Может, Батлер все-таки ошибается? В самом ли деле эта молодая женщина сбежала в Лондон, чтобы скрыться от деспота-отца или жестокого, грубого мужа? Она так миниатюрна и хрупка, что последнее предположение внушало Доминику настоящий ужас.
Какая бы тайна ни окружала прошлое Каро Мортон, ни ему, ни его игорному клубу не нужны неприятности, которые, скорее всего, последуют за этой женщиной.
— Вы имеете право находиться в игорном заведении?
— Что, милорд? — удивленно переспросила Каро.
— Я желаю знать, сколько вам лет.
— Джентльмен никогда не должен спрашивать о возрасте леди, — с чопорным видом ответила она.
Доминик не спеша осмотрел золотистую головку, стройную фигурку, узкие запястья, небольшие кисти рук, открытые ступни и лодыжки. На ее разрумянившемся личике застыло слегка презрительное выражение.
— Насколько мне известно, настоящих леди всегда сопровождает служанка или компаньонка; кроме того, дамы из общества не скачут на сцене в мужском игорном клубе.
Каро снова вскинула заостренный подбородок и ядовито ответила:
— Я не скачу, милорд, а просто лежу на кушетке! Кроме того, не понимаю, какое вам дело до того, есть ли у меня служанка или компаньонка!
Доминик бросил беглый взгляд в каморку за спиной Каро и заметил поднос на туалетном столике. На подносе стояло блюдо густого, еще дымящегося рагу и тарелка с хлебом. На другой тарелке лежал соблазнительный апельсин — очевидно, на десерт. Значит, вот какой «скромный ужин» распорядился подать ей Батлер!
— Кажется, я прервал ваш ужин, — вкрадчиво заметил Доминик. — Поэтому предлагаю продолжить наш разговор позже… после вашего выступления. Сегодня не Бен проводит вас домой, а я.
Ее глаза встревоженно расширились, и она решительно затрясла головой:
— Боюсь, это невозможно!
— Почему же?
Стоило Каро заглянуть в светло-серые глаза под изящно выгнутыми бровями, как она сразу поняла: ее новый знакомый не привык к отказам. А отсутствие у нее служанки или компаньонки объяснялось легко — если бы она пожелала все объяснить. Но она не желала объясняться! Если бы две недели назад, убегая из Гэмпшира, она захватила с собой служанку или компаньонку, ее бы обвинили в подстрекательстве к побегу, а Каро и без того хватало проблем. Не хотелось впутывать в неприятности еще и других.
— Нет, — вновь ответила она ровным тоном. — Бен будет задет в лучших чувствах, если ему не позволят проводить меня до дому. И потом, — добавила она, видя, что ее доводы не убедили графа, — я не позволяю незнакомым джентльменам… сопровождать меня домой. — Каро с трудом удержалась, чтобы не сказать: «незнакомым… и тем, кого я не желаю знать».
В светло-серых глазах сверкнули веселые искорки.
— Даже если за незнакомца поручится Дрю Батлер?
— Пока он еще ни за кого не ручался. А теперь… простите, мне нужно поесть, пока ужин не остыл. — Попытка Каро захлопнуть дверь перед самым носом Доминика Вона бесславно провалилась, так как он вовремя поставил ногу в проем. Смерив его возмущенным взглядом зеленовато-голубых глаз, она снова медленно приоткрыла дверь. — Прошу, не вынуждайте меня звать Бена на помощь, если вы не хотите, чтобы вас увели отсюда силой!
Ее угроза, казалось, нимало не обеспокоила надменного Доминика Вона: он продолжал снисходительно улыбаться.
— Это был бы… интересный опыт.
Каро бросила на него нерешительный взгляд. Бен ростом не ниже графа и очень крепкого сложения. Но и лощеный, элегантный Доминик Вон, судя по всему, совсем не изнежен. Он буквально излучает силу, заставляя верить, будто одолеет любого, кто вздумает бросить ему вызов. У него очень широкие плечи и гибкая, мускулистая фигура. Кроме того, Каро сильно сомневалась, что граф Блэкстоун получил шрам на лице, праздно посиживая дома у камина!
Она заставила себя расслабиться и улыбнулась, глядя на него снизу вверх:
— Может быть, отложим вопрос о том, можно или нет вам провожать меня домой, до тех пор, пока я не поговорю с мистером Батлером?
Доминик сразу понял: предприимчивая певица наверняка решила удрать под шумок, не дожидаясь разговора с Дрю Батлером.
— Когда закончится ваше представление, я буду ждать вас на улице.
Глаза цвета морской волны потемнели; он понял, что угадал верно.
— Сэр, вы очень настойчивы!
— Мне просто не терпится получше познакомиться с одной из моих служащих.
Каро так и ахнула:
— Вы сказали… с одной из ваших служащих?!
Доминик кивнул. Он испытал огромное удовольствие, заметив, как побледнела его собеседница. Очевидно, до нее наконец дошло: он в самом деле вправе решать, может ли она и дальше выступать в клубе «У Ника».
— Тогда до скорого свидания, мисс Мортон! — Доминик отвесил изящный поклон и вернулся в игорный зал. Губы его кривились в довольной усмешке.
Глава 2
— Спасибо, предпочитаю прогуляться пешком. После их первой встречи прошло больше двух часов. Каро наотрез отказалась возвращаться домой в фешенебельном экипаже Доминика Вона, ждущего ее у выхода из клуба. Она успела поговорить с Дрю Батлером, который подтвердил, что Доминик не только граф Блэкстоун, но и с недавних пор владелец игорного заведения, в котором служат они оба. Помимо всего прочего, Каро не хотелось ставить себя в двусмысленное положение, путешествуя по ночным улицам с мужчиной в его экипаже!
— Как пожелаете. — Доминик подал знак кучеру, чтобы тот следовал за ними. Его волосы цвета воронова крыла теперь закрывал модный цилиндр; на широкие плечи он набросил черный шелковый плащ.
Каро косилась на своего спутника, поправляя ленты коричневого капора; лишь несколько локонов на висках выбивались из-под ее головного убора. После выступления она переоделась в строгое коричневое платье с высоким воротом и длинными рукавами, а сверху надела добротный теплый плащ.
Две недели назад, едва приехав в Лондон, Каро купила три таких платья: коричневое, болотное и темно-желтое. Она очень быстро поняла, что шелковые платья, которые она привезла с собой в столицу, резко выделяются в чистеньком, но небогатом районе Лондона, где ей удалось найти недорогое жилье. А ей очень не хотелось, чтобы на нее обращали внимание. Поэтому она и прибегала к маскараду, выступая в клубе «У Ника».
Было бы преуменьшением сказать, что внешность Каро Мортон удивила — да-да, снова удивила — Доминика. Он не сразу узнал ее в некрасивом коричневом капоре, скрывавшем почти все золотистые пряди, и широком длинном плаще, закрывавшем ее от шеи до лодыжек. В таком наряде златокудрая красавица превращалась в скромную дурнушку, живущую на скудные средства.
