class="p1">Мы пришли к предварительному соглашению в тот день, когда Холли ушла от меня в Нью-Йорке. Я был так занят переговорами, что не стал отвечать на ее звонок. Эти переговоры были очень трудными. Мы сосредоточились на Холли и ее контракте и на том, чтобы за те недели, которые пройдут между подписанием предварительного соглашения и окончательного договора, руководство студии не смогло бы сделать ничего, что могло бы негативно повлиять на нее. И это была моя чертова ошибка, которая чуть не стоила мне гораздо более тяжелых последствий, чем мог бы стоить проигрыш на этих переговорах.
Но вид этих ублюдков, сидящих напротив меня, пробудил во мне желание защитить Холли. Это чувство было совершенно чуждо мне, но по мере того, как они злорадно рассказывали о том, как вырвали ее из ее убогого существования и дали ей шанс, я все больше укреплялся в намерении заставить их написать заявление об отставке.
Она была неопытной девчушкой, и ей нечего было терять, когда она подписывала этот кабальный контракт. И, зная Холли, я не сомневался, что они могли включить в этот контракт что угодно, и она согласилась бы, лишь бы получить шанс воплотить в жизнь свои мечты. Тот факт, что они все еще пытались шантажировать ее из-за той истории с Джесси, был невыносим. По моему мнению, эти ублюдки заслуживали того, чтобы их выкинули из этой индустрии.
– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, парень.
Я смотрю на Морти, здоровенного толстяка, которого с охотой прямо сегодня выгнал бы из профессии. Его угрозы, касающиеся того, что он мог бы сделать с карьерой Холли, внушают мне желание перерезать ему глотку прямо во время переговоров. То, что он постоянно пытается подколоть меня, показывает, насколько он глуп.
– Он понятия не имеет, что делает, – говорит Джим, партнер Морти. – Он знает лишь то, что это верный способ полностью подчинить себе эту женщину. Ты думаешь, она будет рада? Попомни мои слова, она захочет оторвать тебе яйца.
Я окидываю их мрачным взглядом, который заставил бы и более смелых мужиков трястись в их шикарных, до блеска начищенных ковбойских сапогах.
– Вы чертовски ошибаетесь насчет моих мотивов, и если бы мне было не наплевать на то, что вы думаете, я поправил бы вас. Но поскольку мне наплевать, думаю, вам самое время подать заявления об отставке и убраться отсюда.
Я отодвигаю в сторону окончательный договор, не обращая внимания на его предсказание. Холли поймет, что это не имеет никакого отношения к желанию подчинить ее или контролировать ее поступки. Что это имеет отношение лишь к тому, чтобы освободить ее от этих мерзавцев, которые управляли ее жизнью. А если она этого не поймет, я помогу ей понять.
Мужчины поднимаются, и Морти с яростью смотрит на меня, в то время как Джима, похоже, все это веселит. Но меня это не волнует. И когда они покидают комнату, я тут же забываю о них. Я просто хочу скорее очутиться дома и усесться на диване с женой на коленях и с пивом в руке. Но это случится еще не скоро благодаря благотворительному мероприятию, на которое я нас подписал.
Когда адвокаты и бывшие владельцы студии уходят, мы с Кэнноном остаемся одни. И он не теряет времени.
– Ну, Крей, я думаю, ты провел чертовски удачные переговоры, но не думаю, будто ты знаешь, что делаешь. Нам придется изучить этот бизнес, начиная с нуля, и мы только начали знакомиться с ним.
Он присутствовал на переговорах, чтобы подписать документы, в качестве вице-президента компании, которую я основал с одной лишь целью – чтобы приобрести эту студию. Эта компания не входит в холдинг «Карас Интернэшнл». Я лично владею ста процентами акций, потому что никогда еще компания не была так важна для меня на персональном уровне.
– Ты полагаешь, будто сказал мне что-то новое?
– Я просто хочу сказать…
– Все, что ты уже говорил раньше. Так что это уже не новость. – Я поднимаюсь с кожаного кресла и засовываю ручку во внутренний карман пиджака. – Меня ждет красивая женщина, и если я вовремя попаду домой, я, возможно, застану ее в одном белье.
Кэннон улыбается мне:
– Какая интересная мысль.
– Выброси ее из своей чертовой головы.
Он поднимает руки вверх жестом поражения.
– Господи! Я просто дразню тебя, Крей. Как обычно.
Я застываю, когда до меня доходит, что даже мой лучший друг не понимает меня.
– Она необыкновенная. Все, что происходит, необыкновенно.
– Да ладно. Ты даже не знал эту женщину, когда разместил в СМИ свое нелепое объявление. Прошло всего несколько недель. Ты никак не можешь знать, что все это необыкновенно.
В прошлом случалось, что мы с Кэнноном расходились во мнениях. И если мы не могли прийти к соглашению путем переговоров, мы выбивали друг из друга дерьмо на боксерском ринге. Я собираюсь возразить, но тут же передумываю.
Мне не нужно оправдываться перед ним. Мне даже не нужна его чертова поддержка. Я знаю, что происходит между мной и Холли, и это не изменится, даже если он не изменит своего мнения.
Я поворачиваюсь и направляюсь к двери, а он недоумевающе кричит мне вслед:
– Что с тобой, старина?
Глава 19
Крейтон
Когда я вхожу в спальню, Холли уже одета в парадное платье, готовая отправиться на ужин. Она совершенно ослепительна, и я не могу не прийти в восторг оттого, что я такой везучий сукин сын.
Ее платье чертовски подчеркивает ее сексуальность. Красный атлас, облегающий все изгибы ее тела, от плеч до колен, внизу расходится в некое подобие хвоста русалки. Я понятия не имею, как она собирается ходить в нем, но меня это не беспокоит. Я понесу ее на руках.
Она рассматривает себя в зеркале, когда я подхожу сзади, и наши взгляды встречаются.
– Что скажешь? Может быть, лучше надеть черное?
Она указывает на длинное черное платье, висящее на плечиках в шкафу.
– Не смей снимать это платье.
Она с недоумением смотрит на меня:
– Что?..
Я подхожу к ней, доставая из кармана подарок, который купил для нее в этот день. Я обнимаю ее и обвиваю ее шею бриллиантовым колье.
Она смотрит в зеркало, и ее грудь начинает вздыматься.
– Черт. Вот дерьмо. Пожалуйста, скажи мне, что это чешское стекло.
– Боюсь, что не могу этого сказать, детка.
Ее глаза так расширяются, что я начинаю немного волноваться, не станет ли ей плохо. Она подносит руку
