Длинная пауза подчеркнула весомость сказанного им о грозящей опасности.
— Я думаю, капитан Бим дал приказ идти полным ходом и перегрузил старые котлы, потому что хотел достичь безопасного порта до начала урагана. Мы должны идти в Грей Оукс. Другого убежища здесь нет на многие мили окрест.
— Но вы же знаете, что моя племянница слишком слаба, мистер Стил. Она не сможет идти далеко.
— Я понесу ее, если это необходимо. Гарнет гордо вскинула голову, смущенная намеками Дженни на свое слабое здоровье.
— Я готова идти сколько потребуется, — твердо заявила она и, скрестив руки на груди, вдруг почувствовала, как ее соски напряглись под тонкой материей. Гарнет испугалась, что жалкое рубище открывает взору и другие части ее тела. Ну и приключение! Две женщины-северянки в глухом лесу с бывшим солдатом-мятежником, с явной проституткой и суетливой любопытной обезьяной.
— В путь, леди! Жаль, что у меня нет мачете, чтобы прорубиться через подлесок, — усмехнулся Брант.
Подняв несколько палок, он раздал их.
— Держитесь вместе, леди, и почаще бейте вокруг себя палкой по земле — здесь полно змей, и так вы отпугнете их.
Нельзя сказать, что общество от этого замечания повеселело.
Гарнет поежилась:
— И как далеко нам придется углубиться в джунгли?
— Пока мы не выйдем к Речной дороге, ведущей к большинству здешних плантаций, включая Грей Оукс, — ответил Брант. — Впереди заросли ежевики, будьте поосторожней, у нее колючки острые, как иглы.
Дженни и мисс Ли благополучно миновали препятствие, но Гарнет зацепилась. Разозлившись, она резким рывком освободилась, прежде чем Брант подоспел ей на помощь. Ну на что он уставился теперь? Ведь его шлюшка может показать ему гораздо больше и без всякого стеснения.
— Ваша… эта… в общем, у вас развязалась, — молвил Стил, замявшись.
— Спасибо, — пробормотала Гарнет, судорожно пытаясь привести одежду в порядок, но в результате окончательно запутала лямку в узел.
Однако, когда он попытался помочь, она резко оттолкнула его руки:
— Я сама справлюсь!
— Тогда побыстрее, — попросила Лэси Ли. — Вы задерживаете всех. И еще, почему вы так раздражаетесь? Уж если мы оказались в одной компании, то должны помогать друг другу.
— Я изранила себе ступни, исцарапала руки и ноги, волосы и одежда цепляются за кусты, меня искусали москиты! И я еще должна радоваться этой ужасной экспедиции?
— Я же предложил нести вас, миссис Лейн.
— А я отклонила ваше предложение, мистер Стил.
— Гарнет, дорогая, — примирительно сказала тетя. — Брант делает для нас все, что может. Пожалуйста, не обижайтесь на нее, сэр. Ей действительно нездоровится.
— Ох, тетушка, не надо об этом! — крикнула Гарнет, сердито рубанув палкой по какому-то растению, оказавшемуся у нее на дороге. — Ведите нас, генерал — или какой там у вас был чин, господин мятежник!
Его смех привел ее в ярость.
— Берите ниже, мадам. Я был всего лишь майором.
— В кавалерии?
— Так точно.
Они продолжили путь в молчании. Обезьянка прыгала по деревьям и лианам, счастливая, с блестящими глазками. Эта прогулка доставляла удовольствие только ей. Вскоре вышли на прогалину к заросшей протоке, направление течения которой привело Дженни в недоумение. Ей показалось, что вода должна течь в другую сторону.
— Разве ручьи на западном берегу Миссисипи не бегут к реке, мистер Стил?
— Не все, мадам. Некоторые, похоже, поступают вопреки гравитации — такова уж одна из особенностей этой местности.
— Хорошо бы вымыть лицо, — произнесла Гарнет, намереваясь ступить в воду, но тут же была подхвачена сильной рукой и отброшена на прежнее место.
— Что вы себе позволяете, — вспыхнула она, так как рука Бранта оказалась у нее прямо под грудью.
— Тысяча извинений, мадам! Но вон то бревно — аллигатор!
Гарнет взвизгнула, Дженни подпрыгнула, а у Лэси перехватило дыхание, когда рептилия вразвалочку проковыляла к протоке и скрылась в мутноватой воде.
— Будьте настороже, — предупредил Брант. — Самка этого молодца может находиться где-то поблизости. А вон тот скользкий клубок под кустом — это гнездо ядовитых змей — щитомордников. В этих болотах кормятся также кабаны. Секач своими клыками может за какую-то минуту располосовать человека в клочья. Встречаются тут и зыбучие пески…
Вдруг Гарнет стало плохо, и она упала в обморок. Очнувшись, она обнаружила, что Брант несет ее на своих мускулистых руках. Ее голова покоилась на широкой обнаженной груди, его черные волосы покалывали ей нежную щеку. Женский инстинкт подсказывал, что надо расслабиться и довериться мужской защите. Довольно нерешительно она попросила ее отпустить, но он отрезал:
— Вы еще недостаточно окрепли, я не хочу, чтобы вы снова потеряли сознание.
Взгляд, достойный гремучей змеи, украдкой брошенный на нее Лэси, так же возмутил Гарнет, как ее собственная реакция только что рассердила Бранта. Почему она, Гарнет, должна чувствовать себя облагодетельствованной оттого, что этот тип несет ее на руках? Испугавшись переполнивших ее чувств, она снова потребовала, чтобы ей позволили идти самой. Однако его немедленное согласие ее огорчило.
— Глупая девочка, — проворчала тихонечко Дженни. — Разве ты его испугаешь? Поверь мне, каждая стычка с Брантом Стилом будет заканчиваться твоим поражением.
Глава 5
Они успели пройти совсем немного, как встретили большую змею, свернувшуюся на тропинке. Она предостерегающе затрещала погремушками на хвосте и приготовилась к броску, закинув голову и показав свои ядовитые зубы.
Женщины, замерев от страха, наблюдали, как Брант убил змею, нанеся ей несколько быстрых точных ударов крепкой дубовой палкой.
— Браво! — воскликнула мисс Ли, а Дженни осыпала его похвалами. Даже Гарнет невольно почувствовала уважение к храбрости Бранта. Весь этот отрезок пути она старалась не смотреть на его широкие плечи и грудь. Ее муж не был так крепко сложен. Но ведь ни он, ни она, конечно же, еще не достигли полной зрелости, когда вступили в брак. Когда они встретятся вновь, то уже будут взрослыми, а не подростками. Эта внезапная мысль обеспокоила Гарнет. А что, если они сильно изменились в своих эмоциях? «Люди и ситуации меняются, — любила повторять умудренная житейским опытом тетя. — Ничто в этом мире не вечно. Все течет, все изменяется…»
Она шла молча, смущенная своими новыми мыслями, и чувствуя страшную усталость. Неведомые ей дотоле чувства, вызываемые теперь Брантом Стилом, подвергали Гарнет в такое волнение, в котором она не осмеливалась признаться даже себе.
Заметив тревогу и растерянность на ее лице, Брант участливо спросил:
