работы закончились к вечеру шестого дня. Ночь мы провели взаперти, поскольку на следующее утро должны были убрать свои кельи и оставить их в таком же порядке, какой застали неделю назад. Остальная часть дня была предоставлена в полное наше распоряжение!

Через три дня, когда были проверены все сочинения и найдены все ошибки в них, каждого по очереди вызывали в экзаменационную комиссию, члены которой снова и снова гоняли нас по всем предметам, уделяя особенно пристальное внимание нашим промахам и слабым местам. Опрос продолжался целый день.

На следующее утро все 16 кандидатов собрались в зале дзюдо, чтобы продемонстрировать, как они усвоили захваты, замки, падения, броски и искусство самоконтроля. Каждый должен был помериться силами с тремя другими участниками. Проигравшие выбывали один за другим – и в конце я остался один! Конечно же, я стал первым дзюдоистом лишь благодаря жестким тренировкам Тзу – а ведь тогда, в детстве, я считал его школу грубой и несправедливой.