Светло-серые глаза красивого незнакомца смотрели на Каро с такой неприязнью, с какой она за двадцать лет жизни еще ни разу не сталкивалась. Очевидное презрение настолько ошеломило ее, что ей едва удалось сохранить на губах улыбку, пока она кланялась публике под оглушительные аплодисменты. По опыту она знала, что аплодировать ей будут еще несколько минут после того, как она удалится в импровизированную гримерную в дальнем конце клуба.
Прежде чем уйти со сцены, Каро невольно бросила последний взгляд на мрачного незнакомца. Она слегка встревожилась, заметив, что он о чем-то серьезно разговаривает с управляющим Дрю Батлером.
— Дрю, ну и что все это значит? — ледяным тоном осведомился Доминик, пока певица раскланивалась под гром аплодисментов.
Седовласый управляющий сохранял невозмутимый вид; проработав в клубе «У Ника» двадцать лет, он почти ничему не удивлялся. Его усталые голубые глаза многое повидали на своем веку. Дрю Батлера трудно было вывести из себя; недовольство нового хозяина не тронуло его.
— Наши постоянные посетители ее обожают!
— Уже четверть часа, с тех пор как эта женщина начала петь, наши постоянные посетители не пьют и не играют!
— А вы посмотрите, что начнется, когда она уйдет, — негромко посоветовал Дрю.
И правда, едва певица удалилась, как шампанское полилось рекой, а игра пошла полным ходом. Завсегдатаи громогласно обсуждали прелести молодой женщины. Многие бились об заклад, кому первому повезет увидеть личико за украшенной драгоценностями маской.
— Вот видите, — сказал, обернувшись к Доминику, Дрю. — Она способствует процветанию!
Доминик нетерпеливо покачал головой:
— Разве я не ясно выразился, когда заходил сюда месяц назад? Черт побери, я требую, чтобы в будущем здесь был только игорный дом, а не бордель!
— Совершенно верно, — ответил Дрю, нимало не смущаясь. — По вашему распоряжению комнаты наверху заперли, с тех самых пор в них никого не пускают.
Представитель знати, к тому же граф, ставший владельцем игорного заведения с сомнительной репутацией вроде клуба «У Ника», едва ли способен вызвать одобрение высшего общества. Однако месяц назад Доминик не сумел отказаться от партии в карты. Игра стала для него делом чести. Николас Браун предложил ему поставить на кон племенного жеребца по кличке Черный Полумесяц, которого Доминик держал в своей конюшне в Кенте. Взамен Браун предложил собственный клуб. Доминик выиграл.
Владеть игорным заведением — одно, но полдюжины спален на втором этаже, до недавних пор доступных любому мужчине, который пожелает уединиться там… с кем пожелает, — вещь совершенно недопустимая. Доминик не желал, чтобы его считали сводником! Поэтому он и распорядился закрыть двери клуба для представительниц слабого пола, кем бы они ни были. По его приказу спальни на втором этаже заперли. Судя по всему, его распоряжения исполнялись неукоснительно — если не считать таинственной незнакомки, обворожившей не только завсегдатаев, но и служащих клуба.
Доминик плотно сжал губы.
— Я полагал, что мой приказ относится ко всем… дамам, работавшим здесь ранее!
— Каро — совсем не шлю… не развратная женщина. — Дрю заметно ощетинился, угрожающе расправив плечи.
Доминик нахмурился:
— Тогда скажите, кто же она?
— Она — то, что вы видели, — ответил Дрю. — Дважды за вечер она поет. Как только она уходит со сцены, наши посетители пьют и играют больше чем обычно.
— Ее сопровождает служанка или компаньонка?
Пожилой управляющий как будто изумился:
— А вы как думаете?
— Как я думаю?! — Доминик прищурился, и его глаза стали похожи на узкие острые льдинки. — Я думаю, что от нее невозможно ждать ничего хорошего! — Он сурово сдвинул брови. — Который из джентльменов получает привилегию сопровождать ее домой в конце вечера?
— Я! — горделиво объявил Бен Джексон, проходя мимо них к своему месту у входа в клуб.
Лицо у молодого швейцара было круглым, розовощеким, как у ангелочка; портил его лишь нос, перебитый в нескольких местах. Да и при взгляде на его кулаки размером с хорошие окорока сразу становилось ясно: швейцар принимал участие во многих драках.
Доминик удивленно обернулся к швейцару:
— Вы?!
Бен радостно ухмыльнулся, продемонстрировав дыры вместо выбитых зубов:
— Так потребовала мисс Каро!
Она еще и чего-то требует, вот как?
Бен Джексон умел одним взглядом нагнать страху на видавших виды мужчин, а Дрю Батлер был циником до мозга костей. И вот какая-то мисс Каро, похоже, прибрала их к своим маленьким ручкам!
— Дрю, давайте продолжим разговор у вас в кабинете! — Доминик круто развернулся и зашагал вперед, не проверив, идет ли за ним управляющий.
Еле сдерживая раздражение, он на ходу поздоровался с несколькими знакомыми и улыбнулся им. Затем зашел за перегородку и оказался в служебном помещении. Чуть дальше по коридору располагался кабинет Дрю.
Не обращая внимания на роскошную обстановку, Доминик сразу же направился к бюро красного дерева. Управляющий зашел в кабинет следом за ним и закрыл дверь. Шум, идущий из игорных залов, сразу стих. Заметив на столе графин с бренди, Доминик налил себе, сделал глоток на пробу, убедился, что бренди первоклассное, и вопросительно посмотрел на управляющего.
Тот покачал головой:
— На работе не пью.
Доминик прислонился к бюро спиной:
— Итак, Дрю, кто она и откуда взялась?
Управляющий пожал плечами:
— Хотите, чтобы я сказал, что я о ней думаю, или передать, что она сама мне сообщила, когда пришла сюда в поисках работы?
Доминик прищурился:
— И то и другое.
Он отпил еще бренди и стал преувеличенно внимательно разглядывать носок своего сапога, начищенного до зеркального блеска. Управляющий начал пересказывать историю несчастий молодой женщины.
Каро Мортон назвалась сиротой, которая жила с незамужней теткой где-то за городом. Три недели назад пожилая дама скоропостижно скончалась, и девушка осталась без крыши над головой. Две недели назад она приехала в Лондон совершенно одна, без служанки или компаньонки. Денег у нее тоже почти не было, и она решила сама устроить свою жизнь. Судя по всему, вначале она думала стать компаньонкой или гувернанткой в хорошей семье, однако из-за отсутствия рекомендаций ей везде отказывали. Поэтому она и принялась искать работу по театрам и клубам.
Услышав последние слова, Доминик резко вскинул голову:
— И во многих таких местах она уже побывала, прежде чем наведалась к вам?
— В пяти или шести, — поморщился управляющий. — Насколько я понял, в предыдущих местах она получила несколько предложений… другого сорта.
