того времени, когда я еще только вступал в пору отрочества»[85].
В 1923 году Фрида Райхманн и Эрих Фромм открыли в Гейдельберге психоаналитический пансионат для евреев, который назвали «Терапойтикум». Они поставили перед собой задачу помогать клиентам не только решать внутренние проблемы, но и восстанавливать их связь с иудейской историей и культурой. Как писала в одном из писем Райхманн, «для начала мы анализируем людей, а затем делаем из них тех, кто знает о своих традициях и живет в них»[86]. Появившееся заведение было предназначено не только для состоятельных граждан. Оказавшиеся в нем клиенты оплачивали свое пребывание лишь в том размере, в котором они были в состоянии это сделать. Однако уже через несколько лет проект «Терапойтикум» провалился. Многие посетители были готовы заниматься вопросами иудейской культурной традиции, но никак не психоанализом.
В июне 1926 года Эрих и Фрида наконец поженились. «Я получила то, что хотела, — очень умного, очень душевного, очень образованного человека, который многое знал в областях, отличных от сферы моих интересов»[87], — писала Фрида. По мнению некоторых исследователей, она играла для Эриха роль матери, о которой тот мечтал. Фрида даже внешне была похожа на его мать. Незадолго до бракосочетания Эрих Фромм отправился в Мюнхен, чтобы завершить психоаналитическое обучение у Вильгельма Виттенберга и посетить несколько лекций Эмиля Крепелина[88]. Благодаря последнему он приобрел знания в области психофармакологии. Расходы на обучение в размере 600 марок оплатила супруга.
Одним из важнейших событий в жизни Эриха Фромма в этот период стал разрыв с ортодоксальным иудаизмом. Как вспоминала Райхманн, однажды на Пасху они с мужем отправились в парк, набрав с собой некошерной еды — ветчины, омаров, устриц — и стали всё это есть. Глубоко и весьма буквально верившие до этого момента в религиозные заповеди, они были удивлены, что ничего не произошло: не было ни грома, ни молний, ни мгновенной смерти — ничего, они не были наказаны за нарушение Закона. Вскоре Фромм и Райхманн опубликовали в психоаналитическом журнале статью, в которой признались в своем отказе от ортодоксального иудаизма.
Неудача с проектом «Терапойтикум» совпала с началом кризиса в отношениях Эриха и Фриды. Возможно, сказывалась разница в возрасте между супругами. Но, пожалуй, главной проблемой стали разногласия в вопросе рождения детей. Райхманн, справившаяся с травмой изнасилования, желала стать матерью. А Фромм не был готов к этому. «Родить ребенка еще ничего не означает, даже корова может сделать это»[89], — сказал он ей весьма жестоко. У Эриха Фромма, автора всемирно известного произведения «Искусство любить», где он опишет отцовскую любовь как один из видов этого чувства, никогда не будет собственных детей. Вероятно, поэтому его видение любви отца к ребенку осталось ограниченным воспоминаниями собственного детства: «Отцовская любовь не безусловна. Ее принцип — „Я люблю тебя, потому что ты соответствуешь моим ожиданиям, потому что ты выполняешь свой долг, потому что ты похож на меня“. В обусловленной отцовской любви мы обнаруживаем, как и в безусловной материнской, негативную и позитивную стороны. Негативная состоит в том, что отцовскую любовь нужно заслужить, и она может быть потеряна, если ребенок поступит не так, как от него ожидалось. В природе отцовской любви лежит установка, что послушание — главная добродетель, а непослушание — главный грех, и наказанием за него является лишение отцовской любви. Не менее важна и позитивная сторона: поскольку любовь отца так обусловлена, я могу что-то сделать, чтобы ее добиться, я могу ее заслужить; любовь отца зависит от меня в отличие от материнской»[90].
Безусловную любовь отца он никогда не испытывал, поэтому и не считал ее возможной в принципе. Когда Фромм уже был в преклонном возрасте, один из его сотрудников поинтересовался, не сожалеет ли он о том, что у него не было детей. На лице выдающегося психолога можно было увидеть, насколько ему было больно даже думать об этом. Фромм не смог ответить на этот вопрос. Он промолчал.
Чтобы спасти отношения, Райхманн убедила Фромма посещать вместе с ней психоаналитика Георга Гроддека. Последний являлся автором идеи «Оно», которую в доработанном варианте Фрейд использовал в своей теории личности. Гроддек занимался изучением психосоматических заболеваний, считая, что в основе любых болезней лежат неразрешенные психологические конфликты. Его санаторий в Баден-Бадене стал центром притяжения для психоаналитиков. Постоянными гостями здесь были Шандор Ференци[91], Карен Хорни и многие другие. По одной из неподтвержденных версий в Баден-Бадене Фромм встречался даже с самим Фрейдом[92]. Фромму было комфортно в обществе Гроддека, который стал для него своеобразным наставником на новом этапе жизненного и профессионального пути. Под влиянием Гроддека Фрида и Эрих стали членами юго-западной немецкой психоаналитической группы.
Супружеская пара перебралась из Гейдельберга в Берлин, где Фрида занялась частной практикой, а Эрих продолжил обучение психоанализу. Он сотрудничал с Берлинским психоаналитическим институтом, с которым в тот период были связаны такие психологи, как Шандор Радо[93], Ганс Сакс[94], Карен Хорни, Вильгельм Райх. Общение с ними повлияло на желание Фромма объединить в некую единую теорию идеи марксизма и психоанализа.
В 1929 году он предложил Франкфуртскому психоаналитическому обществу статью под названием «Психоанализ и социология», в которой впервые сформулировал идеи синтеза этих двух подходов. Он видел в их единстве весьма продуктивное сотрудничество, когда психоаналитики должны были учитывать в процессе работы с клиентом его окружение, политическую и экономическую ситуацию, в которой он находился, тогда как социологи при анализе общества должны были иметь в виду противоречивый внутренний мир отдельного человека.
В том же году Франкфуртское психоаналитическое общество было преобразовано во Франкфуртский психоаналитический институт, одним из основателей которого стал Эрих Фромм. Одновременно он был приглашен в марксистский Институт социальных исследований, который в 1930 году возглавил Макс Хоркхаймер. Институт социальных исследований стал интеллектуальной площадкой, объединявшей мыслителей левого толка, которые не только выступали с критикой капитализма, но и предлагали альтернативу представлениям о марксизме, сформировавшимся в Советском Союзе. Философов и социологов, оказавшихся сотрудниками института, в дальнейшем объединили термином «Франкфуртская школа». Среди этих мыслителей были выдающиеся ученые — Теодор Адорно[95], Герберт Маркузе[96], Вальтер Беньямин[97] и многие другие.
Один из исследователей жизни и творчества Фромма, Райнер Функ, писал: «С приходом Фромма работа института приобрела направление, ставшее определяющим в последующие годы: социальные исследования, сочетавшие марксизм с психоанализом. Собственные идеи Фромма обогатились марксистскими взглядами работников института, прежде всего Хоркхаймера и Маркузе. Видимо, здесь он по-настоящему познакомился с Марксом; в то же время мышление коллег Фромма стимулировалось его психоаналитическими идеями, прежде всего в области социальной психологии и по вопросу об авторитете»[98].
Макс Хоркхаймер
