Сия с трудом сглотнула.
– То есть я должна стать фабрикой для производства маленьких Уилеров? В этом заключалась идея?
– Удивляюсь, с какой готовностью люди готовы подписать мою жену на эту роль. Интересно, чего ты так раскипятилась от одного предложения иметь от меня детей? Ведь ты считаешь наш брак фиктивным. И мы разводимся. Все, конец истории. – Он смотрел на нее с удивлением. – Мама была расстроена, ко гда Мэтью уехал, и я сказал, что мы собираемся завести ребенка… Мне хотелось как-то смягчить удар. А вовсе не потому, что у меня какие-то дьявольские планы и я втихаря втыкаю иголки в презервативы. Понятно?
Сия набрала полные легкие воздуха и медленно выдохнула, вместе со всей злостью на Лукаса за все обиды, что она придумала.
Если отбросить в сторону дьявольские намерения, у Лукаса все же оставались серьезные обязательства по продолжению рода, и он никогда не скрывал этого.
Ее легкие снова сжались. В будущем им нужно быть очень осторожными с предохранением.
В будущем? У них осталось не так уж много будущего, а потом она бы превратилась в помеху на пути у его обязательств. Было бы слишком эгоистично продолжать видеться с Лукасом после развода.
Другая женщина будет новой миссис Уилер. Будет нянчить его детей. Спать в его постели. Носить его кольцо.
А она сама скоро снова станет сеньоритой Альенде. Это должно было бы ее обрадовать. Но не обрадовало.
– Мы могли бы обо всем договориться. Зачем такие сюрпризы? Почему ты не сказал мне об этом раньше?
Лукас пожал плечами и посмотрел на свои часы:
– Выскочило из головы. О, уже почти восемь тридцать! Придется бежать, а то опоздаем.
Сия скрестила на груди руки.
– Сейчас семь пятьдесят, Уилер. Что с тобой происходит? Хотя у тебя все выскакивает из головы, ты все же не забыл словно бы случайно упомянуть, что мы пытаемся завести ребенка. Может, хотел посмотреть на мою реакцию там, где я не могла бы вцепиться тебе в волосы, а?
Что-то промелькнуло в его глазах – что-то, похожее на чувство вины.
Она была права! О боже, она была права…
Долгосрочный брак уже не казался каким-то спонтанным, несерьезным предложением. На ее щеках снова вспыхнул гневный румянец.
– Ничего подобного, – покачал он головой. – Просто мне приходится жонглировать слишком большим количеством шаров. Могу один и выронить.
– Учись лучше жонглировать, или парочка этих шаров так шмякнется о землю, что могу дать гарантию – у тебя уже ни с кем не будет детей!
Сия развернулась на сто восемьдесят градусов, разумно желая положить между ними какую-то дистанцию, чтобы не начать выполнять свою гарантию прямо сейчас.
Лукас проводил ее взглядом, решив дать ей перекипеть.
Через пятнадцать минут Сия услышала разговор между четырьмя мужчинами с явственно витающим вокруг них запахом денег. Они обсуждали… ее приют.
Она слушала, в ужасе замерев позади них, когда они нагружали свои тарелки креветками и икрой, преспокойно обсуждая дело ее жизни!
– Прекрасная перспектива для доноров, – сказал один, другой кивнул.
Доноров? Может, она ослышалась? Может, они говорили не о гостинице или ее новом приюте? Нет, конечно. Она ведь ясно дала понять Лукасу, что не хочет связываться ни с какими инвесторами, так ведь?
– Любое предприятие, связанное с Альенде, – это золотой рудник, – объявил третий. – Объект в отличном состоянии. Большая часть переделок чисто косметические, и этот контракт по реконструкции уже лежит на столе моего юриста.
Объект? Лукас уже подключил к этому людей? И сколько таких?
– Домашнее насилие как-то немного… скажем так, звучит странно? – усмехнулся четвертый. – Но испанская часть общества достаточно многочисленна, чтобы поощрить миссис Уилер к благотворительной деятельности. Я сообщу об этом мэру. Было бы неплохо, чтобы он отразил проект в своей программе.
В животе ее похолодело. Нет, она не ослышалась! Лукас взялся за дело – без ее разрешения и даже не предупредив! Он сделал будущий приют достоянием гласности и поэтому бесполезным.
Что еще он сделал? Он представил альтернативу разводу или для него этот вопрос был уже решенным?
Так за что на самом деле он хотел извиниться, подарив колье?
Глава 12
Лукас и Сия были дома уже двадцать минут, но она все еще не сказала ни слова. В машине она припечатала его тирадой, что слышала обрывок разговора, а потом замолчала.
Приехав домой, Лукас смочил горло виски и пошел искать ее.
Маленький клубочек на середине матраса был неподвижным.
Он опустился на край постели:
– Я и не предполагал, что они все это так раздуют.
Тишина.
Лукас попробовал снова:
– Поговори со мной, детка. Покричи на меня. Только не молчи. Это просто недоразумение. Все можно исправить.
– Исправить?! – Резкий тон ее голоса как смертельный удар вонзился ему в череп, уже размягченный алкоголем, дав начало головной боли. Свет от прикроватной лампы погрузил половину ее лица в тень. – Ты уже достаточно всего наисправлял, Макиавелли. Я устала. Иди и спи где угодно!
– Неужели все так плохо? – Он улыбнулся, но она не ответила на его улыбку. Так… Значит, шутки уже не работали. Ладно. – Ну хватит, дорогая. Признаю, я облажался. Мне не стоило привлекать к этому так много людей. Давай найдем тебе что-нибудь другое для твоего приюта. Не стоит из-за этого так расстраиваться.
– Я что, кажусь расстроенной? – Сия посмотрела на него, и ее сухие глаза встревожили Лукаса больше, чем молчание.
Что-то сжалось у него в животе.
– Не означает ли это, что ты уже простила меня?
Она прижала ладони к вискам:
– Ты действительно ничего не понимаешь?
– Нет, я понимаю. – Каким-то образом его план не получился таким, как ожидалось. – Ты разозлилась, потому что я попытался найти спонсоров для приюта и теперь его местоположение раскрыто. Но я риелтор, дорогая. Найду другой, еще лучше.
– Не сомневаюсь. – Она откинулась на спину, прижав руки ко лбу и закрыв от него лицо.
– Сия. Конечно, мне нужно было сначала сказать тебе, прежде чем разговаривать с этими денежными мешками. Извини. Поцелуй меня и давай забудем об этом.
– Нет, больше никаких поцелуев! Дело не только в приюте. – Ее голос было ровным и тусклым. – Мне не понравилось, как ты вообще разыграл это шоу. Ты говорил – у меня есть выбор, но только если ты сам согласен с этим выбором. Я больше не буду с тобой жить! Завтра я возвращаюсь обратно в свою квартиру.
– Что? Нет… ты не можешь уйти. – Ситуация развивалась быстрее, чем он мог с ней справиться. Его ладони стали мокрыми. – У нас был договор. Шесть месяцев.
Она убрала руку с лица, тишину комнаты прорезал горький смех.
