Да что там говорить, даже экономика Гессионы никак на себе последствий мнимой блокады не ощутила! Конечно, это только пока, но тем не менее! Внутренние перевозки никуда не делись, наоборот, себестоимость несколько подсократилась — гексовские генераторы оказались очень неплохим подспорьем по части энергоснабжения. А внешние поставщики всё равно грузы на космических станциях скидывали, откуда уже местные каботажники доставляли их на Гессиону. Вот им стало чуть сложнее: теперь совершить посадку где вздумается (на самом деле нет, но выбор раньше был довольно широкий — около двадцати возможных точек) уже не выйдет, все летят на центральный космодром в окрестностях Новоахтарска. Просто потому, что одно «окно» в силовом пологе и обеспечивать, и оборонять куда проще, чем хотя бы два. Не говоря уже о трёх. Да, местная логистика немного изменилась, но тем, кто потерял в перевозках, батюшка с присущим ему изяществом компенсировал потери энергопоставками и кое-какими контрактами с кланом. Согласен, подачки, но подачки статусные. Да народ за ними чуть ли ни в очередь выстроился! Так что и тут всё на мази.
И так практически в любом деле: вроде что-то и поменялось, но не настолько сильно, чтобы реально напрягать. Исключение тут только одно — пытка ожиданием. Народ у нас понятливый, отец даром красноречия не обделён, так что практически ежедневные его публичные выступления пока что помогают подавить и пораженческие, и откровенно панические настроения. Но чем дальше, тем сложнее. Потому что лучше хорошая драка, чем её ожидание. Кстати, по отцу это тоже очень хорошо видно. Но наверняка только потому, что при мне он не считал нужным скрывать эмоции. Остальным же демонстрировал непоколебимую уверенность в истинности выбранного курса. В конце концов, нужно же было когда-нибудь дать обнаглевшим вайгожэнь от ворот поворот? Нужно! Так почему бы и не сейчас?
Но и мне, признаться, сегодня удалось его порадовать. Чем? Так вы уже и сами догадались — я ему нового искина презентовал. Единственное, оставил это радостное событие напоследок, предварительно осчастливив Лерку, мать с сестрой и Эмилию. Но тут у меня была уважительная причина — эти четыре дамочки тусовались в одном месте. Насквозь секретном и труднодоступном, но только не для нас с Милли. Ну и вот… уже где-то с полчаса с батюшкой общаюсь. Вернее, наблюдаю, как тот повторно переживает знакомство с новеньким — буквально с пылу, с жару — виртуальным помощником. А удивился я по той простой причине, что от кого-кого, а от отца подобной сентиментальности никак не ожидал. Ну ладно, бабы. Они на то и бабы, чтобы расчувствоваться от осознания того факта, что можно вернуть из небытия запавших им в тонкие души сущностей. Не в полном объёме и не целиком идентичные — Лиу Цзяо всем дамочкам популярно объяснил, что его «отпрыски» в этом плане подобны нормальным человеческим детям, и тут хоть наизнанку вывернись, но полное восстановление гарантировать не получится, слишком многое зависит от личностных черт — но очень к тем близкие. Ну и как вы думаете, что они ответили на предложение Ли восстановить настройки на ранее прописанные? Вот именно. Даже предпочтения никто менять не стал. Мало того, договорить Ли толком не дали. В результате мы снова получили одного паренька — Эмилькиного Фабьена — и трёх девиц: Марфушу, Пей-Пей и Нестицеллу. Но это дамочки так решили. А тут и отец, как выяснилось…
— Но ты же понимаешь, что могут проявиться отличия? — в последний раз попытался я образумить родителя.
— Ты ещё спрашиваешь, сын? — посмотрел на меня, как на, э-э-э, недалёкого человека, Илья Фаддеевич. — Конечно, понимаю! Мало того, мне ещё и интересно, что из этого получится! Всегда хотел попробовать с тобой что-то похожее провернуть, но мать не позволяла!
— В каком смысле⁈ — прифигел я. — Стереть память и снова воспитать, что ли⁈ Или клона смастрячить⁈
— Эт ты уже загнул, Вань! — усмехнулся отец. — Просто не давала покоя мысль, что ты ментально больше вайгожэнь, нежели росс. Вот и хотел… подкорректировать, что ли… а мать боялась, что у тебя мозги набекрень повернутся.
— Поздравляю, Илья Фаддеевич, у вас это очень хорошо получилось, — ухмыльнулся и я. — Вы своим бездействием именно к этому меня и подтолкнули, папенька.
— Ирония? — приятно удивился родитель.
— Нет, больше сарказм, — обломал я батюшку.
— Это в любом случае ничего не меняет, сын! — вернулся к проблеме Илья Фаддеевич. — То, что ты сам, исключительно из духа противоречия и юношеского максимализма, стремился как можно сильнее абстрагироваться от вдалбливаемого чужого культурного кода, я понял, когда ты взбрыкнул незадолго до совершеннолетия.
— Ну, там бы любой догадался, — попытался я оставить за собой последнее слово.
— Догадывался я и раньше! — отрезал отец. — Но наверняка убедился именно тогда. И всё, давай на этом закончим. У нас, между прочим, немного другая тема для разговора.
— Угу, — кивнул я. — Твой Перикл. Восстанавливаем настройки по умолчанию? Точно?
— Абсолютно, сын.
— Что, даже косметических правок вносить не станешь? — не поверил я.
А как же его неизменный перфекционизм? Илья Фаддеевич, и вдруг без улучшалок⁈ Истинно говорю вам, грядут последние дни!
— Не вижу смысла, сын, — окончательно развеял мои сомнения родитель.
— Ну и почему?
— Потому что так даже интересней. Исходные условия абсолютно одинаковые, разница, насколько я понял, может проявиться только в основе, в индивидуальных особенностях цифровой матрицы. Вот как раз и посмотрим. Ли? — хитро прищурился отец.
— Да, специалист Елагин? — отозвался мой «мини-гекс».
Тоже, кстати, подозрительно молчаливый. Обычно он куда активней участвовал в дискуссиях, особенно связанных со всякими вычислительными делами.
— Ты в деле? Посмотрим же?
— Ответ положительный, специалист Елагин, — «кивнул» Ли, качнув «рощицей» глаз. — Благодарю за предоставленную возможность. Ваш подопечный станет уже пятым… нет, шестым, если считать со мной, объектом наблюдения. Так что довольно скоро у меня появится достаточное количество любопытной статистики, которую можно будет показать специалисту Эйгену.
— Евгению Викторовичу? — удивлённо переспросил я. — Ему-то это зачем⁈
— Чтобы подтвердить свою гипотезу относительно нашего, искинов, этноса, — невозмутимо пояснил Лиу Цзяо.
— Всё-таки проф и тебе умудрился мозги запудрить, — тяжко вздохнул я. — Ладно, чем бы дитя ни тешилось…
— Категорически согласен, сын! — поддержал меня батюшка. — Жалко, что остальные проблемы так легко не решаются.
— Проблемы? — напрягся я. — Что, ещё какие-то?
— Есть маленько, сын.
— Я чего-то не знаю?
— Да так, сущую мелочь, — отмахнулся родитель, чем лишь укрепил меня во мнении, что нифига это не мелочь.
— Ну давай уже, колись!
— Вайгожэнь запросили переговоры, — огорошил меня батюшка.
Так вот с чего он такой смурной! Я имею в виду, больше, чем обычно. Впрочем, учитывая репутацию наших заклятых друзей, это даже нормально. Я бы скорее удивился, если б Илья Фаддеевич сохранил извечную невозмутимость. Или даже напрягся, если не сказать очканул. Я, не батюшка. Да-да, до такой степени всё серьёзно.
— Фига се! — только и присвистнул я. — Когда⁈
— Когда запросили? Так сегодня, — пожал плечами отец. — Часа три назад. Я, понимаешь, сижу, никого не трогаю, очередное обращение к народу готовлю. Дескать, не позволим, не отдадим, обороним… и тут нате вам — звонок! И ладно бы от кого-то, а то сам Цзян Банда́, почтенный батюшка твоего старого знакомого Цзян Юаня…
— Переговоры когда? — бесцеремонно прервал я родительское словоизлияние.
Нашел, блин, кого поминать всуе! Понятно, что сволочной Юань уже скоро месяц, как покойник, но и его гадский папа совсем не сахар. Наоборот, как бы ни похлеще.
— Скоро, — поморщился отец. — На завтра запросили разрешение на проводку охранной флотилии в десять неназванных вымпелов, а через три дня на визит посла, чрезвычайного и полномочного. Или сразу обоих.
