Этот гомункулус в пробирке, который, как надеялись, сможет когда-то превратиться в Человека, правящего всей Землей, — Лига Наций, созданная соглашением от 28 апреля 1919 г., совсем не была лигой людей и народов; она была, как уяснил потом мир, лигой «государств, доминионов или колоний». Было оговорено, что они должны быть «полностью самоуправляемыми», но никакой дефиниции этой фразы не было сделано. Не было никаких преград ограничению права голоса, и в то же время не предусматривалось ни в каком виде прямое правление, осуществляемое народом какой-либо страны. Лига с уставом от 1919 г. была фактически лигой «представителей» министерств иностранных дел, а посольства в каждой столице остались, какими и были.
Британская империя сначала фигурировала, как одно целое, а затем шли Индия (!) и четыре доминиона — Канада, Австралия, Южная Африка и Новая Зеландия — в качестве отдельных государств. Позже отдельный статус получила Ирландия. Понятно, что представитель Индии должен был назначаться британцами, а представителями доминионов должны были стать колониальные политики. Но если уж расчленять Британскую империю подобным образом, то имперского представителя следовало заменить представителем Великобритании, а Египту тоже обеспечить представительство.
Кроме того, исторически и юридически штат Нью-Йорк или Виргиния имели такое же право на суверенность, как и Новая Зеландия или Канада. Включение Индии логически влекло за собой претензии на включение Французской Африки или Французской Азии. И действительно — один французский представитель предлагал наделить правом голоса маленькое княжество Монако.
За исключением некоторых оговоренных ситуаций, лига с таким уставом могла принимать решения лишь единогласно. Несогласие хотя бы одного члена Совета могло заблокировать любое предложение, — что напоминало старый польский принцип «свободного вето».
Это положение устава имело совершенно катастрофические последствия. В представлении многих Лига с подобным уставом была хуже, чем никакой Лиги вообще. Это было полное признание неотъемлемости суверенитета государств и отказ от идеи федерации человечества. Это положение фактически преградило путь всем будущим поправкам к уставу Лиги, не оставляя иной возможности для перемен, кроме одновременного выхода из нее большинства стран с целью создания новой лиги на иных началах. Устав делал неизбежным подобный конец Лиги; и это было, пожалуй, наилучшим из того, что в нем было.
Из первоначального состава Лиги было предложено исключить следующие государства: Германию, Австрию, Россию и какие бы то ни было остатки Османской империи. Любое из этих образований могло потом стать членом Лиги Наций с согласия двух третей Ассамблеи. Первоначально в соответствии с проектом договора в Лигу должны были войти следующие государства: Соединенные Штаты Америки, Бельгия, Боливия, Бразилия, Британская империя (Канада, Австралия, Южная Африка, Новая Зеландия и Индия), Китай, Куба, Эквадор, Франция, Греция, Гватемала, Гаити, Хиджаз, Гондурас, Италия, Япония, Либерия, Никарагуа, Панама, Перу, Польша, Португалия, Румыния, Сербо-хорвато-словенское государство, Сиам, Чехословакия и Уругвай. К ним по приглашению должны были присоединиться следующие государства, сохранявшие нейтралитет во время войны: Аргентина, Чили, Колумбия, Дания, Голландия, Норвегия, Парагвай, Персия, Сальвадор, Испания, Швеция, Швейцария и Венесуэла.
При таком составе Лиги вряд ли стоило удивляться, что полномочия ее были специфическими и ограниченными. Организации было положено иметь секретариат со штаб-квартирой в Женеве. Но она не имела права осуществлять инспекцию военных приготовлений входящих в нее стран или давать инструкции сухопутным или военно-морским штабам по поддержанию мира во всем мире.
Конец 1919 г. и первые месяцы 1920 г. стали свидетелями очень любопытной перемены в настроениях американцев после их профранцузского и пробританского энтузиазма времен войны. Мирные переговоры противоречивым и очень неприятным способом напомнили американцам о глубоком различии в подходе к международным делам между ними и любым европейским государством; различии, о котором война дала им возможность на некоторое время забыть.
В конце 1919 г. наступил период, и период вполне понятный, страстного и даже агрессивного «американизма», для которого анафемой в равной степени были как европейский империализм, так и европейский социализм. Может быть, и существовал некий корыстный мотив в стремлении американцев «снять» с себя взятую ранее ответственность за состояние дел в Старом Свете и реализовать те огромные финансовые и политические возможности, которые дала Новому Свету война. Но американский народ был вполне здрав в своем инстинктивном недоверии к предложенному урегулированию.
Решения, принятые в Версале, воплотились в целый ряд соглашений. Сначала мы покажем здесь карту, демонстрирующую территориальные аспекты мирного договора с Германией.
Наглядная карта более четко и понятно объясняет главные факты, чем любая диссертация. В дополнение к тому, что видно из карты, предусматривалось также, что Германия должна подвергнуться широкому разоружению, отдать свой флот, выплатить большую контрибуцию и большие суммы в качестве компенсаций за военный ущерб. За разоружением должна была следить комиссия союзников. Флот следовало передать англичанам 21 июня 1919 г., однако находившиеся на борту офицеры и матросы не смогли на это решиться. Они не стали выполнять это требование и затопили свои корабли на виду у британцев.
Австро-Венгерская империя полностью распалась. От нее осталась маленькая Австрия, которая обязалась не объединяться с Германией, урезанная и изуродованная Венгрия; Румыния расширилась далеко за свои легитимные пределы за счет Трансильвании; Польша получила почти всю Галицию; Богемия, со словацкими и моравскими включениями, снова появилась в виде Чехословакии. Сербы, хорваты и черногорцы (последние слабо протестовали) образовали новое Югославское государство, сразу же ставшее участником ожесточенного конфликта с Италией из-за порта Риека (Фиуме), на который итальянцы совершенно необоснованно предъявили права.
Болгария уцелела, пришлось лишь вернуть Греции недавно обретенную область во Фракии. Греция, несмотря на то, что она предала галлипольскую экспедицию, некоторое время была любимицей дипломатов в Версале. Ей отдали отобранную у Болгарии территорию, ей позволили придвинуться вплотную к Константинополю, и ей достался большой кусок территории вокруг Смирны (Измира). Однако ей не вернули Родос и другие Додеканесские острова, несмотря на их чисто греческий характер. Они должны были стать частью итальянской добычи; британцы же закрепились на Кипре.
Договор с Турцией заключить было трудно, а провести в жизнь — вообще невозможно. Номинальное турецкое правительство в Константинополе подписало его, но другое, реальное турецкое правительство обосновалось в Ангоре (Анкаре) и подписывать соглашение отказалось. Греческая армия вторглась в область Смирны, и на смену первому соглашению с Турцией пришло второе, Севрский мирный договор (август 1920).
Последовали запутанные
