— А я еду в Техас, — нарушила она молчание, — с моей тетей мисс Дженнифер Темпл. Сегодня вечером она ужинала в салоне и осталась посмотреть представление.
— Да, я видел ее, и мне сказали, кто она.
Красивая леди. Могу я вас спросить, куда в Техасе вы направляетесь?
Гарнет пожала плечами:
— В какой-то городок Лонгорн Джанкшин. Кажется, это возле Сан-Антонио. Там живет мой двоюродный дедушка Сет Траверс. Мы собираемся погостить у него некоторое время.
— Я был в Сан-Антонио, — отозвался он. — А вы много знаете о Техасе?
— Нет. Дядя Сет писал не часто, да мы особо не интересовались местом, куда никогда не рассчитывали поехать.
— И все-таки теперь вы заинтересовались им?
— Да нет, не думаю.
— Почему же вы туда направляетесь? После недолгого колебания Гарнет призналась:
— Наш семейный врач посоветовал мне этот климат. Для здоровья.
Стил не сомневался ни минуты в том, о ком из двух женщин доктор проявил такую заботу. В лунном свете Гарнет казалась прозрачной, ее кожа, бледная и нежная, походила на белоснежные лепестки гардении росистым утром. Волосы отливали скорее серебром, чем золотом, а черты лица были столь же утонченными, как на его любимом мамином медальоне. Хотя и слишком тонкая и хрупкая, она все же была потрясающе красива. Но где же тот мужчина, чье обручальное кольцо у нее на пальце?
— Мистер Лейн присоединится к вам в Техасе?
Помолчав, она тихо ответила:
— Не знаю. Он пропал без вести в начале 65-го, и с тех пор я о нем ничего не слыхала.
Брант на мгновение задумался, а затем решился вслух высказать то, что пришло ему в голову:
— Извините, мадам, но не считаете ли вы, что к этому времени он бы уже вернулся… — И, поколебавшись, добавил:
— Если бы это было возможно.
— Если бы он еще был жив, вы хотите сказать, — резко отозвалась она.
Прежде чем Брант успел обдумать, как помягче высказаться, на палубе, посмеиваясь про себя, появилась Дженнифер. Ее взгляд, словно прожектор, остановился на высоком, темноволосом незнакомце, стоявшем рядом с племянницей.
— Какая божественная ночь, если бы только не москиты. Некоторые из них огромны, как летучие мыши-вампиры, и такие же кровожадные. — Она нежно улыбнулась и кивнула Бранту. — Мистер Стил, не так ли?
— Да, мадам.
— Я тетя миссис Лейн, мисс Дженнифер Темпл.
— Очень приятно, мисс Темпл. Гарнет пояснила:
— Предки мистера Стила по отцовской линии — техасцы, а родня со стороны матери — луизианские плантаторы. — И тут же, испугавшись, что Дженни поведет себя слишком фамильярно, Гарнет оборвала разговор. — Была рада встретить вас, мистер Стил. Но я устала и хочу отдохнуть. Пожалуйста, извините.
Он поклонился.
— Спокойной ночи, леди, приятных вам снов.
— Ax! — воскликнула Дженни, вдруг почувствовав, что выпитое шерри ударило ей в голову. — Надеюсь только, что эта древняя посудина не пойдет ко дну. Почему, скажите, в нашей каюте есть несколько пулевых отверстий?
— «Куин» находился на военной службе, — пояснил Брант.
— В самом деле?
— Идем же, тетушка, — настаивала Гарнет, уводя прочь чуть покачивавшуюся леди, выглядевшую просто очаровательно в своем бледно-лиловом, цвета лаванды, муаровом бальном платье. — Идем, утро вечера мудренее…
Дженни покачала головой:
— Сомневаюсь, дорогая. Боюсь, утром я буду совсем больная.
Глава 3
На следующее утро за завтраком Дженни отказалась от всего, кроме черного кофе, который пила, морщась от каждого глотка, поскольку корабельный кок щедро сдобрил его горьким цикорием.
— Капитан Бим сообщил, что мы сегодня будем в Мемфисе, моя дорогая, — сказала она, — и пассажиры, если захотят, могут сойти на берег.
— Мне что-то не хочется, тетушка, — твердо ответила племянница.
Гарнет не хотела вновь встречаться с Брантом Стилом. Конечно же, он считает ее вдовой и легкой добычей. Этот джентльмен даже ведет себя, как охотник, осторожно подкрадывающийся и чувствующий свою силу. Она решила избегать его.
Однако у тетушки имелись собственные планы.
— Я вовсе не предлагаю нам туда идти одним, моя радость. Я слышала, что Мемфис — самый бандитский порт на Миссисипи, и ни одна порядочная леди не осмелится появиться на его улицах без сопровождения. Этот порт в качестве пристанища использовали речные пираты и торгующие ромом контрабандисты, а после войны тут стало еще хуже. Но я уверена, что, если нам понадобится провожатый, этот замечательный мистер Стил будет счастлив…
— Замечательный? Да ведь Брант Стил был врагом! И для меня он все еще им и остается.
— Дорогая, это нас, янки, здесь считают врагами! Это нам нужно искать и заводить себе друзей среди южан. Мистер Стил прошлой ночью выглядел как настоящий джентльмен.
— Тетушка, да прошлой ночью у тебя было слишком искаженное восприятие.
— Чепуха! Я выпила всего лишь один бокальчик вина. Ну, может быть, два. Или три. Но не больше…
Гарнет сдержала улыбку. Тетя Дженнифер наслаждалась жизнью. Чем больше они удалялись от Коннектикута, тем больше казалось, что она, Гарнет, — пожилая компаньонка, а Дженнифер — юная леди, почувствовавшая вкус свободы.
— С имбирным элем можно быть и поосторожней, — посоветовала она, посмеиваясь над тетушкой.
Доки Мемфиса несли на себе следы частых обстрелов канонерками Федерации. Сваленные кучами и никому не нужные кипы хлопка больше не являлись главным источником дохода для Теннесси. Банкиры, торговцы, спекулянты и плантаторы покинули город, плантации были уничтожены.
Ставшие свободными негры, одетые в лохмотья, без цели и в недоумении шатались по улицам, выпрашивая подаяние у белых, с которыми они теперь были равны, или сидели без дела на пристани и набережных. Молодые люди обеих рас готовы были станцевать ради монетки, брошенной пассажирами «Крисчен Куин». Лодки с грязными хибарами на них были пришвартованы к заросшему ивой островку в бухте. Воздух наполняла тяжелая смесь запахов жареной рыбы, варящейся капусты, гниющих отбросов, ила и нечистот. Казалось, главным достоянием и заботой жителей Мемфиса стали салуны, игорные залы и бордели.
Дженни, с прогулочной палубы рассматривавшая берег, поинтересовалась у Бранта Стила:
— Вы идете на берег, сэр? Он покачал головой:
— Я уже видел Мемфис раньше. Да и большую часть Теннесси тоже.
Задумавшись, он смотрел поверх суеты порта, поверх круч Чоктау, на которых были расположен сам город, и перед его мысленным взором проплывали Шайлох, Марфризборо, Чаттануга, Чикамауга.
— Во время войны?
Он кивнул, его лицо омрачилось:
— В этом штате шли большие бои. А теперь он, как и остальной Юг, является меккой для политических авантюристов с Севера.
