Прямо перед моими глазами маленький продолговатый жук чистил мохнатыми лапками членистое бирюзовое тельце. Он посмотрел на меня в упор, и мне показалось, что в его взгляде сквозила укоризна за мое непрошенное вторжение в его владения. Почистившись, он развернулся и побрел по пушистому мху прочь, уступив таким образом мне свою территорию.
Я с трудом привстал и оглянулся вокруг. Тело Томаса исчезло. Не осталось даже следов крови на камнях и мху. Я не увидел ничего, что подтверждало бы недавнее присутствие Томаса. Наверно кровь смыло водой, а мох распрямился от дождя, — подумал я.
Необычную кратковременную грозу и пропажу тела я объяснить себе не мог и все еще продолжал ломать голову над этой загадкой.
Я закинул Ордогот за спину, и нетвердой походкой отправился прочь, лишь бы не оставаться на этом проклятом месте. Я подумал, что между смертью псевдо-Томаса и грозой есть прямая связь. Гроза была настолько странной, что я не мог отличить, что происходило в природе вокруг меня, а что — только в моем воображении. Похоже, что одним вуквином в этом мире стало меньше, а гроза и молнии являлись признаками и своеобразным аккомпаниментом перехода магической энергии от умерающего зверя ко мне. Теперь у меня должны появиться неизвестные мне ранее возможности. Каковы они будут, что я теперь могу по сравнению с собой прежним, я не знал.
Пройдя километров десять, я вновь заметил в небе темный силуэт, но на этот раз я в нем с ужасом узнал волкокрыла. Кто бы мог подумать, что они отваживаются залетать в эти неприветливые края!
Интересно, а кем была черная точка, которую я видел ранее? Уж не вуквином ли? — подумал я почти равнодушно.
Сейчас меня больше всего занимало то, как я буду отбиваться от волкокрыла на этой ровной и незащищенной поверхности. У меня не было и одного шанса из ста.
Я с тоской осмотрел пустынную местность, на которой не за что было зацепиться глазу. Тем временем волкокрыл неуклонно снижался, предвкушая скорую и сытную трапезу. Я встал, широко расставив ноги и крепко сжав в руке меч. Пристально всмотревшись в своего врага, я неожиданно для себя еще издали увидел его холодный жестокий взгляд.
Всмотревшись еще более внимательно, я заметил, что мне на удивление легко удалось мысленно проникнуть в его черепную коробку и наблюдать происходящее как бы глазами хищника. Я вздрогнул от неожиданного ощущения, когда увидел бескрайнюю равнину с высоты птичьего полета и себя, одиноко стоящего с Ордоготом в руках. Я даже растерялся. Раньше такой трюк мне не удавался. Было необходимо как-то защититься от нападения волкокрыла, и в настоящий момент просматривалась только одна тактика. Что ж, выбора не оставалось, и я решился.
Я смотрел на мир глазами зверя, я видел свое реальное и магическое тела. Без труда просматривались и магические лапы волкокрыла, которые он уже хищно протягивал ко мне. Я попробовал вмешаться в работу крыльев и нарушить их ритмичное движение, и, невзирая на вялое сопротивление, у меня это получилось. Взмахи крыльев прекратились, и волкокрыл камнем полетел вниз. У меня аж дух захватило от стремительности падения и от реальности картины — ведь я был в тот момент в этом звере. Моя воля временно освободила волкокрыла от своего контроля. Он тут же пришел в себя и с испуганным криком взмыл вверх. Его захлестнула волна панического ужаса, и сейчас он хотел только одного — спастись.
— Ха-ха-ха! — громко рассмеялся я. Казалось, что в мире нет ничего, что было бы мне не по силам. Ощущение небывалой мощи овладело мной.
Я мысленно догнал волкокрыла и заставил его повернуть вспять. Он послушно повиновался, став как бы моим новым органом, которым я мог манипулировать как рукой или ногой, с той лишь разницей, что он был отделен от моего тела пространством. Теперь я контролировал зверя всего лишь частью своего внимания, примерно так, как человек управляет велосипедом, продолжая в процессе езды размышлять о чем-то своем, совершенно не связанном с ездой.
Мне кажется, что проблема транспорта решена, — подумал я и заставил волкокрыла приземлиться поблизости от себя.
Зверь тяжело плюхнулся наземь, так что почва дрогнула от удара массивного тела. Его внешний вид был безобразен, но в то же время в этом животном скрывалась потаенная грация. Меня обдало смрадом, но так как я воспринимал волкокрыла без чувства страха — не как врага, а как домашнюю скотину — сейчас мне он был даже в чем-то симпатичен.
Я подошел к нему вплотную и внимательно его рассмотрел, наслаждаясь своей властью над этим свирепым хищником, ставшим вдруг таким послушным и исполнительным. Этот экземпляр весил не менее двух тонн. Его пятнистая рыже-коричневая шерсть на теле контрастировала с очень короткими и редкими желто-зелеными волосками на перепончатых крыльях. Массивные и подвижные лапы оканчивались острыми когтями, которые как и у собаки не убирались в подушечки. Четыре задних лапы были заметно мощнее двух передних, но передние были более послушными и гибкими, предназначенными не для ходьбы, а для разрывания плоти. У волкокрыла были большие глаза, которые выпирали из слишком тесных глазниц, словно он страдал базедовой болезнью, а круглые черные зрачки не оставляли места для радужной оболочки глаз, которая полностью отсутствовала. Как и у большинства животных Юнхэ, по бокам и на голове волкокрыла располагались роговые наросты, играющие роль доспехов, призванных в драке предохранять от ран.
Я смело взгромоздился на спину животного и удобно устроился на его хребте между массивными шипами. Мысленно пожелав себе удачи, я тронул воображаемые поводья, и мы быстро оторвались от поверхности каменистой пустыни. Волкокрыл рассекал воздух глубокими взмахами гигантских крыльев, то проваливаясь, то вздымаясь вверх.
Скоро мы поднялись на высоту около пятисот метров, и волкокрылу удалось поймать восходящий проток теплого воздуха. Зверь широко расправил перепончатые крылья, взмывая все выше и выше, уже почти без усилий, только благодаря ветру.
Остатки облаков растаяли в прозрачном небе без следа, так что с высоты я мог обозревать окрестности на десятки километров. Необъяснимая радость переполняла меня, словно пена в бокале с шампанским. Не долго думая, я направил волкокрыла в сторону деревни, в которой, как я надеялся, меня ждали Мартин и Роза.
Пока мы летели, покрывая расстояние в десятки раз быстрее пешего человека, я заметил в воздухе еще одного волкокрыла. Он тоже увидел нас и приблизился, съедаемый любопытством, недоуменно тараща круглые глаза на непонятный довесок на спине у своего сородича. Я завладел и его мозгом, отметив про себя, что это далось легко, словно я привык проделывать такое с самого раннего детства. Я заставил второго волкокрыла полетать вокруг нас, облететь нас снизу, сверху, и в конце концов посадил его в показавшийся на горизонте лес.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
