спорить на последний грош, что мы выехали на Невский — по которому и несёмся с бешеной скоростью.
— А где меня ожидает господин Витман? — спросил я.
И в Чёрный город, где мы с ним расстались, и к зданию на Литейном, принадлежащему тайной канцелярии, нужно было добираться другим путём.
— На конспиративной квартире, — сказала Агнесса. — Она находится за пределами города. Доедем быстро, не беспокойтесь. Кстати! Не угодно ли?
Нас отделял друг от друга подлокотник. Агнесса откинула его крышку, извлекла из недр плоскую металлическую фляжку и два небольших стаканчика. Похвасталась:
— Личный презент господина Витмана. Собственноручно наградить изволили, в благодарность за безупречную службу.
— Чрезвычайно мило с его стороны, — обронил я.
— Чрезвычайно!
— Закуска у вас тоже с собой? — Я заглянул в подлокотник.
Закуски там не обнаружил, зато увидел тусклый блеск пистолетной рукояти.
— Увы. Закуской не запаслась. — Агнесса развела руками.
— Только оружием?
Агнесса метнула гневный взгляд на помощников. Обнаружить в подлокотнике пистолет, по всей видимости, не ожидала. Пробормотала:
— Помилуйте, какое оружие? Он даже не заряжен. Так, на всякий случай лежит… — Она торопливо захлопнула подлокотник. — Выпьете со мной, ваше сиятельство?
— Выпью. Почему нет.
Агнесса установила стаканчики в специальных гнёздах на подлокотнике. Скрутила крышку с фляжки.
Я внимательно следил за её руками.
Н-да… Что и требовалось доказать.
— Прошу вас, Константин Александрович! — Агнесса протянула мне наполненный стаканчик. — Разрешите поздравить вас с достойным завершением операции!
— Спасибо. Но пока рановато.
Я еще договаривал — а моя цепь уже выстрелила. Первым порывом она сорвала с подлокотника крышку. Свободной рукой я нырнул внутрь и выхватил пистолет. Относительно того, что он не заряжен, Агнесса меня, как и ожидал, обманула.
Судя по весу — всё в порядке, обойма полная или близко к тому. Не удивлюсь, если в глубинах подлокотника ещё и запасная отыщется.
Я выстрелил. Ветровое стекло окрасила кровь, от пули, прошедшей навылет и застрявшей в нём, разбежались трещины. Человек, сидящий на переднем сиденье рядом с водителем, повалился вперёд. Ткнулся простреленной головой в крышку бардачка.
Водитель, ошалело посмотрев в сторону товарища, заорал. Машина вильнула.
— Тормози! — рявкнул на водителя я.
Наставил на него пистолет. А цепь, которую держал в правой руке, уже обвила плечи Агнессы. Так, что та при всём желании не могла бы дотянуться до оружия — где бы оно ни было спрятано.
— Константин Александрович! — взвизгнула Агнесса. — Вы в своём уме?! Что вы себе позволяете?!
Она ещё пыталась ломать комедию. Ещё надеялась на что-то.
— У тебя ус отклеился, — сказал я.
— Что?!
— Ничего. Прикажи своего болвану остановиться. Иначе прикажу я — потому что тебе уже нечем будет разговаривать. Цепь пробьёт твою поганую глотку.
Второй конец цепи, послушный моим мыслям, замер наизготовку перед лицом Агнессы.
— Тормози, — выдавила она.
Глава 2
Хорошие работники
Водитель затормозил. Я дождался, пока машина остановится, и врезал ему рукоятью пистолета по темени. Водитель обмяк.
Я пошарил в искореженном подлокотнике. Нащупал запасную пистолетную обойму, сунул в карман. Больше в подлокотнике ничего интересного не обнаружилось. Я распахнул дверь машины. Вышел сам и выволок за собой обвитую цепью Агнессу.
Как и предполагал, машина успела выбраться из города — летели-то с приличной скоростью. Трасса уводила, если я правильно определил направление, на юго-восток.
Светало. Скоро машин на трассе станет гораздо больше… Я захлопнул дверь и потащил Агнессу за отбойник, в подступившую к самой дороге лесополосу.
— Что ты делаешь?! — взвизгнула она. — Куда ты меня тащишь?!
— Тот же вопрос. — Моя цепь, обвившись вокруг тела Агнессы, намертво приковала её к ближайшему толстому дереву — так, чтобы не было видно с дороги. — Куда вы меня везли?
— Я же сказала: к господину Витману! — Она всё ещё пыталась цепляться за остатки образа.
— Хватит врать! — рявкнул я. — Ты — не Агнесса! И Витман понятия не имеет, что я здесь! Кто приказал меня увезти?
Мнимая Агнесса побледнела.
— Как… — вякнула она. — Как… Почему…
— Да потому что сам по себе приказ вывезти меня на конспиративную квартиру — чистой воды идиотизм! Если уж начальник тайной канцелярии настолько не доверяет своему окружению, что не может решать рабочие вопросы с сотрудником у себя в кабинете — у меня для этого начальника плохие новости. А Витман — кто угодно, только не плохой начальник. Это — раз. Два: Агнесса ходила с лорнетом.
— С лор… С лорнетом? — поперхнулась мнимая Агнесса.
— Именно. С золотым лорнетом. Настоящая Агнесса с ним не расставалась. Три — фляжка для коньяка. Якобы подарок Витмана… Подарок, угу. Ничего более идиотского не придумали?.. Женщине, да ещё собственной сотруднице, которой на службе — по определению «нельзя», фляга для крепкого алкоголя! Да Витман за такой подарок дарителя по стенке бы размазал… Что там было, в коньяке? Яд?
Агнесса не ответила. Она смотрела на меня, и глаза её наполнялись каким-то суеверным страхом — будто я прямо при ней покрывался шерстью. Отращивал себе клыки, рога и копыта.
— Ну, и последнее — у настоящей Агнессы были обожжены руки после сегодняшнего взрыва, — закончил я. — Она, конечно, могла успеть их залечить, но следы всё равно бы остались. Сразу такие ожоги не сходят, по себе знаю. Незначительные детали, правда? Сущая ерунда. Тем более, что вы спешили, времени нормально подготовиться не было. Наспех слепили что-то, похожее на Агнессу — и хватит. Вот только дьявол — в деталях.
— Дьявол… — эхом отозвалась Агнесса.
Теперь она смотрела на меня с уже не скрываемым ужасом. Наложенная личина начала таять — со страху, не иначе. Пряди, выбившиеся из причёски, укоротились и поседели. По сторонам от лба прорезались залысины. На меня смотрело всё ещё приятное женское лицо — которое постепенно меняло черты на некрасивые мужские. Жутковатое зрелище.
— Приказ был — убить меня? — спросил я. — Если бы я отказался пить твоё пойло, меня бы пристрелили. Верно?
— Ты всё равно ничего не добьёшься, — проговорила «Агнесса».
Голос у неё тоже начал меняться. Пока ещё — женский, он постепенно грубел. Обретал другую тональность. И в голосе этом был страх.
— Он… Он уже понял, что я не выполнил приказ.
— И как же «он» это понял?
Вопрос «Кто — он?» я задавать не рискнул. Слишком велика была вероятность, что этот вопрос, при попытке «Агнессы» на него ответить, спровоцирует её смерть. И в этом случае я уж точно ничего не добьюсь.
— Он следит за моими перемещениями. И ждёт доклада.
— Доложи, что я убит. Как ты должен это сделать?
— Добраться до ближайшего телефона и позвонить. Но это не поможет.
— Почему?
— Я же сказал. — Голос «Агнессы» задрожал. — Он следит за моими перемещениями! Знает, что мы остановились там, где не должны были останавливаться.
