какую игру ты ведешь у него за спиной, и каким хорошеньким пытаешься притвориться. Сомневаюсь, что он захочет и дальше поддерживать хорошие отношения с тобой. Да и ты сам жутко завидуешь ему и в глубине души мечтаешь, чтобы все его денежки и богатства были твоими.
— Вы случайно не хотите, чтобы я убил его вместо вас?
— Щедро заплатил бы тебе за это и автоматически признал бы тебя близким себе человеком, если бы ты расквитался со своим братом так же, как я покончил с твоим папашей.
— Отдайте мне МОИ деньги и деньги ОТЦА, и я оставлю вас в покое раз и навсегда! — грубым, низким голосом требует Эдвард. — И ваша чертова любовь мне и даром не нужна!
— Ты получишь маленькую дольку из этих денег, если будешь моим союзником и убьешь своего брата. Я уже привел тебе столько поводов: и зависть к его роскошной жизни, и факт, что родители всегда любили его больше… Вспомни, твой папаша пекся только о нем, а мамаша даже не вспоминала о тебе. — Майкл быстро прочищает горло. — Другой бы человек уже давно закипел от ненависти к человеку, который намного успешнее его самого! А ты все не решаешься, что-то мямлишь… Так настоящие мужики не поступают, Эдвард. Они твердо идут вперед или назад. Нет желания ломаться как баба и искать тысячу причин не делать то или иное. Так что засунь свою неуверенность в задницу и пристрели этого чертового подонка, который отравил тебе жизнь.
— И неужели вы не посадите меня за решетку после убийства человека?
— За убийство брата — нет. Ведь это твой единственный шанс разбогатеть и забыть о нужде просить милостыню. А будешь хорошим мальчиком — я найду для тебя какую-нибудь работу в компании. Личным помощником не обещаю сделать, ибо у тебя нет нужных навыков. Правда, если ты захочешь, то я могу заплатить за обучение. Но только если будешь вернее любого пса. А иначе будешь мыть толчки за те деньги, которые ты получаешь за одноразовую подработку.
— Ха! — усмехается Эдвард, слегка прищурив глаза. — Значит, если бы я убил кого-то из членов своей семьи или кого-то еще, то вы бы одобрили и закрыли глаза на это? А если бы мне захотелось прикончить вас или одного из тех гадов, что работают на вас, то я немедленно окажусь в тюрьме? Умно, дядя Майкл! Умно!
— Однако я действительно хочу, чтобы ты убил собственного брата, — заявляет Майкл, поглаживая свой подбородок и прищурив глаза. — Обещаю, я очень хорошо заплачу, если ты сделаешь это, и я увижу, как сильно ты хочешь стать моим союзником и обрести шанс пользоваться теми деньгами, которые должны были принадлежать тебе.
— Да вы издевайтесь надо мной!
— Подумай хорошенько, дорогой, тебе ведь так нужны деньги. А я готов помочь тебе — только выполни мою маленькую просьбу и отомсти своему брату за то, что он вообще родился и отнял у тебя все, что могло стать твоим.
— Убить его так же, как вы убили отца, да? — скрестив руки на груди, сухо интересуется Эдвард.
— Я показал тебе пример, а ты можешь последовать ему. Заставлять не собираюсь, ибо ты сам захочешь сделать это. Если я буду постоянно напоминать тебе о причинах, по которым твой брат должен умереть, и помогу избавиться от нерешительности. Не беспокойся, твой дядюшка будет рядом, если ты такой трусливый и поможет тебе стать намного ближе к исполнению своей заветной мечты.
— Лучше убейте меня. Может, сегодня мой брат и заставил меня разозлиться, но я не пойду у вас на поводу и не стану убивать этого человека. Я не убийца и не собираюсь становиться ею!
— Это ты сейчас так говоришь. А когда я использую силу своего умения говорить и надавлю на твои самые слабые места, то ты сделаешь все, чтобы угодить мне. Полагаю, я уже столкнул тебя и твоего брата лбами и «помог» вашим отношениям испортиться. А значит, это будет тебе в плюс.
— Если бы я был бессовестным гадом, то безжалостно грохнул бы вас и ваших дружков к чертовой матери, дабы забрать все и отдать настоящим владельцам. Но я не сделаю этого потому, что не хочу оказаться в тюрьме лет на сорок. Я хочу лишь добиться того, чтобы вы отдали все, что нагло украли и оставили нас в покое.
— Ах, Эдвард, мне кажется, ты слишком много думаешь, — злостно смеется Майкл и с гордым видом поправляет свой галстук. — Пора бы тебе заняться чем-то более полезным. Развиваться надо, солнце мое, а не шататься без дела по городу, подыхать со скуки и искать повод изобразить из себя героя. У тебя умный взгляд, и я считаю, что ты вполне можешь всему научиться. Если вплотную тобой заняться, то ты бы знал столько всего, что смог бы применить в правильном направлении.
— Ну спасибо, что хотя бы раз сказали доброе слово про меня! Я приму это за комплимент и буду радоваться, что вы все-таки признали то, что у меня есть хотя бы немного мозгов.
— Однако пока что тебе хватило их лишь на то, чтобы научиться играть на гитаре. Правда, это бесполезное занятие, которое не принесет тебе никакой пользы. Певцом тебе никогда не стать. Ими становятся лишь люди с хорошими связями и те, кто готов лечь в койку к нужным персонам. Ты мог бы стать им с помощью своего братца, но он ни за что не предоставит такую возможность. Поэтому тебе придется играть на этом чертовом инструменте до крови на пальцах лишь для самого себя.
— Кстати, о гитаре… — Эдвард откидывается на спинку кресла. — А вы знали, что мой отец тоже любил играть на гитаре? Я случайно об этом узнал! Хотя для меня это стало огромным потрясением, ибо я никогда не слышал, чтобы этот человек играл на гитаре и тем более пел. Мне казалось, он принадлежал к людям, обожающие бизнес. Но оказалось, что в нем когда-то была и творческая жилка.
— Что ж… — тихо усмехается Майкл. — Да… Тебе сказали правду… Твой отец действительно обожал бренчать на этой чертовой гитаре целыми днями. И я не мог скрыть своего раздражения, потому что у меня от ее звуков голова раскалывалась. Этот дебил постоянно играл на ней и не давал мне сосредоточиться на своих делах! Если бы не его мамочка с папочкой, которые за своего любимого Джейми были готовы любому глотку перегрызть, то я бы выкинул его на улицу вместе с этой штуковиной в холодную
