— Через полчаса будем готовы, — бросила она и стала быстро подниматься по лестнице на второй этаж.
Глава восьмая
Этот день внес в их монотонную жизнь приятное разнообразие. Дженифер отправилась в Альбукерке вместе с отцом, в машине, которую он взял напрокат, а Лаури ехала за ними в «Мерседесе». Она была рада одиночеству — есть возможность привести в порядок свои беспокойно мечущиеся мысли. Не стоит им с Дрейком больше так целоваться — была первая из них. Ни к чему хорошему это не приведет. Она уже предупреждала его — опасно играть с огнем. Так ведь нет! Ему хоть кол на голове теши.
Впрочем, Лаури все время пыталась себя уговорить, что от невинных поцелуев никому хуже не будет. Однако в глубине души понимала, что не права. Во-первых, не такие уж они невинные, а во-вторых, она не знала, как долго сможет продержать Дрейка на расстоянии, а главное, захочет ли она сама этого. Уступить ему — означает конец занятиям с Дженифер. От этого пострадают все, и в первую очередь малышка. Безрассудное поведение двух взрослых людей, которым не хватило ума держать себя в руках, поставит под удар ее будущее.
Конечно, в покойном салоне роскошной машины, мчащейся по извилистым горным дорогам в город, дать себе зарок никогда больше не позволить Дрейку дотронуться до себя было проще простого. Казалось, стоит только дать себе слово — и делу конец. А уж что-что, а слово свое Лаури всегда умела держать.
Итак, решено. Она не позволит больше Дрейку прикасаться к себе. Теперь следовало претворить это решение в жизнь.
А вот это было уже куда сложнее. Когда они, наконец, добрались до конторы по прокату машин, Дрейк подошел к ее «Мерседесу» и протянул руку, помогая вылезти. Лаури без колебаний оперлась на нее, и они пошли рядышком. Лаури приятно было ощущать прикосновение его сильного, стройного тела.
Дело с машиной было улажено моментально, а потом они отправились по самым дорогим магазинам города. Дрейк купил Дженифер лыжную куртку ярко-синего цвета, по мнению Лаури, непомерно дорогую. Но когда она сказала об этом Дрейку, тот лишь беспечно махнул рукой. Девочке обнова настолько понравилась, Что она хотела тут же надеть ее, но Лаури объяснила, что такую теплую куртку носят зимой, когда по-настоящему холодно, а не в прохладный осенний день, как сегодня. Но малышка согласилась, чтобы курточку завернули в бумагу и положили в коробку, лишь когда Дрейк купил ей шерстяной свитер с капюшоном, отделанным мехом.
Как обычно, продавщицы, обслуживавшие их, волновались сверх меры, что никак не прибавляло им расторопности. Другие покупатели, увидев такую знаменитость, как Дрейк, вообще забывали, зачем сюда пришли. Стояли, разинув рты, и бросали на них такие взгляды, что Лаури было не по себе.
Некоторые женщины смотрели на нее с нескрываемой завистью. Выражение их лиц ясно говорило: будь их воля, они бы Лаури на клочки разорвали из-за своего любимца. От Дрейка, естественно, ничего не укрылось, но ему, похоже, было ровным счетом наплевать на почитательниц его таланта и их чувства к Лаури. Он то и дело обращался к ней за советом и вообще вел себя с ней довольно фамильярно.
Все это действовало Лаури на нервы. Единственное, за что она была ему признательна, — это за его отношение к Дженифер. Он разговаривал с ней на языке жестов без всякого смущения. Казалось, его абсолютно не волнует, что поклонницы увидят, какая у него дочь. Собираясь в город, Лаури решила одеться не слишком просто и не слишком вычурно. Выбор свой она остановила на светло-коричневой шерстяной юбке и желтовато-зеленой шелковой блузке. Когда они вышли из машины, чтобы идти в ресторан, ей показалось, что на улице довольно прохладно, и она решила надеть шерстяной жакет кремового цвета.
Дрейк, как истинный джентльмен, помог ей надеть жакет, а потом жестом собственника обнял ее за плечи.
Так они и вошли в вестибюль. «Просто образцово-показательная семья», — подумала Лаури, направляясь следом за метрдотелем к столику, но тут же спохватилась. Да какая там семья! Что она такое придумала! Ведь прекрасно знает истинные чувства и намерения Дрейка — он и не думал их скрывать. Физическая близость — ради Бога, но сердце его навсегда останется со Сьюзен.
По дороге домой Дженифер начала клевать носом и, наконец, заснула, положив головку Лаури на колени и крепко прижимая к себе кролика — он стал у Дженифер любимой игрушкой, и она повсюду таскала его с собой.
Дрейк потихоньку включил радио и, покрутив ручку настройки, нашел какую-то спокойную мелодию. Протянув руку, принялся гладить Дженифер по кудрявой головке, пока не убедился, что она крепко спит.
Внезапно сердце Лаури куда-то ухнуло — она вдруг ощутила на своем бедре его ласковую руку. Лаури взглянула на залитый лунным светом пейзаж за окном, потом посмотрела на приборную доску с подсветкой, на спящего на коленях ребенка — на что угодно, только не на сидящего рядом с ней мужчину.
Но помимо воли глаза ее остановились на его идеальном профиле. Почувствовав на себе ее взгляд, Дрейк повернул голову и мягко улыбнулся.
Рука его вновь заскользила по ее бедру, но Лаури и в голову не пришло ее сбросить. Она и думать забыла, что совсем недавно давала себе слово ни при каких обстоятельствах не разрешать ему дотрагиваться до себя. И рука осталась там, где она была, пока не показались огни Уиспез, и Дрейку ничего не оставалось, как обеими руками взяться за руль, чтобы, не дай Бог, никуда не врезаться — холмистые, извилистые улочки этого городка к романтике за рулем не располагали. Приехав домой, первым делом уложили в постель Дженифер, что, впрочем, не составило большого труда — девчушка и так уже почти спала. После молитвы и поцелуев, составлявших ежевечерний ритуал, Дрейк выключил в ее комнате свет.
— А что если затопить сегодня камин? — спросил он Лаури, когда та вышла в гостиную.
— Звучит заманчиво. Я бы с удовольствием немного отдохнула, прежде чем лечь в постель. Столько впечатлений за день!
— Может, я смогу помочь вам расслабиться? — вкрадчивым голосом спросил Дрейк.
— Вы невыносимы! — Лаури делала вид, что сердится, но ее глаза смеялись. — Пойду приму ванну, а потом спущусь вниз.
— Ну, к тому времени огонь будет полыхать вовсю! Я ведь, знаете ли, был когда-то бойскаутом.
— Да ну? Быть того не может! — поддразнила Лаури и поспешно захлопнула за собой дверь, не дав ему возможности съязвить в ответ.
Искупавшись, Лаури надела теплый фланелевый халат и подпоясалась. Персикового цвета ткань и атласные отвороты выгодно оттеняли красоту ее волос и бархатистость кожи.
Прожив с Дрейком под одной крышей несколько дней, Лаури мало-помалу перестала его стесняться. Она уже не пряталась по углам и не пыталась прошмыгнуть мимо незамеченной, если была в одном халате или без косметики. Между ними возникло даже что-то вроде близости.
