В стекле отразилась небольшая фигурка Арису. Идет, бдит. Пусть её…
Под её неусыпным контролем я добрался до дома. Не стал махать на прощание рукой — всё-таки дом тоже был под наблюдением. Зато дома меня ждала картина маслом…
Умытые и причесанные Киоси, Малыш Джо и Ленивый Тигр сидели на полу и… Шили! Да-да, они шили. Судя по всему, их плодами труда являлись брюки никкапокка, брюки для строителей. По внешнему виду брюки больше всего напоминали казачьи шаровары, только вместо пояса-кушака использовался ремень. Грубая ткань призвана выдерживать атаки гвоздей, краски и дождя с ветром.
Перед ними на подушечке восседала Шизуки, наблюдая за трудягами с выражением лица фараона, лицезреющего постройку собственной пирамиды.
— Всем привет! Что у вас тут за рабочая артель? — спросил я на входе, готовый в случае чего сорваться на улицу.
Да-да, чтобы не припахали заодно.
— Босс, мы тут изучаем спокойствие и самосозерцание, — жалобно ответил Киоси. — Уже три часа…
— Ага, от этого самосозерцания уже все пальцы в крови, — буркнул Тигр.
— А ну, замолчите! Хотите есть еду сэнсэя — отрабатывайте! — прикрикнула Шизуки.
— Мы не хотим есть его еду! У нас кафе босса есть для этого, — вставил своё слово Малыш Джо.
— Да ты один способен его разорить, когда обедаешь бесплатно. Трудись давай, зарабатывай деньги. А ты, Изаму, иди на задний двор, — сменила тон Шизуки. — Там тебя ждет Норобу. О чем-то хочет поговорить… Кстати, это он усадил твоих бездельников за шитье, а вовсе не я.
Я застыл, пытаясь придумать, как освободить ребят от подобного наказания, но сверкнувшие бриллиантами глаза Шизуки тут же заставили меня забыть об этом. Добавила она уже словами:
— Ты тоже хочешь к ним присоединиться?
— Нет-нет, как я могу заставлять ждать сэнсэя? — тут же спохватился и быстро пошел к выходу.
— Босс, — жалобно протянул Киоси.
— Терпи, тануки, самураем станешь! — пожал я плечами. — Спокойствие всегда важно, в любом деле.
— Эх, а мне говорили — хочешь быстрых денег? Иди в якудза… Эх, а говорили — хочешь красивых тянок? Иди в якудза… А что теперь? — донеслось мне в спину.
— А теперь вот тут подшей, а то разойдется, — ответила Шизуки. — Ну почему у тебя руки не тем концом вставлены?
Я не стал улыбаться — ребята попали. Чего уж тут смешного? Похоже, что предприимчивая мадама под лозунгом «С паршивой овцы хоть шерсти клок» загнала ребят в собственное маленькое рабство.
Сэнсэй сидел возле сада камней и старательно пялился на пятнадцатый камень.
То, что я собирался показать Норобу, не должны видеть посторонние глаза, поэтому внимательно осмотрелся по сторонам. На этот раз не смог заметить какого-нибудь наблюдательного поста. Неужели с дома Норобу сняли наблюдение?
— Здарова, атец! — бухнулся рядом и тоже уставился на сад камней.
— Натрахался? — буркнул вместо приветствия Норобу. — По движениям видно, что у тебя недавно был секс. Причем секс неплохой.
Я с трудом сдержал усмешку. Вот и как ему так удалось увидеть? Неужели яйца просканировал на предмет наполненности? Да нет, вроде как пялился на камни, так и не отвел от них взгляда.
— Да ты чего? Я вообще-то в гостях у семьи Утида был.
— И ты там трахался? Тебя нельзя пускать в приличное общество, растлитель и извращенец.
— Да чего ты такое несешь? Я там и не трахался. Я после…
— Я и говорю — растлитель. Кого ты на этот раз осчастливил своей небольшой креветкой?
— У меня большая… Да ну тебя! Я не обязан тебе докладывать о своих приключениях. В общем, у меня есть план деревни, скрытой в бамбуке, — я порылся в рюкзаке и вытащил листки с указаниями и планом. — Вот тут коридорные ловушки, тут комнаты рядовых ниндзя, а вот тут квартирка Митсэру Кабунаги…
— Ну и зачем ты это притащил? — старик лениво покосился на расчерченную бумагу.
— Затем, чтобы ты мог оценить весь масштаб трагедии, а потом потеребить жиденькую бороденку и дать свой необыкновенно мудрый совет.
— На хрен пойти не хочешь? — с неподдельным интересом спросил Норобу.
— Вроде не было подобного желания. И вышивать тоже не хочу. Кстати, а чего ты ребят засадил за такой неблагодарный труд?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Чтобы они могли научиться работать в команде. Киоси у них командир и он должен показывать своим примером, что может лучше и больше остальных. Малыш Джо и Ленивый Тигр излишне вспыльчивы, так что им не помешает чуть подуспокоиться. А ничто так не успокаивает мозг, как монотонная работа.
— Ну да, у меня были знакомые, которые на конвейере работали. Такими спокойными выходили, что прямо заставляли психологов рыдать. Они во время работы погружали мозг в расслабленное состояние и только тело двигалось на автомате.
— Вот-вот, пусть немного поработают. Заодно хотя бы чуточку возместят ущерб твоему ресторану, а то только объедают и ни хрена не делают. По поводу делать… — сэнсэй залез за отворот кимоно и вытащил знакомую звездочку-сюрикен. — Вот что недавно воткнулось в дверь моего дома.
Я взял сюрикен. На прикрепленной красной ленточке были написаны два слова: Хара Озэму.
— Чьё это имя? — спросил я.
— Ты думаешь, что я каждую собаку в Токио знаю? — проворчал сэнсэй. — Похоже, что это твой первый заказ.
Я устремил взгляд на сад камней:
— Знаешь, отец, а ведь в прошлом мире я брал заказы на неправильных людей. От моих рук погиб не один десяток преступников, до которых не могла добраться полиция. Неужели и в этом мире мне придется заниматься тем же самым?
— Ты можешь таким не заниматься. Знаешь, у меня есть мысль… — произнес Норобу. — Давай просто пустим всё на самотёк и пусть будет как будет? А? Ну а что, подумаешь, какой-то глава деревни ниндзя, что он нам? Да мы его тапками забросаем и в ролл закатаем.
— Издеваешься? — спросил я.
— Есть немного. Ты же сам согласился на условия Митсэру, так что теперь отступать некуда. Найдешь Озэму, сделаешь так, чтобы его жизнь укоротилась и вот ты часть долга отдал.
— Да не отпустит он меня… Даже если я выживу после трех убийств, то меня либо заставят снова и снова исполнять заказы, либо уберут, как ненужное оружие. Я познакомился с девушкой, которая жила раньше в деревне небесного огня…
— Где? — удивленно переспросил сэнсэй.
Он даже соизволил повернуть ко мне голову, а это уже было немало. Похоже, что он слышал про эту деревню.
— В деревне небесного огня.
— Странно, я думал, что всех жителей этой деревни уничтожили, — покачал головой сэнсэй. — Страшная тогда была резня, ручей у той деревни покраснел от крови…
— Она одна выжила. Я проверил её Порошком Правды, так что она солгать не могла. Она захотела стать моей союзницей и даже обещала нейтрализовать сторожей, когда я вздумаю прийти в деревню, скрытую в бамбуке.
Сэнсэй задумчиво пошевелил рукой листки бумаги. После этого взглянул на меня:
— Ты хочешь убить Митсэру?
— Либо он убьет меня, — пожал я плечами.
— Но ты понимаешь, что выйдешь на поединок с мастером ниндзя, о мощи которого слагают легенды?
— А может у меня есть козырь в рукаве? — я хитро взглянул в ответ.
— Какой же у тебя козырь?
А вот тут надо бы польстить, чтобы сэнсэй тоже взялся за это дело не на уровне советов, а влип гораздо глубже.
— У меня есть знакомый сэнсэй, о мудрости которого давно ходят легенды. И эти легенды не раз были подтверждены делом.
— Надеюсь, что ты меня с ним познакомишь, — вздохнул Норобу, но по дрогнувшим губам я видел, что моя лесть не прошла даром.
— Да, вот как подойдем к зеркалу, так сразу же и представлю, — улыбнулся и похлопал его по плечу.
За нашими спинами скрипнула половица. Я оглянулся — на пороге стояла вакагасира клана Казено-тсубаса Мизуки Сато.
— Добрый вечер, мужчины, — кивнула она. — Вы тут тоже тренируетесь? Как те трое ребят внутри?
— Добрый вечер, Сато-сан, — коротко поклонился Норобу. — Мы каждый миг тренируемся — ведь всегда нужно быть готовым к тому, что вы придете в гости и атакуете нас своей неземной красотой.
