Глава 1
Вера
Прихожу в себя резко, словно меня выбрасывает из сна кувалдой. Голова, во всяком случае, гудит так, будто я с тяжелого бодуна. А вот реальность встречает меня не так радужно. Я распластана на теле какого-то мужика, причем габаритного такого и мощного. Мое платье стянуто вниз, а мужские пальцы… Нагло и бессовестно трогают мой сосок.
— Ты… Ты… — хватаю ртом воздух, а затем замечаю, что и подол моего платья приподнят, а его вторая рука лапает мои бедра.
— Проснулась? Вовремя, — мужской насмешливый голос над ухом.
А затем поправляет мое платье и открывает дверь машины. Спускает меня с колен и выходит, галантно предлагая свою ладонь. Я игнорирую и выскакиваю из машины, как фурия. Оглядываюсь по сторонам, но замечаю лишь незнакомый особняк, ухоженный большой двор, а затем ворота… И бегу, пока похититель не опомнился.
— Далеко не убежишь, блондиночка, — тут же меня хватает этот дикарь и закидывает себе на плечо.
Я вишу головой вниз, а какой-то мужлан лапает меня за задницу. Это что еще за наглость?!
— Отпусти меня, ублюдок! – выплевываю эти слова и кусаю мужика за ягодицу.
Мужчина не отвечает, даже не стонет, только шлепает меня по попке, заносит в дом, не снимая обувь, и кидает на диван, словно куль, а сам садится в кресло. Я тут же привстаю, настороженно наблюдая за незнакомцем. Лет сорока, с легкой сединой на висках, в шикарном дорогом костюме, он производит впечатление успешного мужчины. А главное, богатого. Сердце бешено колотится, от страха, не иначе. Скольжу взглядом по его телу, подмечая и широкие плечи, и натренированные мышцы бедер, руки-кувалды. Сглатываю и отползаю подальше, поджимаю ноги и упираюсь коленками в подбородок. Страх. Вот что я чувствую. Я думала, что оставила это чувство дома, в далеком детстве, но нет… Стоило лишь очередному мужчине применить ко мне силу, как я… Снова стала той самой девочкой, которая не чувствует себя защищенной.
— Что Вам нужно от меня? – придаю голосу храбрости, добавляю хрипотцу, зная, как это действует на представителей мужского пола.
И этот не будет исключением. Главное правило, которое я уяснила из-за своей красоты — чтобы выжить, можно и нужно делать все, что приведет тебя к свободе.
— Кое-что нужно, девочка, — звучит грубый бас, током проходясь по моей коже и всей нервной системе, — но ты пока не поймешь.
— Чего это не пойму? – фыркаю и дергаю головой, откидывая роскошную гриву на спину, — я уже достаточно взрослая девочка.
Точнее пытаюсь, но выходит не так эффектно, как мне того хотелось бы. Волосы от волнения слегка слиплись у лба и висят перед глазами, заслоняя мне обзор. Я храбрюсь, а у самой поджилки трясутся от ужаса. Горло перехватывает спазмом, а сама я испуганно смотрю по сторонам, выискивая пути отхода.
— Молоденькая и глупая, — игнорирует мой вопрос и нагло осматривает мое полуобнаженное тело, — красивый звереныш. А главное, отныне, мой.
Впервые жалею, что надела такое провокационное платье. Но что поделать, других у меня нет. Прошлый покровитель, так желавший мое тело, не позволял мне надевать все, что длиннее колен.
— Нравится? – потягиваю шею, даю обзор на все, что интересно мужчинам.
С первого взгляда понимаю, что данный субъект — настоящий хишник, готовый разорвать свою добычу в клочья. И самое правильное в моей ситуации — дать ему то, что он хочет, не провоцируя азарт охоты. И это непривычно, ведь охотницей всегда была я. Жизнь всегда вносит коррективы… И из некогда провинциальной наивной дурочки мне пришлось стать той, кем я являюсь сейчас… На секунду охватывает горечь, но затем я встряхиваю головой. Все правильно. Не всем так везет, как моей старшей сестре Эле.
Мужчина же в это время лениво проходится взглядом сверху донизу, но нигде не задерживается, что меня коробит. Глубокий вырез был рассчитан на голодные взгляды богачей, а этому хоть бы хны. Чертов импотент!
— Видал и поинтереснее, — ухмыляется и встает, снимает рубашку, демонстрируя идеально накачанный торс.
Сглатываю и вжимаюсь в испуге к спинке дивана. Отчего-то меня пробирает животный ужас, словно по венам течет чистый поток истинного страха. От этого мужика веет опасностью и непривычным расчетом. Казалось, что он холодный и каменный. Такой явно не поддается исконно женским ужимкам и уловкам. С таким не забалуешь, но для меня это вызов, который я принимаю.
— Сомневаюсь, — фыркаю, облизываю язычком нижнюю губу, пытаясь спровоцировать его на похоть.
За годы моя психика научилась перестраиваться, так что я прячу страх так глубоко, чтобы и следа от него не оставить.
Следом за рубашкой на кресло летят брюки, так что теперь он стоит передо мной в одних боксерах. А вот там подтверждение его мужской природы – выпирающий бугор. Ерзаю, находясь в предвкушении следующих его действий, но тут он вместо того, чтобы развязать меня и использовать по назначению, отворачивается и отходит к шкафу.
— И это все? – бесит, что в голосе слышно возмущение, будто я напрашиваюсь на секс с мужчиной.
Он немногословен, просто молчит и переодевается в домашнее. Затем поворачивается ко мне лицом, подходит, поглаживает по щеке.
— Воспитывать еще и воспитывать, — говорит флегматично, с толикой скуки.
