у удава, глаза.
– Отдохни, я приду позже, нужно договориться о перевозе своих вещей, – доносит до меня информацию, словно отчитывается, ставит меня прямо и подталкивает к кровати. – Насчет двери не беспокойся, починят после твоего отдыха. Я приеду, и мы поужинаем, заодно и обсудим все нюансы. Кстати, насчет брачного договора, юристы подготовят все и…
– Стоп, стоп, – поднимаю в недовольстве руки, стараясь заткнуть его словесный поток, – мы ни о чем таком не договаривались. И какой еще контракт, у нас даже брака как такового не будет, о чем ты?
Но судя по его сузившимся глазам, есть нечто, чего я еще не знаю. Он лишь сурово поджимает губы и так медленно демонстративно качает головой, сверкая при этом чернотой своих глаз, словно предостерегает меня от глупостей и того, что я могу сейчас произнести.
– Думать… Оставь это мне, – усмехается все же, дергая уголком губ, на лбу бьется жилка, выдавая его плохое настроение и нервозность.
– И что твоя жена скажет, не подумал? – складываю руки на груди, настает моя очередь наседать на него, да и меня изрядно беспокоит этот вопрос. – И твои родители, что тоже немало…
Не договариваю то, что хотела сказать, так как он даже не дослушал, просто взял, развернулся и быстро ушел, впечатывая стопы в пол. Я остаюсь стоять с открытым ртом, только и могу, что смотреть ему вслед.
Делаю глубокие вдохи–выдохи, прикрываю глаза и возвращаюсь в постель. Лежу, пока не проходит головная боль, а спустя какое–то время слышу приближающиеся шаги. Тимур. За столько недель уже узнала их наизусть. Привстаю и привожу себя быстро в порядок, так что к тому моменту, как он ровняется с пустым проемом, я уже стою напротив него.
– Ты, наверное, голодна, – улыбается извиняюще, чешет неловко затылок.
Я давлю из себя ответную улыбку и киваю, слыша, как от голода урчит мой желудок. Время до вечера идет долго, словно каждая секунда растягивается до предела, испытывая на прочность мои нервы.
– Поздравляю с мальчиком, – говорит мне уже за столом Тимур, прикасаясь к моей руке.
Я с недоумением поднимаю голову и встречаюсь с его взглядом, наполненным какими–то странными эмоциями.
– Что? А, да, – рассеянно отвечаю, кивая. – Спасибо.
– Осторожно, Тим, – предостерегает от чего–то Сархан своего напарника, глядя на него с серьезным видом. – Знаешь же, чем все закончится.
Дальше происходит битва взглядов двух мужчин, которые что-то решают для себя, но я уже опускаю глаза в тарелку и делаю глоток горячего чая. Не обращаю внимания, какое напряжение витает в воздухе.
– Советую смириться, что отныне ты мало что решаешь, теперь ты принадлежишь Галаеву, Валерия, – резко подрывается со своего места Сархан и рычит мне, проходя мимо. – Не советую делать глупостей. С тобой, может, ничего и не случится, но других подставишь.
– Угомонись, – цедит сквозь зубы Тим и идет следом за другом.
Я же остаюсь сидеть за столом, непонимающе глядя им вслед. И что это было?
Глава 14
К вечеру к дому подъезжают две машины. Отодвигаю портьеры и смотрю, что происходит внизу. С одного автомобиля выносят чемоданы и вещи, а с другого выходит сам Фарид, который, только ступив на асфальт, сразу же оглядывает окна так вальяжно, что сразу не оставляет никаких сомнений – хозяин здесь он.
– Нужно поговорить, – спускаюсь первым делом, чтобы застать его одного.
Пока моя охрана берет из машины чемоданы, мы остаемся с Фаридом наедине.
– Хорошо, подожди меня в спальне, – кивает он, с каким–то странным удовольствием оглядывая мой живот.
Я запахиваю кардиган плотнее, как–то не по себе от его взгляда. Словно он что-то крадет у меня, на что я не давала разрешения. Не так все должно было быть в моей жизни, не так. Разве об этом мечтают все девочки…
– Поторопись, скоро я пойду спать, – честно говоря, уже чувствую усталость, еле держусь на ногах, но разговор не терпит отлагательств, иначе уснуть я точно не смогу.
– Вместе пойдем, – улыбается он хитро, заставляя меня впасть в ступор.
Хмурюсь, а затем быстро ретируюсь, когда вокруг становится слишком шумно. Прибыли еще какие–то люди в черной форме с вещами. Догадываюсь, что Галаев и охрану притащил, но решаю уточнить, что происходит, позже. К тому моменту, когда я уже почти засыпаю, слышу скрип открываемой двери. К его чести, ту действительно починили, когда мы были внизу за ужином. Просто приехал какой–то мужик и под наблюдением Тимура занялся этим вопросом.
– Спишь? – шепот Фарида, и я моментально открываю глаза.
Привстаю и молча наблюдаю за тем, как он бесцеремонно заносит в комнату чемодан, сумку, ставит это все возле стены, а сам ослабляет узел галстука, снимает его, отбрасывает. А после избавляется от всей остальной одежды. Благо, что нижнее белье на нем присутствует.
– Что ты делаешь? – поджимаю губы, не ожидая, что он действительно воплотит угрозу в жизнь и поселится вместе со мной в одной комнате.
Сглатываю, сетуя на свои разбушевавшиеся гормоны, которые не могу сейчас обуздать. Даже зажмуриваюсь, качая головой, чтобы сбросить наваждение, но когда открываю глаза снова, ловлю на себе его странный взгляд, полный… Нет-нет, показалось…
– Раздеваюсь, – хрипотца в его голосе будоражит и проходится по позвоночнику током, от чего меня немного потряхивает.
– Я бы предпочла спать одна, – поджимаю губы и прикрываюсь одеялом до самого подбородка.
– Ты уже никогда не будешь одна, – хмыкает, кривя рот.
Ловлю его взгляд, направленный чуть ниже груди, но живота за таким полотном ему не увидеть. Эта ненормальная тяга смотреть на мою выпуклость, которую раньше он игнорировал, напрягает, даже оскорбляет меня. Но в одном он прав, с того момента, как я забеременела, больше я ни секунды не провожу одна, ведь теперь я ношу в своем животе новую жизнь.
– Кхм… – прокашливаюсь, решая перейти к главной проблеме, которая касается не только нас двоих. – Давай поговорим о другом… Ты говорил своей семье о моем ребенке?
Сглатываю, чувствуя подступающие волны паники. Сердце колотится, ладошки потеют, а сама я внимательно наблюдаю за приближением к кровати Фарида. Стискиваю челюсть, чтобы не отшатнуться, когда он садится на постель. Благо, что не подходит ближе, не нарушает мое личное пространство.
– О нашем сыне, Лера, о нашем. Но на вопрос отвечу. Пока нет, но через три дня приедут мои родители, я тебя с ними познакомлю, – пожимает плечами, будто это дело решенное, как сходить в магазин за хлебом.
– Мне не нравится твое поведение, – вырывается у меня.
– Что именно? – фыркает он, вздергивает бровь, окидывает мое лицо своим тяжелым взглядом.
