— Оденься.
Обнажённая тонкая рука показалась на экране.
Кто-то из зрителей было засвистел…
Взгляд неизвестной с бронежилета переметнулся на одного из тех, кто, на корточках, всё ещё обыскивал труп. Тёмно-рыжий парень застыл, взявшись за ремень трупа, и напряжённо вслушивался в коридор напротив. Остальные, приметив движение женщины, тоже развернулись. Но буквально через секунду предводитель уставился в коридор слева от подозрительного.
Оукс прибавил звук.
Воздух наполнился странным гулом. Так запойный пьяница безучастно бормочет, что-то изредка бубня, видимо полагая, что поёт. Здесь — алкашей собралось много, их поющее бормотание сопровождалось шарканьем и нечастым, но впечатляющим повизгиванием. И это скребущее по сердцу многозвучие приближалось, росло.
Сидевшие боком к третьему коридору, двое охранников прислушивались к гулу, уже направив оружие в неясные пока прямоугольники проёмов.
— Со всех сторон, — холодно констатировал предводитель. — Это то, что я думаю?
Охранники встали вокруг женщины. Чисто машинальное движение. Они видели, как она дралась. Но она маленькая, а они большие, она женщина — они мужчины. Движение на уровне инстинкта.
— Дирк, они близко, — сказал рыжеволосый.
Предводитель вслушался в каждый коридор и кивнул.
— Будем пробиваться через этот, — решился он. — Через два перехода находится герметично закрываемая лаборатория. Туда не прорвётся ни одна тварь.
— А если она будет закрыта? — спросила женщина.
— У меня сенсорные ключи от всех помещений, — сказал Дирк и, поколебавшись, добавил: — В крыле закрытых лабораторий я начальник охраны.
— А если идти по этому коридору, такие помещения найдутся?
— Да. Но в этом они дальше. Почему ты спросила?
— В твоём коридоре тварей больше.
— Думаешь, не справимся? Теперь мы знаем их уязвимые места. Волноваться нечего. Только не разбредаться. Все слышали?.. Эй, подруга, что тебе не нравится?
— Всё. Почему-то мне кажется, идут не те твари, которых мы уже видели.
Охранник, стоявший ближе к выбранному Дирком коридору, пальцами, больше похожими на ковш экскаватора, опустил на глаза прозрачный щиток со шлема-маски.
— Что это у него? — прошептала Бланш.
— Прибор ночного видения, — ответил Синклер Мид.
— Она права, Дирк. Судя по одежде, это наши люди. Но сейчас…
— Я слышу их голоса, — объяснила женщина. — Человеческое горло не рассчитано на такие звуки.
Дирк снова заколебался.
— В такой ситуации я один решать не могу.
— Два перехода? — переспросил рыжеволосый. — А в этом коридоре сколько до укрытия?
— Пять.
— Но здесь тварей меньше, — напомнила женщина.
Мужчины переглянулись и повернулись к коридору Дирка. Женщина молча вошла с ними. Бормочущая стена плотно двигалась навстречу.
— О чёрт… — через минуту прошептал кто-то слева от женщины.
Она посмотрела. Дирк. Он впервые проявил эмоции: лицо всё ещё оставалось профессионально непроницаемым, но на коже мгновенно выступил пот.
— Поздно, — тихо сказала она, чтобы слышал только он. — Твари из других коридоров уже в рекреации. Их там теперь больше, чем здесь.
Он ничего не ответил, только похлопал по плечу идущего впереди рыжего и занял его место. Кажется, таким образом Дирк признал свою неправоту.
А потом мы увидели тварей. Похоже, всех их поразила болезнь человека-слона, а может — изощрённо-жестокая форма проказы. У большинства на груди, захватывая голову, вздымалась рыхлая, будто тесто на хороших дрожжах, плоть. Видимо, странная мутация была в разгаре, потому как количество теста зримо увеличивалось, и нетрудно заметить, как дрожит кожа на головах идущих, как дрожат вздыбившиеся, редкие на такой большой кожной площади волоски.
Уже полностью мутировавших насчитывалось меньше. Но разглядеть их не составляло труда. Впереди всей оравы важно вышагивали прогнувшиеся в позвоночнике два человека-ящера; из одежды на них болтались лопнувшие в бедрах и на поясе брюки. Они шлёпали лапами с распяленными когтями и не желали близкого соседства с идущими рядом: едва кто-то их задевал, они резко шипели, наклоняя в сторону невежи треугольную морду с выпяченными ноздрями. Кроме "ящеров" присутствовали твари с тяжёлой нижней челюстью — с такой тяжёлой, что шли они, раскрыв пасть и поневоле демонстрируя частокол зубов и клыков разной конфигурации и разной степени опасности.
Всех тварей объединял лютый голод, призрачно багровевший в мутных, вытаращенных глазах.
18.
Как ни странно, схватка с чудищами оказалась короткой. Люди дрались, лишь бы прорваться сквозь толпу (стадо?). Твари же больше всего на свете жаждали жратвы и, казалось, ещё не понимали, что жратву эту ещё надо потрудиться прикончить. Так прокомментировал ситуацию Синклер Мид. Отсюда на мордах, кое-где сохраняющих нормальные лицевые мышцы, вперемешку с голодным выражением присутствовало и баранье недоумение: жратва сопротивляется?!
— Может быть, — осторожно согласился с Мидом майор Брент. — Но мне кажется, есть ещё одна причина, почему эти твари не могут противостоять небольшой группе людей. Они ещё не освоились с собственным деформированным телом. Они не умеют двигаться в нём.
— К чертям собачьим их умение-неумение! — нетерпеливо сказал Марк Флик. — Лучше бы нам объяснили, какая хреновина превратила людей в это непотребство!.. Аа-ха!
На экране Дирк крутился в компании лезущих к нему шести тварей — четверо со всех сторон, двое — на четвереньках — старались добраться снизу. Дирку мешали четыре неподвижных трупа на полу, и, тем не менее, он вдруг резко ударил ногой. Металлическая подошва ботинка прошибла насквозь тестообразную башку одного и вмяла хищную, удавью челюсть внутрь черепа другого.
— Хорошо! — выдохнул Марк. — Но почему одну головёшку вдребезги, а второй только челюсть почистил?
— Я думаю, всё зависит от стадии… — медленно сказал Оукс и запнулся. — От стадии… формирования? Мутации?
— Смотрите! Это её руки? — заволновалась Бланш.
Ползающие под ногами Дирка твари внезапно одна за другой свалились и обмякли на полу. И когда Бланш успела заметить руки неизвестной, убивающей чудищ? Мы их увидели, когда они выдёргивали из горла тварей ножи.
— Откуда у неё ножи? — в воздух спросил Барракуда.
— Они входят в перечень обязательного табельного оружия охраны, — отозвался майор.
— Понял.
Маленькая группа людей проскочила чудовищную ораву и до первого поворота неслась так, будто твари, ещё неуверенно стоящие на лапах, мчались за ними во весь опор. По дороге прикончили ещё несколько мутантов, на что Луис Гилл одобрительно кивнул:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
